Кодекс Охотника. Книга XXXV (СИ) - Винокуров Юрий - Страница 12

— Всё так плохо? — подошёл я к Волгомиру, который выглядел чернее тучи.

— При всём уважении, Сандр, но это разве Паладины? — кивнул Волгомир на Светлану Морозову, которая топнула ножкой, и сияние Света, разошедшегося от неё во все стороны, уничтожило без остатка бегущих на неё тварей.

— А что не так? Сильная же, — хмыкнул я, защищая ребят, хотя сам понимал, о чём идёт речь. Ведь стоящей за Светланой когорте пришлось сомкнуть щиты и потратить часть внутреннего резерва на то, чтобы пережить откат от этого заклинания.

Мои начинающие Паладины просто не привыкли биться в строю, да они вообще не привыкли еще биться, как настоящие Палы! С каждым словом Волгомир мрачнел всё больше и больше.

— Ладно, Ратник, не бурчи. Для этого ты и здесь, дабы показать ребятам, как надо.

Волгомир глубоко вздохнул, не отрывая взгляда от происходящего. Незаинтересованному зрителю показалось бы, что здесь всё хорошо. Легион совместно с Паладинами вычищает внутреннюю часть иркутского Эпицентра от диких тварей. Очищают быстро и эффективно. По-хорошему, что ещё надо? Но даже на мой непрофессиональный взгляд, «надо» здесь гораздо больше.

Я не знаю, что возникло первым: легионы Охотников либо же армии Паладинов. Уж слишком похожи были их тактики боя. В этом, в принципе, нет, с небольшими нюансами, ничего удивительного. Как говорится, работает — не трогай. Каждый Паладин по отдельности превосходил нашего легионера по одной простой причине — Паладины были полноценными Одарёнными. Наши же легионеры (или ратники) были прокачанными сильными, но обычными людьми. Но разрыв сил в целом нивелировался за счёт командира легиона — Охотника, который усиливал свой легион практически до уровня подразделения Одарённых Паладинов.

Да, наши командиры были сильнее, ну, в большинстве своём, если не брать в расчёт командора Ордена либо же их боевых капелланов. Особо отмороженные святые братья, типа того же Августа Солариса, были сами по себе легионом, и на поле боя им не нужно было никакой подмоги. Но тот же Август прожил сотни лет и прошёл тысячи битв. Свет одарил его своей благостью и всячески помогал ему в битве. На моей памяти он имел три Реликвии Света, которые не раздаются просто так, и каждая из которых является охрененной имбой сама по себе.

Что же имею я? Шестеро ребятишек, которых Свет одарил своей милостью, так сказать, в кредит, которые не имеют ни знаний, ни силы, ни опыта, и которые меньше всего понимают, как сражаться в строю.

— Скажи-ка мне, Волгомир, — повернулся я к Ратнику, — в чём у нас сейчас основная проблема?

— В их количестве, — без раздумий сказал Волгомир.

— В смысле? — спросил я.

— Шесть человек — это ни о чём. Я не могу даже близко показать их же приёмы, которые я подсмотрел, работая с ними в связке. Нужно хотя бы человек сто. Тогда это будет аналог нашей центурии. И уже оттуда можно будет отталкиваться. Помнишь первую сотню ратников, которую ты инициировал для меня? Это и была первая центурия Первого Легиона. Вот по такому же принципу я и хотел бы обучать Паладинов. А сейчас, — Волгомир махнул на поле, где возбуждённый Андросов, призвав поток белого Света с неба, закрыл чёрный Разлом первого ранга легко и непринуждённо. — Сейчас, по факту, они исполняют роль… — на секунду Волгомир задумался. — Ну, если сравнивать с нашими, то это ученики, которых Охотник взял с собой на практику. Одиночки, которые сильны, но которых всегда можно продавить массой и завалить трупами.

— Ну, это если Свет не откликнется и не поможет своим последователям, — скептически хмыкнул я.

— Это да, — согласился Волгомир. — Но кто может быть в этом уверен?

— Никто, — сказал я и почесал голову.

— Есть идеи? — зыркнул на меня Ратник, заинтересованно прищурившись, видя, как я обдумываю одну мысль.

— Есть одна, но она тебе не понравится.

Тут уже усмехнулся Волгомир.

— Идея не должна нравиться, идея должна давать результат в итоге. Так ведь?

