Замерзшие лилии (СИ) - Сандул Ольга - Страница 41

- Я много месяцев думала, что ты мертв, - прерываю наше молчание, поскольку практически на протяжении всей дороги Севир не издает ни звука.

              Даже в сгущающихся сумерках понимаю, что мужчина хмур и сосредоточен.  Он не смотрит на меня, держит спину прямо, но я знаю, что он ловит каждое мое слово.

- Если бы не тот потайной ход, который ты показала мне, я бы умер.  – Его голос ровный, словно он говорит о каких-то обычных вещах. - А  так вместе со мной  спаслись те немногие, что остались верными мне и Ордену.

-Почему?  Почему это скрывалось?– Теперь я осознала, что Таурус знал обо всем и молчал, не вспоминая Севира в своих проникновенных речах.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Так было нужно…

                Это показное спокойствие вывело меня из себя, и я, схватив мужчину за руку, дернула, заставляя посмотреть в мое лицо.

- Я оплакивала тебя! Много-много дней подряд!  Сожалея, что все получилось именно так, молясь Омаду, чтобы он даровал тебе счастливую жизнь рядом с собой!

               Но Севир вновь никак не отреагировал, а, кивнув взгляд в сторону моего дома, лишь заметил:

- Мы почти пришли, ступай в дом.

- Пожалуйста, - умоляюще попросила я  и потянула его за руку, заставляя зайти внутрь дома.

                  Примени он силу, мне ни за что не удалось бы это сделать, но Севир позволил. Вошел следом и встал около стены, наблюдая за тем, как я закрываю дверь на замок и зажигаю свечи в комнате. Ставни были закрыты, поэтому я не боялась того, что кто-то может увидеть нас с улицы.

 - Я могу ответить тебе только на один вопрос, - произнес он, кода я приблизилась к нему. – После этого уйду, и мы больше никогда не увидимся.

 - Тебе нужно возвращаться в миссию Ордена?

- Это вопрос?

                     Покачала головой, понимая, что едва не потеряла свой единственный шанс.

- Ты не хочешь задать мне вопрос? – Прошептала я, всматриваясь в его глаза.

            Мне хотелось вытравить из них ледяной холод, которым мужчина обдавал меня сейчас.

- Я знаю, как ты живешь, Нора.

             Усмехнулась, понимая, что он в отличие от меня, был прекрасно осведомлен о моих передвижениях. Следил тайком, избегая случайной встречи?

- Спроси меня, почему я плакала, Севир? – Я поднялась на носочки, чтобы наши лица были сейчас на уровне друг друга. - Почему мне было больно при мысли, что  больше тебя не увижу? Из-за чего я до сих пор храню твой плащ в своей спальне и иногда достаю его, чтобы прикоснуться… лишь из-за того, что ты дал мне эту вещь?

- Я знаю, - его уверенный тон лишь разозлил, а не успокоил. – Это обычная благодарность за спасение…

- Не знаешь! – Хотелось кинуться на него, бить в грудь руками, чтобы заставить его хоть немного чувствовать, а не притворяться ледяной статуей. – Я люблю тебя! Я так сильно люблю тебя, и больше не могу удержать это в себе! Все эти месяцы я цеплялась за ту фразу, что ты сказал мне в Порт Перл, что ты был бы со мной, если бы… если бы…

                        Лед разбился вдребезги, и я увидела перед собой  настоящего Севира.

- Тристия катится в пропасть, и я не могу все бросить даже ради тебя, понимаешь?! – Его крик эхом разошелся по комнатам, заставив меня невольно вздрогнуть.

- Хотя бы один раз…только раз останься со мной как любящий мужчина, а не магистр Ордена. А потом уходи на войну, защищай Тауруса, как требует твой долг…

                        Мне не было стыдно за просьбу, за умоляющий голос и слезы, которые свободно стекали по щекам. Я знала, каково это – просыпаться ночами, зовя его по имени, и понимать, что мы больше никогда не увидимся.

- Нора…

- Потом можешь сказать, что я – твоя  слабость…избегать, как делал все эти месяцы, пока я сходила с ума от горя…

- Нора, - полустон-полувсхлип, и мир перестает существовать для нас двоих.

