Замерзшие лилии (СИ) - Сандул Ольга - Страница 59

- Почему?

              Но мужчина ответил только тогда, когда я съела всю порцию до последнего кусочка и разделила с ним зажаренный  хлеб пополам.

- Чтобы отбить всякую охоту к жертвоприношениям, я объявил, что «лилии» были отвергнуты Омадом и остались живы. Таким образом, божество показало нам, что недовольно и требует перемен. Так  мои приказы стали выполняться намного быстрее.

- А убийство Тауруса?  - Шепотом спросила я, надеясь, что мы обсуждаем бывшего наставника в последний раз.

- Заговор в Совете, который привел к гибели всех остальных магистров.  Все поверили в версию, что они банально поубивали друг друга в стремлении захватить власть. – Севир отвечал довольно спокойно, но  его взгляд был направлен куда-то в сторону мимо меня. – Я опасался, что начнутся вопросы, но оказалось, что рыцарей гораздо больше волнует то, что они теперь вправе, не таясь, вступать в связи с женщинами и заключать браки.

- Александр?

-Мы договорились, что он остановит наступление войск, а через пару недель я официально объявлю, что во время молитвы Омаду на меня снизошло озарение. – Теперь мужчина снова смотрел на меня, - о том, что Тристию ждет процветание только в случае возвращения «истинного короля».

- Народ поверит? – Нахмурилась я.

- В то, что «лилии» остались живы  после жертвоприношения,  люди поверили. Кроме того я умею быть убедительным. – Мужчина казался невозмутимым.

- Я боюсь за тебя, - признание сорвалось с моих уст легко.

         Севир покачал головой и слабо улыбнулся:

- Не нужно. – Он наклонился ко мне и  поцеловал с такой страстью, что в какой-то миг поднос с тарелками оказался сдвинут куда-то в сторону, а я была устроена поверх тела магистра, который прижимал меня к себе.

        Через какое-то время,  Севир, оторвавшись от моих губ, вспомнил о другом:

- Александр обещал передать вскоре ткань для тебя. Думаю, твоя подруга постаралась.

- Ткань? – Мне нравилось лежать на нем и разговаривать, смотря на него вот так, глаза в глаза.

- Теперь всем жителям Тристии разрешено носить одежду разных цветов, - пояснил он мне. – Думаю, заказов у тебя прибавится. Но я хочу попросить, чтобы ты в первую очередь сшила платье для себя. Красивое платье.

- Странно это слышать сейчас, когда я в ужасной длинной сорочке до пят, не причесанная и немытая много дней, - загрустила, но Севир снова жарко поцеловал меня.

- Я люблю тебя: неважно, как ты выглядишь и что на тебе надето. – Он положил ладони на мои ягодицы и прижал к той части своего тела, которая доказывала его слова. – Лишь хочу, чтобы день нашей свадьбы запомнился тебе.

- Красивым платьем?

- Именно. – Севир поцеловал кончик моего носа и серьезно добавил. – И мужчиной, чье сердце принадлежит одной тебе.

                   Удивительно, но я случайно вспомнила этот наш разговор много дней спустя, когда Омад или кто-то из других богов  позволили нам пожениться.  На мне было надето обычное темно-синее глухое платье, волосы заплетены кое-как, поскольку я торопилась, услышав весть о том, что Севира пытались убить агенты Силезии, проникшие в столицу под видом торговцев.

  Благодаря «вести от Омада» о том, что власть необходимо передать «истинному королю», над столицей и другими частями Тристии перестал витать страх голода, а продукты и остальные товары вновь появились на ярмарках города.

           Почему Севира пытались убить? Почему именно сейчас? Эти вопросы не давали покоя, пока я бежала со всех ног по улицам к миссии Ордена, чтобы увидеть любимого мужчину. Опасалась, что меня не впустят внутрь, но оказалось, что у охраны есть распоряжение пропускать внутрь одну из «лилий», а именно госпожу Нору Сергиус. Один из рыцарей даже вызвался проводить меня до кабинета магистра, заверив, что тот не сильно пострадал, а лишь  ранен в плечо. Оказалось, что его пытались убить из огнемета, но в толпе не смогли попасть в сердце. Лишь это спасло моего любимого от смерти!

