Скверная жизнь дракона. Книга восьмая (СИ) - Костенко Александр - Страница 59

* * *

Следующие неприятности в пути случились в городе, куда караван приехал после нападения бандитов.

Стражники у городских ворот предупредили, что с недели две назад через город прошла очередная ватага наёмников. И кто его знает, чем она занята сейчас, но к следующему городу караванов вообще нет. А он-то как раз финальный перед кольцом городов и Собора Магласии. Город с одноимённым названием окружают пять так называемых внешних городов. Как я понял из листка с объяснениями, переданного мне год назад в академической церкви, окружные города формально не принадлежат церкви, но именно служители культа проверяют выезжающих из города и следят, куда именно они направляются. И без подтверждённого пропуска в Магласию попасть можно только как подделавший документ преступник, схваченный стражей и брошенный в темницу.

Но отсутствие караванов сулило проблемы в ближайшем будущем, а вторая неприятность моё и без того скверное настроение измазала в дерьме. Я тогда вышел из гильдии свободных торговцев со своими вещами и держа девочку за руку. Остановился около стены здания, чтобы прикинуть выбор гостиницы, и канал мыслеречи раскрылся. Меня отдалило от своего тела, сознание заволокло серой дымкой.

«Ты — здесь», — проговорил дрожащий от ярости голос.

«Одно кривое слово, и я здесь за твоей головой. Скройся».

«На твоих руках — кровь ксатов. Ты знаешь, о чём я. Ты помнишь, о чём я. Твой проступок принёс нам сложности. Искупи это».

«А, может, тебе нахер пойти, а?»

«Ты никчёмн…», — крылатая сука проглотила окончание, ненадолго замолкнув. — «Это приказ старейшин, названный Лик’Тулкис».

«То есть, это ответ — да».

«Ты… Ты невежествен, как и рассказывали старейшины. У ксатов, зайдя в дом, посох оставляют на стойке, и берут угощение. Больше тебе знать не нужно».

«К чему это?»

«В миссии болеют. Ты должен им помочь».

«Это нужно старейшинам? Тогда ксаты могут умереть. Так и передай на остров, что вы от меня ничего не получите. Никогда».

«Лекари отказывают ксатам в помощи. У них всё есть. Им нужна помощь зельевара. Ты знаком с этим».

«Знаком», — ответил я и на мгновение задумался. — «Я помогу ксатам, но вам всем — никогда. А ещё раз кто-то из вас посмеет говорить со мной, и я начну вас убивать. И начну с тебя».

«Давай, сделай это. Окрась себя кровью, как и полагает быть тебе».

«Скажи, животное, где ты? Я сейчас же приду и отрежу тебе голову».

В канале мыслеречи повисла тишина, а уже через секунды канал разорвался. Меня вернуло в тело, оно дрожало от кипевшего во мне гнева. Стоявшая рядом девочка смотрела на меня испуганно и дёргала за руку, стараясь растормошить. А прохожие обходили нас стороной, опасаясь за свою жизнь.

— Трусливая сука. Порождение гнойной дыры, — я гневно сплюнул.

— Хозяин? Хозяин? — в голосе малышки страх перемешался с мольбой.

— Не «хозяйкай», — устало бросил я, но, всё же, посмотрел на девочку. Она дрожала, крепко схватившись за мою руку. — Хорошо всё.

— Хозяину плохо⁈

— Нормально всё, — я аккуратно потрепал девочку по голове. Не знаю, почему, но это мне помогло немного успокоиться. — Просто кое-что вспомнил, нехорошее. А сейчас мы пойдём найдём гостиницу, и я кое-куда схожу.

— А я? — спросила та, вновь ухватилась за мою руку.

— И ты тоже, мелкое наказание моей скверной жизни, — произнёс я с усталым вздохом, на что довольная собой малышка согласно закивала.

Караван приехал в город не сильно поздно. Хватило времени отыскать дорогую гостиницу, чтобы вообще не думать о бытовых мелочах, попросить подготовить баню, скинуть в комнате вещи, спросить у хозяина гостиницы про миссию ксатов — и отправиться туда. Девочка всё время шла рядом и порывалась схватить меня за руку, но народ в городе расходился по домам и толп на улицах не было.

— Бери меня за руку только если боишься потеряться, — сказал я девочке.

