Тайрус Баал. Одаренный (СИ) - Дроздов Дмитрий - Страница 50

— Он может провести закрытый аукцион, где вы будете единственным участником, — сказал Филдор, слегка прищурившись, — за все сорок шесть кораблей он просит четырнадцать миллионов. Плюс, лично ему по десять тысяч за каждый корабль.

— Понятно, — я понимающе улыбнулся, — хорошо. Если корабли действительно новые, я с радостью заплачу за них четырнадцать миллионов и дам еще по пятьсот тысяч каждому из вас. Устроит?

— Более чем! — обрадовался барс, — я сейчас же свяжусь с братом супруги, чтобы он прислал корабли на проверку. Уверяю, вы будете довольны!

Он говорил это весьма уверенно, словно лично участвовал в сборке этих кораблей. А значит, они действительно должны быть в хорошем состоянии. Вскоре мы смогли лично в этом убедиться. Еще при проверке первого корабля Энго заявил, что он практически новый. И если верить данным самого корабля, со стапелей его спустили всего два года назад, что было очень хорошо. С остальными кораблями была аналогичная ситуация, так что я с радостью поучаствовал в закрытом аукционе и заплатил за эти корабли четырнадцать миллионов черных звезд и еще по пятьсот тысяч двум предприимчивым барсам.

— А проблем у него не будет? — спросил я у Мастера Филда, когда его родственник покинул ангар.

— Нет, не будет, — покачал он головой, — администрация в этой системе очень большая и многие сотрудники даже понятия не имеют, что делают разумные, сидящие за соседним столом. Ему поручили провести аукцион, чтобы получить звезды за конфискованные корабли. Он его провел. Его начальство интересует только результат, а не сам процесс.

— Понятно, — кивнул я барсу, — если у него будет еще что-то интересное, я буду готов посмотреть.

— Я это запомню, — кивнул мне барс и спросил, — осталось сорок четыре корабля, верно?

— Да, сорок четыре, но если найдешь больше… то я готов буду купить и их. Звезд мне хватит еще на семьдесят кораблей. Примерно.

— Я вас понял, — кивнул мне барс, — буду искать. Но на сегодня все. Мы хорошо потрудились и можем немного отдохнуть. Завтра утром я вновь займусь поисками.

— Принимается, — хлопнул я барса по плечу и попрощавшись, покинул его мастерскую.

Вечер только начинался и у меня были на него определенные планы. Еще утром, пока нам нечем было заняться, я изучал местную сеть и наткнулся на весьма интересное объявление. На курортной станции, что вращалась вокруг четвертой планеты, отдыхающие могли развлечься боями на арене. Бои были без оружия и не смертельными, но посмотрев парочку роликов я понял, что там все серьезно. Бойцы сражались до тех пор, пока кто-то из них не терял сознание или не был способен продолжать. Там была кровь, пот и адреналин, но меня заинтересовали ставки, которые можно было делать на бойцов. Посоветовавшись с Денисом, мы решили, что он мог бы поучаствовать в этих боях, чтобы мы могли заработать на этом побольше звезд. Официально, он был обычным модификантом, которых на этой арене выступало довольно много. Но вот в отличие от остальных, у него была подготовка настоящего серфера, не говоря уже о том, что он часто дрался со мной, набираясь полезного опыта. Поэтому, мы справедливо решили, что конкурентов у него не будет.

Вернувшись в апартаменты, мы переоделись в более дорогие наряды и вызвали внутрисистемный челнок с курортной станции. Просто так туда было не попасть, даже имея собственный корабль. Хозяева станции объясняли это тем, что так будет безопаснее, но на самом деле они банально отсеивали простых смертных и по настоящему богатых разумных. Аренда челнока стоила пять тысяч черных звезд, что было довольно дорого.

Уже будучи в самом челноке, мы могли подключиться к закрытой сети станции, чтобы узнать о том, какие услуги предоставляют на этой курортной станции. Там было практически все: небольшое казино, аквапарк, всевозможные сауны и парилки, дорогие проститутки и косметические специалисты. Но как я и думал, главным развлечением считалась арена, на которой бои практически никогда не прекращались. Были там и свои чемпионы, за победу над которыми можно было получить небольшое состояние. Всего их было пятеро и главным отличием между ними был вес. Самый легкий чемпион весил семьдесят килограммов. Следующий весил уже девяносто, третий весил сто десять, а четвертый и пятый весили сто тридцать и сто пятьдесят килограммов. Любой желающий мог бросить им вызов, но необходимо было соблюсти одно условие. Нельзя было вызвать того, кто весил меньше тебя.