             В помещении помимо Севира находился Кит и другие рыцари, поэтому пришлось держать себя в руках, чтобы сразу же  не броситься к мужчине. И лишь когда все вышли, я смогла осторожно обнять магистра, чтобы не задеть его рану. Слезы  облегчения лились из глаз, с губ срывались какие-то фразы и благодарности Омаду,  и лишь  поцелуй Севира смог немного успокоить меня.

- Давай поженимся сегодня, - попросила его, понимая, как сильно устала от ожидания.

              С момента моего выздоровления прошло несколько недель, в течение которых Севиру приходилось управлять страной, объявлять «волю Омада»,  открыто встречаться с Александром и его войском, чтобы обговорить вопросы передачи власти. Было решено, что «истинный король» скоро приедет в столицу вместе со своими соратниками. И сейчас в спешном порядке пытались восстановить жилой вид дворца и тех зданий, ранее принадлежавших  аристократам, которые за время правления Ордена пришли в упадок.

           Все это время любимый просил подождать, когда он станет полностью свободным, и тогда мы сможем пожениться. Лишь мои заверения о том, что я принимаю специальное зелье, дало мне возможность наслаждаться близостью с мужчиной, с которой он также намерен был повременить.

          Сегодня же, понимая, что могла потерять Севира навсегда, не желала более терять ни одного дня. Странно, но он не стал спорить и, позвав Кита, попросил его стать свидетелем. Следует сказать, что с помощником мы уже не раз пересекались, и он был неизменно вежлив и обходителен со мной.  И  сейчас, услышав слова магистра, лишь широко улыбнулся и искренне порадовался за нас обоих.

          Брачные клятвы мы произносили под удивленными взглядами жреца в  храме Омада, расположенном в самом центре миссии Ордена. Жрец, проведя обряд должным образом, добавил от себя, что божество отметило нас, позволив выжить и стать супругами. Это было последним, что я запомнила, поскольку Севир поцеловал меня, и весь остальной мир перестал существовать.

ГЛАВА 31. Часть 2. Севир

Лето в столице в этом году вновь выдалось ветреным и холодным. Река Морт  была покрыта мелкими барашками-волнами,  а я любовался на нее из окна дворца, ожидая аудиенции короля после своего приезда. В нетерпении притоптывал на месте, мечтая о встрече с любимой женой.           Поездка в Мартинику слишком затянулась, и мы впервые так надолго расстались. Писали друг другу письма, но в них не отразишь всей тоски и желания поскорее увидеться. Бросил взгляд на руку, на безымянном пальце которого теперь красовалось кольцо – знак о супружестве. Вернулись старые традиции и я, вспомнив науку отца, сам выковал для нас с Норой  обручальные кольца. Почему-то казалось важным сделать это, а жена в итоге осталась довольной настолько, что всю ночь мы провели без сна, пытаясь насытиться друг другом.

            Замечтавшись о том, что смогу повторить сегодня подобное, не сразу обратил внимание на хмурого мужчину за спиной. Кассий, бросив недовольный взгляд на мое обручальное кольцо, коротко кивнул в знак приветствия. Ответил ему тем же, отмечая пыльный плащ и смятую в руке шляпу. Мчался из самой Силезии без отдыха? Хотя сам я был таким же, но меня подгоняло желание  быстрее увидеть Нору, а кто гнался за Кассием?

 - Снова проблемы?  - Задал вопрос, подразумевая алчного короля Силезии.

          Так получилось, что нам с Кассием пришлось решать вопросы с «соседями», дабы не случилось новых войн, пока король только-только вступил в свои права. В Силезию Александр меня не пустил: после того, как меня пытались убить шпионы,  мужчина боялся, что живым  из поездки я не вернусь. Слишком сильно, как оказалось, я досадил королю Силезии, продержав его супругу в плену. Хотя во вторую нашу встречу, он с большой радостью принимал от меня золото и весело потирал руки. Лживый человек, не иначе. Поэтому налаживать контакт пришлось Кассию, который в последние месяцы практически и не жил в столице, а я отправился в Мартинику, чтобы вернуть те территории, которые мы потеряли год назад. За золото и драгоценности, разумеется, которые Александр привез с собой из Уайны. Оказалось, его мать- королева, успела прихватить собой в изгнание всю казну. Можно ли было осуждать ее за это? Дела прошлого, но сейчас золото, хранившееся долгие годы, приносило пользу. По крайней мере, короли Силезии и Мартиники скрепили договоры о том, что обязуются не нападать на Тристию в ближайшие годы.