Гостья - Майер Стефани Морган - Страница 28

Белые овощи хрустели на зубах, а по вкусу напоминали древесину. Наверное, какие-то корнеплоды. Не столь питательные, как суп, и не такие вкусные, как хлеб, но лучше, чем ничего. Я совершенно не насытилась и готова была сжевать даже поднос, если бы не боялась сломать зубы.

Только съев все без остатка, я поняла: меня не должны кормить. Разве что Джаред проиграл спор с доктором. Тогда почему он несет стражу?

Я подтолкнула опустевший поднос к выходу; опять раздался противный скрежет. В проеме появилось лицо Джареда. На сей раз он даже не взглянул в мою сторону.

– Спасибо, – прошептала я. На его лице не дрогнул ни один мускул. Он молча забрал поднос и исчез. Теперь даже его рукав скрылся, но я знала – Джаред у входа.

Поверить не могу – он меня ударил, – произнесла Мелани, скорее растерянно, чем возмущенно. А я вот совсем не удивилась. Чему удивляться? Конечно ударил.

Ты куда подевалась?– ответила я.– Затащила меня сюда, а потом бросила. Некрасиво.

Мелани пропустила мое замечание мимо ушей.

Я не думала, что он на такое способен. Я бы точно не смогла поднять на него руку.

Смогла бы, не сомневайся. Если бы он пришел к тебе с отражающими глазами, ты поступила бы точно так же. Люди по природе жестоки. – Я вспомнила, как Мелани мечтала задушить Искательницу. Кажется, с тех пор прошли месяцы, на деле же – всего несколько дней. Как я умудрилась так вляпаться за столь короткое время?

Мелани тщательно обдумала мои слова.

Нет, вряд ли. Только не Джареда… И не Джейми, даже если он… – Она осеклась, не желая думать о подобном исходе.

Я тоже обдумала ее слова и нашла их справедливыми. Даже если бы мальчик стал иным, ни у одной из нас не поднялась бы на него рука.

Это другое… материнское… В таких случаях голос разума бессилен, слишком много эмоций.

Материнство – эмоциональное состояние. Даже для вас, Душ.

Я промолчала.

Как думаешь, что теперь будет?

Ты же у нас специалист по людям,– напомнила я. – С чего бы им нас кормить? На ум приходит лишь одна причина…

Некоторые подробности экскурса по истории человеческих зверств перемешались со статьями из газеты, которую мы читали накануне. Огонь – одна из самых страшных пыток. Как-то раз Мелани обожгла пальцы на правой руке, схватив горячую сковородку. Я вспомнила резкую, ошеломляющую боль. Но это был просто случайный ожог, его сразу же вылечили – приложили лед, помазали мазью, дали обезболивающее… А каково придется, если меня начнут жечь заживо, намеренно продлевая страдания?..

Мне никогда не доводилось жить на планете, где происходили бы подобные жестокости, даже до появления Душ. Воистину, Земля – наилучший и наихудший из миров: здесь смешиваются самые возвышенные чувства и самые низменные желания и пороки. Наверное, так и должно быть. Без низости не достичь высоты. Получается, Души – исключение из правила? Способны ли мы обрести свет, не погружаясь во тьму?

Когда он тебя ударил… я кое-что почувствовала, – прервала Мелани мои размышления. Она говорила медленно, будто через силу.

Представь себе, я тоже.– Удивительно, как просто мне давался сарказм после времени, проведенного с Мелани.– Хорошо хоть не убил.

Я о другом.– Она помолчала и наконец выпалила: – Я думала, чувства по отношению к Джареду… исходят от меня. Мне казалось… я их контролирую.

Мысли, скрывающиеся за словами, оказались яснее.

Ты считала, я пришла сюда по твоему желанию.– Я старалась скрыть горечь.– Решила, мной можно манипулировать.

Да.– В голосе Мелани звучала досада, но не оттого, что я огорчилась: просто она не любила признавать ошибки.– Но…

Я ждала.

Ты тоже влюблена в него, независимо от меня. Твои чувства отличаются от моих. Они иные. Я этого не понимала, пока Джаред не появился перед нами, пока ты его не увидела. Как же так? Разве трехдюймовый червяк может влюбиться в человека?

Червяк?

Прости. Знаю, у вас есть… конечности.

