Замерзшие лилии (СИ) - Сандул Ольга - Страница 37

- Снова скажешь, что мы больше не увидимся, потому что я делаю тебя слабым? - В голосе Норы  сейчас звучала такая тоска, от которой в моей груди все сжималось.

- Ты сама сказала, что не любишь меня, - посмотрел на нее, отмечая припухлые губы и растрепанную прическу. Старался не опускать взгляд ниже шеи, потому что пальцы так и зудели от желания прикоснуться  к женщине вновь.

- Постараешься вытравить меня из себя как отраву? Чтобы я не привела тебя к гибели, как это сделала твоя мать с твоим отцом?

- Не сравнивай нас с ними! – Не удержался, повысил на нее голос.

- А ты не думал, что я могу тоже полюбить тебя? – Спросила она тихо. – И сейчас я желаю тебя не меньше, чем ты меня?

- Не смей! Ты должна жить так, чтобы ни одна живая душа не догадалась о связи между нами! И кто бы ни стоял у власти: Орден или наследник короля…

              Нора сделала несколько шагов по направлению ко мне, но я, открыв замок,  позорно сбежал за дверь. Нужно отправить ее в столицу, пока желание оставить женщину  здесь, в своей спальне не перевесило здравый смысл и чувство долга. Я  не сделал ее своей любовницей не только из-за обета и боязни стать уязвимым. Но и того, что, по сути, не мог ничего предложить взамен, кроме тайных встреч. Жить с ней в открытую, тем более  жениться  подобно тому, как это сделал Крис – невозможно. А в условиях надвигающейся войны - опасно, в первую очередь для нее.

ГЛАВА 21. Нора

          Судьба снова внесла изменения в мою жизнь, заставив уехать из любимого и родного края обратно на север, в ненавистную серую и мрачную столицу. А ведь я ехала сюда с надеждами, что обрету полную свободу! С другой стороны, если бы не магистр Севир, сейчас меня бы пытали или того хуже – казнили, как шпионку другого государства.

          Он заставил переодеться в другое платье, чтобы меня не опознали его люди, накинул сверху темный плащ с символикой Ордена и потребовал показать тот тайный ход из спальни родителей. Пыталась возражать, сказав, что он мог разрушиться за столько лет, но мужчина был непреклонен. Севир опасался открыто выводить меня из дома, чтобы у рыцарей не возникло лишних вопросов. Когда я задала вопрос: не потеряли ли его подчиненные, он лишь мрачно взглянул на меня и промолчал.

                Удивительно, как этот невозможный человек умел быстро прятать собственные эмоции и чувства, скрываясь за маской ледяного спокойствия! В темном холодном коридоре, который вел к тайному выходу из дома, Севир был решительным и твердым. Он, воспользовавшись подарком королевы Силезии,  быстро соорудил подобие факела и двинулся вперед, не обращая внимания на клубы пыли, паутины и крыс, которые по-прежнему бегали по полу, вызывая во мне отвращение и брезгливость. Поняв, что не поспеваю за его шагом, хотя на самом деле на меня разом нахлынули детские страхи и воспоминания, мужчина крепко схватил мою руку и потащил за собой. Это было первое прикосновение ко мне после того, как я фактически предложила себя ему. И в темном мрачном коридоре, освещаемом лишь тусклым светом факела, я пыталась разглядеть черты лица мужчины, понимая, что, скорее всего мы больше не увидимся.

                   Выход был завален тяжелым камнем, но Севир смог отодвинуть его немного, так что пришлось практически протискиваться на свободу. На улице первые минуты  мы оба пытались отдышаться свежим прохладным воздухом после затхлого запаха подземелья. Мужчина, выпустив мою руку, пытался отряхнуть наши плащи от паутины и пыли.

- Я проведу тебя к обозам торговцев: думаю, там мы найдем кого-нибудь, кто сможет отвезти тебя в столицу.

              Не спорила, понимая, что он в любом случае поступит именно так.

- Ты понимаешь, - его голос зазвучал тише,  - что так будет лучше.

                Кивнула, стараясь не выдать той горечи, что отравляла мое сердце. Если бы он знал, чего мне стоило переступить через себя и поговорить с ним откровенно! Ведь я сказала правду, которую было бесполезно отрицать: Севир действительно нравился мне настолько, что я готова была стать его любовницей хотя бы на один раз! Почувствовать, каково это – когда желание становится настолько невыносимым, что застилает собой разум и доводы рассудка.  Но никак не услышать речи о том, что я – его позорная слабость.