                      Я не знаю, чьи руки дрожали сильнее: его или мои. Севир, легко перенесший меня на второй этаж в спальню, бережно расстегивал пуговички платья, находящиеся у меня за спиной, попутно целуя все, что попадалось ему по пути: шею, волосы, собранные в косу,  плечи и спину. Мы не зажигали свечи, находясь в полной темноте, но его тяжелое дыхание и обжигающие кожу поцелуи пронизывали мое тело полностью. Не выдержала, и когда платье окончательно упало на пол, повернулась и обняла за шею, находя своими губами его - сухие и горячие, которые мечтала поцеловать ничуть не меньше, чем час назад. Сладко застонала, чувствуя, как он целует меня в ответ. Его руки наскоро расплетали косу, зарываясь в густой водопад волос, пока я вела руками по животу и груди, приподнимая рубашку мужчины вверх.

- Всегда мечтал о том, что сделаю это, - тихо признался он, перебирая пряди моих волос.

                   Легкие дразнящиеся поцелуи прошлись по всему лицу, спустились к шее и ключицам, заставляя меня прижаться спиной к стене, чтобы не упасть от охвативших все тело чувств.

- Нора, моя Нора, - хриплый шепот.

                   Зарылась пальцами в волосы Севира и прикрыла глаза, наслаждаясь тем, как он медленно опускается вниз, целуя чувствительную грудь и. ласково поглаживая кожу живота.

                    Было ли в моей жизни отдаленно напоминающее то, что происходило между нами в этой темной спальне? Нет, и я наслаждалась каждым моментом, гоня от себя прочь мысли, что утром все закончится, а Севир вновь исчезнет из моей жизни.

                    Потянула его вверх, целуя страстно и горячо, одновременно с этим пытаясь все же стянуть с мужчины рубашку и брюки, в которых он до сих пор находился. Оторвалась на миг и припала губами к обнаженной груди, слыша лишь стук наших сердец и прерывистое дыхание мужчины. Пальцами наткнулась на что-то чуждое и рваное на  животе и, понимая, что это, скорее всего – шрам от раны, поцеловала  небольшой участок кожи.

- Ржавый гвоздь, только и всего, - прошептал Севир, припадая к моим губам новым головокружительным поцелуем.

                 Мужчина подхватил меня на руки и осторожно перенес на кровать, не забывая ласкать и поглаживать все тело. Долгие поцелуи, которым я потеряла счет,  не прекратились, когда его пальцы аккуратно раздвинули ноги и скользнули внутрь, растирая влагу. От неожиданности замерла на мгновение, часто задышав, поскольку это  было настолько  приятно, что тело непроизвольно само поддалось навстречу руке Севира. А когда мужчина заполнил меня собой, прижавшись всем телом сверху, мы застонали одновременно.

                  Медленный древний танец, который раскрывал внутри  нас все потайное и скрытое до сих пор. Тихий шепот, признания в любви  и размеренные движения Севира, который боялся до самого конца выпустить меня из кокона собственных рук. Короткая передышка, и мы вновь сплетены в единое целое. Где начинались мои руки и заканчивались его? Рваное дыхание на двоих, безумные лихорадочные поцелуи, громкие стоны и крики. Севир отпустил себя полностью, откровенно наслаждаясь мной. Он гладил, целовал, бесстыдно ласкал там, куда после вторгался, наполняя и растягивая собой. Одеяло давно было на полу, простынь сбилась,  и в комнате стоял воздух, наполненный запахом наших разгоряченных тел, пота и острого желания, которое не отпускало ни на мгновение. Я принимала мужчину, лежа на спине, пока он удерживал мои ладони сверху. Чувствовала его спиной, когда в очередной раз он, перевернув меня на живот, целовал шею и ласкал рукой грудь, вновь и вновь пронизывая меня внутри. Ближе к рассвету медленно опускалась  на него сверху,  чувствуя, с какой любовью он смотрит на меня в этот момент. Казалось, что я сорвала голос, но это было ерундой.

  Когда солнечные лучи проникли в спальню, освещая наши переплетенные тела, я поняла, что глубоко ошибалась, считая, что будет достаточно одной ночи. Не смогла заснуть подобно мужчине, которого все же сморил сон перед самым рассветом. Тихо лежала, боясь разомкнуть объятия, и осторожно рассматривала Севира, который даже во сне внушал трепет и восхищение. Отсчитывая минуты, часы перед тем, как мы расстанемся навсегда. Все же заснула, утомленная бессонной ночью и жаркими ласками.