— Какой у тебя вес? — спросил я, посмотрев на Дениса, — около сотни?

— Девяносто три, — пожал плечами бывший серфер, — оптимальный вес для моего роста и мышечной массы.

— Это хорошо, — кивнул я ему, — сможешь вызвать четверых из пяти. В правилах написано, что твой вес может превышать вес чемпиона, но не больше чем на пять килограммов.

— Четверых? — нахмурился Денис, — не думаю, что это правильно. Уверен, они опытные бойцы, а значит, справиться с ними будет не просто и каждый следующий будет опаснее предыдущего.

— Что предлагаешь? — спросил я его, уже догадываясь о том, что у Дениса на уме, — сосредоточимся на самом опасном?

— Именно, — кивнул он мне в ответ, — имея преимущество почти в шестьдесят килограммов, он будет чувствовать себя уверенно, а значит, будет меня недооценивать, так же как это будут делать зрители, а значит… поставив на меня, ты можешь словить хороший коэффициент.

— Так и поступим, — кивнул я ему, поскольку думал примерно также, — но наглеть тоже не будем. Поставлю на тебя десять миллионов.

Спустя двадцать минут, мы прибыли на станцию, которая разительно отличалась от тех, что я видел прежде. Нечто подобное я видел на круизном лайнере Банета Харса, но как мне кажется, тут был совсем другой уровень. Повсюду висели картины и на небольших подставках стояли мраморные статуи. На полу были мягкие ковры из натуральной шерсти. А приветливые сотрудники станции были готовы практически на все, лишь бы гости остались довольны. Но если тебе не хотелось с кем-то общаться, можно было просто подойти к любому терминалу и узнать все, что тебя интересует. Что примечательно, часть функционала нейросети была заблокирована. Например: я не мог активировать запись того, что видели мои глаза. Скорее всего, хозяева станции хотели, чтобы все, что происходит на станции, оставалось на станции. Вполне возможно, что именно поэтому она и была столь популярна. Мысленно хмыкнув, мы подошли к ближайшему свободному терминалу и скачали интерактивную карту станции. С ее помощью мы легко проложили маршрут до бойцовской арены, которая занимала сразу три уровня станции и находилась в самом ее центре.

— Солидная арена, — высказался Денис, когда мы заняли один из свободных столиков, — я даже здесь могу почувствовать запах крови и пота.

— Это арена, — пожал я плечами, — так и должно быть. Уверен, это только подогревает интерес этих разумных, — я кивнул головой, указывая на соседние столики, — будучи слабыми и весьма далекими от жестокости разумными, они испытывают интерес к подобным вещам.

Спорить со мной он не стал и сев за стол, оперся одной рукой о стеклянную перегородку. Следующие четыре часа мы просто ели, пили и с большим интересом наблюдали за поединками. Даже делали небольшие ставки, чтобы было интереснее. Бои были действительно жестокими и очень зрелищными. Ни один бой не обходился без сломанных костей и выбитых зубов. И что самое главное, ни у кого из сражающихся не было серьезного преимущества. Простые разумные сражались отдельно, модификанты сражались отдельно. Во всем соблюдался баланс, чтобы зрителям было тяжелее определить, кто именно победит в том или ином бою. И если с опытными бойцами арены можно было делать какие-то прогнозы, то вот многочисленные новички часто удивляли. Зачастую, если взять двух условно равных по силе бойцов, победит тот, у кого сильнее дух и боевой настрой. А это понять довольно тяжело.

И тем не менее, мы с Денисом оставались в выигрыше, а вот у Энго от ста тысяч осталось чуть больше десяти. Мне не было жаль потерянных денег. С тех пор, как Энго и его семья перешли под мою руку, он и его отец много трудились и помогли мне заработать гораздо больше, чем та мелочь, которую он в этот вечер проиграл на ставках. Я платил им довольно хорошо, но они заслуживали большего. Я это прекрасно понимаю и, когда появится возможность, они будут вознаграждены.