— Не боюсь, но… Редко, можно? — та посмотрела мою руку. Я разрешил: такой вариант лучше, чем пререкаться с ней и объяснять, что не надо изображать банный лист и клеиться ко мне. Девочка на моё разрешение кивнула и гордо зашагала рядом, поспевая за моим неспешным шагом.

Я хоть и замедлял шаг, чтобы малышка ноги не сбивала, но думал вовсе не о ней. И даже не о вышедшей на связь крылатой твари, что б её скверна пожрала вместе с остальными. Но лучше этого не надо, потому что я хочу всё сделать собственными лапами и клыками. Ну или магией, на худой конец.

Ксаты. Случай полугодичной давности. Кровавое безумие. Больше двадцати смертей. Я прекрасно понимаю, из-за кого всё случилось — но не могу понять, почему в том городе о происшествии никто не узнал. Ни слухов, ни каких-то мнений, народ в том городе будто бы и не знал о произошедшем.

Я шёл к миссии ксатов с откровенно паршивым чувством в груди. Сожаление и скорбь сплелись мокрой склизкой тряпицей и, облепив сердце, мешали тому биться мерно. Потаённый уголок создания хотел развернуть меня обратно в гостиницу и заставить забыть всё происходящее — но, чтобы не произошло в моей скверной жизни, ксаты в этом не виноваты. Особенно после всего, что хотел сделать для меня Налдас. Как минимум перед этим ксатом я в долгу.

У высокого каменного забора я едва проглотил вставший в горле ком, а дыхание на секунду сбило. Но больше ничего другого я позволить себе не мог. Чувства не нужны.

Единственную в заборе дверь открыл раб из ратонов. Он тут же поклонился и услужливо впустил внутрь длинного двухэтажного здания. В главном зале на кушетках и диванах сидело с десяток ксатов, юноши и девушки, женщины и мужики. Морщинистых детей и здесь не было. У одного из ксатов на лбу белая татуировка зубастых челюстей, сжимающих глаз с вертикальным зрачком. Я не знаю, кто из них та крылатая тварь, но сейчас искать её не собираюсь.

Все ксаты радостно поприветствовали меня, называя родичем, просили не стесняться, говорили чувствовать себя среди родни и не отказывать себе в безопасности. И спрашивали за девочку, называя её беззащитным дитём. Она не понимала происходящего, с каким-то диким восторгом и настороженностью перепуганного хомячка глядела на ксатов и на меня, будто сравнивая.

К одной из стен в зале приколочены горизонтальные парные крючки, на них висело с три десятка простеньких деревянных посохов. Я добавил свой и подвёл девочку к небольшому столу. На нём чаши с сухарями, орехами, ломтями сыра и вяленого мяса, чайник с заваркой и десятки кружек. Я взял небольшой ломтик сыра и показал девочке на стол. Взгляд рубиновых глаз мельтешил по тарелкам, пока не малышка вытащила из чаш кусочек мяса.

— Мы рады видеть тебя, родич, — сказал ксат с татуировкой, руками показав на стены здания. — У нас есть места для тебя и дитя с тобой.

— Спасибо, но я проездом. Моё присутствие может навредить вам, — я сразу чуть поднял руку, намекая ксату с татуировкой молчать, отогнул плащ, постучав по корешку гримуара. — Я пришёл спросить, вдруг вам помощь нужна.

— У нас случилось горе, но даже способный маг нам не поможет.

— Хозяин всё умеет! — выпалил сидевшая рядом со мной девочка. Я тюкнул пальцем ей по голове со словами, чтобы не вмешивалась в разговоры взрослых.

— Это дитя чувствует в тебе защиту, — ксат с татуировкой улыбнулся девочке, та от такой неожиданности робко притянула к себе край моего плаща. — Спасибо за твою заботу, но горю нашему поможет не маг, а зельевар. Пожалуйста, не беспокой себя. Лучше отдохни с дороги.

— Именно этому я и обучался в академии, — парировал я.

— Хозяин умный, он всё знает!

— Я тебе что сказал? — я гневно зыркнул на девочку, на что та ойкнула. — Ещё слово, и жопу надеру. Взяла со стола сухарик, села обратно и грызи его. Чтобы от тебя я слышал только его хруст.

Девочка перепуганным горностаем метнулась к столу и захрустела сухариком под безобидные смешки собравшихся в зале ксатов. От этого девочка совсем потерялась в происходящем и прижалась ко мне, чем ещё сильнее рассмешила ксатов.