- Нора…

              Внимательно посмотрела на него, понимая, что теперь мы точно прощаемся навсегда. Постаралась вобрать в себя сосредоточенное лицо и хмурый лоб, яркий блеск в глазах, которые выдавали его истинные эмоции; волосы, припорошенные пылью. Стать и мощь фигуры, которая когда-то вызывала во мне страх, но сейчас я знала, насколько нежными  и осторожными бывают руки, лежащие сейчас на рукояти меча.

- Я знаю то, что ты собираешься мне сказать, - печально вздохнула, - не нужно…

- Не знаешь, - выдохнул Севир, наклонившись ко мне, и тихо продолжил. – Не будь я магистром Ордена, и если бы страна не нуждалась во мне. Больше всего на свете я бы желал быть с тобой…

                    Его рука ласково провела по моим волосам, лицу, щекам и обвела контур губ, словно прощаясь.

- Желал поклясться пред ликом Омада  и в присутствии жрецов в любви и верности на всю жизнь именно тебе, Нора.

                  Короткий страстный  обжигающий поцелуй,  всколыхнувший все чувства и желания, которые сегодня довелось испытать в спальне магистра.

                 Услышав приближение людей, Севир резко отстранился и пошел вперед, а я пыталась унять дрожь в коленях и успокоить собственное сердце.

                Торговца, который  ехал в столицу, мужчина отыскал быстро. Тот, завидев самого магистра Ордена, склонился в подобострастном поклоне. Севир, представив меня сестрой одного из его погибших рыцарей, приказал доставить в целости и сохранности в столицу, пообещав, что обязательно проверит. В руку торговца опустился увесистый мешочек монет, после чего Севир, бросив на меня короткий взгляд, ушел прочь.

   -Повезло же Вам, госпожа, что сам магистр Севир проявил заботу! – С плохо скрытой завистью протянул торговец, помогая мне устроиться в телеге.

- Вы даже не представляете, насколько повезло, - согласилась с ним, чувствуя, как отчаяние все больше затапливает  мою душу.

             Хотелось остаться одной, чтобы выплакать слезы за все, что случилось со мной сегодня. Еще утром я радостно отсчитывала часы, когда поднимусь на борт корабля, чтобы уплыть в Уайну, не зная, что вечером груженная товаром старая телега увезет меня по дороге в столицу. Плащ Севир так и не забрал и, опустив руку в карман, я обнаружила внутри теплые перчатки и мешок с деньгами. Прикрыла глаза, понимая, что он остался верен себе даже в этом. Только раздумывала, когда успел, поскольку  в подземелье карманы были пусты? Неужели во время прощального поцелуя, когда он крепко прижал меня к себе на миг?

              В голове постоянно крутились слова, которые он сказал мне на прощание. Они были созвучны с тем вопросом, который я задала ему: что будет, если я полюблю его? И нужно ли влюбляться в мужчину, который одновременно притягивает и отталкивает от себя? Мужчину, который стремится сделать так, чтобы никто не узнал о нашей связи. Даже, несмотря на взаимную страсть и притяжение между нами.  Я понимала, что в этом проявлялась его забота: кто знает, что ждет нас впереди? Если грядет новая война, невозможно будет предугадать, сможет ли вернуть наследник свое законное право?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Севир никак не уходил из моей головы, несмотря на выстроенные в голове доводы рассудка и понимание того, что ни в коем случае нельзя влюбляться в него!

ГЛАВА 22. Нора

               В долгой и выматывающей дороге в столицу я вспомнила  о Кассии,  благодаря  усилиям которого оказалась в Порт Перл. Он тогда, еще весной показался на пороге моего дома в сопровождении двоих молодых мужчин. Один из них был высоким широкоплечим брюнетом с пронзительными голубыми глазами, другой – меньшего роста и худощавого телосложения рыжеволосый молодой паренек. У меня  же, как назло,  сидела в гостях соседка, которой необходимо было срочно зашить мешок для пшена, и пересказывала очередные сплетни. Завидев мужчин, внимательно рассмотрела каждого из них и мило заулыбалась.