— Именно, — сказал я. — Вот смотри. Сотню Паладинов я тебе из рукава не достану. Это мне нужно бросить всё и пытаться перебирать всех людей вручную, и не факт, что я найду столько подходящих в этом мире. Мне и так повезло с этой шестёркой. Дальше — печать, восстановление, тренировки. Ну, ты понял.

— Командор?

— Да-да, я вижу, куда ты смотришь, — хмыкнул я на Ратника. — Вот только командор у нас… — я на секундочку замялся, хотел сказать «ненастоящий», но на самом деле он вполне себе настоящий. — Ну вот только… прямо сейчас я вижу, насколько Свет отчаялся, приняв Андрея в качестве командора. Нет, я не спорю, потенциал у парня ого-го, вот только, чтобы его раскрыть, нужно время — то, чего у нас сейчас нет. Есть ещё один момент, — я снова задумчиво почесал затылок. — Свет подстраховался и возродил Августа. Прямо сейчас, зная старого засранца, он семимильными шагами двигается к результату. Вот как он вырвется из Закрытого мира — это будет нашему юному командору охрененное подспорье. Однако Август — старик странный. Ценит он не только традиции, но и силу. Свету он верит безусловно, и Андрюху примет. Точнее, уже принял. Но его силы… — я скривился, глядя, как Андрей херачит налево и направо недавно выученным Копьём Света здоровенных бронированных тварей. — Короче, мне надо, чтобы Андрей начал собирать свою армию, чтобы Август видел, что его новый командир достоин. Как я сказал, сил и умений у него сейчас не хватит. Но есть один нюанс — Тиара Света. Ты, наверное, видел её в деле.

— Да, в мире Дивайна мы вместе с Палами стояли против Инферно, — хмыкнул Волгомир, погружаясь в воспоминания. — Я ещё тогда подумал, что зачем нас туда пригнали. Да и Паладины были лишние, там командор в одно лицо всё затащил. Райнер еще сильно ругался, пришлось командору проставляться за «ложный вызов». Эх! Хороший всё-таки был эль у Палов!

— Вот! Но одно из свойств этой Тиары, которое нам нужно сейчас больше всего, — это Истинный Взгляд Света, который может найти потенциальных Паладинов без того геморроя, который пришлось бы испытать мне. Имея эту Тиару, Андрюха просто окинет взором этот Мир, бросит клич, и вся его будущая армия придёт к нему сама по себе ножками.

— Фига себе! — удивился Волгомир. — Ну да, это сильно поможет. И что для этого нужно?

— Да ничего особенного, — хмыкнул я, — всего лишь подвиг.

— Подвиг? — нахмурился Волгомир. — Это что такое?

— Ну, подвиг — он и в Африке подвиг, — пожал я плечами. — Андрею нужно совершить что-то такое, чтобы Свет наградил его своей благостью и посчитал достойным.

Волгомир на этот раз молча кивнул и внимательно посмотрел на меня, ожидая продолжения.

— Вельзевула он грохнул, но ему помог Мак, — задумчиво проговорил я. — В уничтожении богов он тоже поучаствовал, но там был рядом я. Для того, чтобы совершить что-то стоящее, рядом с ним не должно быть человека или существа выше его по силе. А это значит, что Андрюхе придётся отправить его Паладинов в свободное плавание. Но это будет не совсем свободное плавание, — поправился я. — С ним пойдёшь ты и наш Легион, дабы присмотреть.

— Но, Сандр, взаимодействие… — возмутился Ратник, кивая на поле боя.

— В жопу взаимодействие! — сказал я. — Каждый из Паладинов — потенциальная имба. Ты уже совершил чудо, натренировав боеспособный Легион за рекордно короткие сроки. Но, при всём уважении, Волгомир, тебе никогда не добраться по силам до Андрея… Ты это понимаешь. И Свет, я надеюсь, это понимает. Собственно говоря, простыми словами, тебе просто надо помочь Паладину совершить подвиг. Делов-то! Сто раз так делали, правда?

Волгомир осуждающе покачал головой, но всё равно у него на лице проявилась улыбка.

— Вот, молодец! — хлопнул я его по плечу. — Вижу, что тебе нравится эта идея.

— И что за подвиг ты хочешь, чтобы он совершил?

— Да пустяковый, на самом деле, — хмыкнул я. — Шесть Паладинов и Первый Легион Земли должны остановить вторжение Пустоты в Многомерную Вселенную.

Волгомир в этот момент, слушая меня, решил отхлебнуть из фляжки, и при моих словах закашлялся.