Скорее антенны. Если их вытянуть, я гораздо длиннее, чем три дюйма.

Я имела в виду, он другой расы.

У меня человеческое тело,– пояснила я. – Пока я в нем, я тоже человек. Если бы не твои воспоминания о Джареде… в общем, ты сама виновата.

Мой ответ ей не понравился.

Значит, если бы ты поехала в Тусон и переселилась в новое тело, ты бы его разлюбила?

Очень на это надеюсь.

Ни одну из нас не устроил такой ответ. Я опустила голову на колени.

По крайней мере, Джейми в безопасности,– сменила тему Мелани.– Джаред о нем позаботится, более надежного товарища не найти… Вот бы мне его увидеть.

Я об этом даже не заикнусь! – При мысли об ответе, который последует на подобную просьбу, меня передернуло.

Правда, я тоже хотела увидеть мальчика. Удостовериться, что ему ничего не угрожает, его кормят, о нем заботятся, как Мелани уже никогда не сможет. Как я сама, так и не ставшая Матерью, хотела о нем заботиться. Кто споет ему на ночь, расскажет сказку? Вряд ли новый озлобленный Джаред станет думать о таких пустяках. К кому теперь Джейми прижимается, когда страшно?

Интересно, ему скажут, что я здесь? – спросила Мелани.

Думаешь, стоит? – ответила я вопросом на вопрос.

Не знаю… Мне хотелось бы, чтобы он знал: я сдержала слово.

Ты действительно сдержала слово. Ты вернулась.

Спасибо, – слабым голосом проговорила Мелани, то ли за слова поддержки, то ли за то, что я привела ее сюда.

Внезапно я почувствовала себя совершенно измотанной. Мелани тоже. Теперь, когда желудок немного успокоился, а боль в теле притупилась, можно и поспать. Я колебалась, стоит ли шевелиться, чтобы лишний раз не шуметь, однако мне отчаянно хотелось размять затекшие мышцы. Стараясь двигаться как можно тише, я попробовала найти внутри пузыря место пошире. В результате пришлось просунуть ноги в круглое отверстие. Не самое удачное решение – Джаред может подумать, будто я хочу сбежать, однако он никак не отреагировал. Я подложила ладонь под здоровую щеку и, пытаясь не обращать внимания на боль в спине, закрыла глаза.

Кажется, я заснула – видимо, неглубоко, поскольку пробудилась от звука шагов.

На сей раз я немедленно раскрыла глаза. Ничего не изменилось: сквозь круглое отверстие по-прежнему пробивался тусклый голубоватый свет, Джареда не было видно. Сюда кто-то направлялся: шаги становились громче. Я тихонько убрала ноги подальше от выхода и съежилась у дальней стены. Распрямиться бы – так чувствуешь себя менее беззащитной, – однако низкий потолок едва позволял встать на колени.

Снаружи моей темницы послышалось движение. В проеме мелькнула нога Джареда; он поднялся.

– А, вот ты где, – раздался мужской голос. После тишины слова прозвучали пугающе оглушительно. Я узнала голос – это один из братьев из пустыни. Тот, с мачете. Кайл.

Джаред промолчал.

– Мы не можем этого допустить, Джаред, – заговорил другой, более рассудительный. Кажется, второй брат, Иэн. Голоса братьев были бы схожи, если бы Кайл постоянно не срывался на крик. – Все мы кого-то потеряли. Черт побери, все до единого. Не глупи.

– Если не отдашь эту тварь Доку, мы сами ее прикончим, – прорычал Кайл.

– Нельзя держать ее здесь взаперти, – продолжил Иэн. – Рано или поздно она сбежит и всех нас выдаст.

Джаред молча закрыл собой вход в мою камеру.

Когда я поняла, о чем речь, сердце забилось быстрее. Джаред победил. Меня не будут пытать и не убьют – по крайней мере, прямо сейчас. Я пленница.

Какое прекрасное слово, учитывая обстоятельства.

Я же говорила, он не даст нас в обиду.

– Джаред, не усложняй, – послышался незнакомый мужской голос. – Избавимся от нее, и дело с концом.

Джаред молчал.

– Мы не хотим тебе вреда. Мы все здесь братья. Не вынуждай нас. – Кайл явно не блефовал. – Лучше отойди.