Тьма. Том 4 (СИ) - Сухов Лео - Страница 5

Глядя, как он поднимается, я подумал, что слишком уж часто в последнее время встречаю людей, которые умеют вежливое обращение сплюнуть так, что аж скулы сводит.

Уподобляться я не стал. Остался вежливым до конца.

— Всего хорошего, безымянный сударь! — я отсалютовал ему почти пустой чашкой.

Свистоплясов бросил на меня злой взгляд и вышел вон. Впрочем, разыгравшаяся сцена уже успела привлечь внимание людей в зале, и теперь я чувствовал себя будто под прицелом десятка орудий. Хорошо ещё, вопросы никто из собравшихся не задавал.

— Ненавижу его, — тихо выдохнул Булатов и уже громче добавил: — Фёдор, приветствую!

— Добрый… Ночь! — замешкавшись, ответил я и вызвал у Арсения улыбку.

— Федя! — дружелюбно кивнули мне Костя и Виктор Леонидыч.

— Ко мне вопросы, да? — уточнил я кислым голосом.

— Ну… Человек, напавший на тебя, был обычным, — кивнул Арсений. — Сам понимаешь… Тем более, у тебя недавно был суд по сходному вопросу.

— Обычный парень с артефактным тесаком и рунами Тьмы, вырезанными по всей туше… — кивнул я, вызвав улыбки не только у сидящих напротив собеседников, но и у людей вокруг. — В этом мире что-то сломалось, видимо…

— Это да. Необычный случай! — вполголоса хохотнув, согласился Арсений. — Конечно, с учётом всех деталей происшествия, к тебе, Фёдор, вопросов почти не будет. У власти, само собой. Так-то судари и сударыни как раз хотели их тебе задать…

Булатов оглянулся на людей, уже подошедших ближе. А затем снова повернулся ко мне:

— С тебя бумага с подробным описанием всего, что было. Ну и копия разрешения на оружие. Ты же стрелял, как я понял?

— Ага. И копия учётной записи на кота, — кивнул я.

— Кот тоже поучаствовал? — взметнув бровь, удивился Арсений.

— Он не просто поучаствовал. Тёма и девушек спас, рискуя собой, и мне дал время на место преступления добежать, — улыбнулся я. — А так бы я даже не знал, что вообще в парке происходит…

— Как так⁈ — возмутился бородатый статный мужчина. — Он же резал их, они должны были кричать!..

— Андрей Петрович! — нахмурился Арсений.

— Нет, это просто возмутительно, Сеня! Почему рядом убивают людей, а никто не приходит на помощь⁈ Фёдор Андреевич, может, вы объясните⁈ — мужчина уставился на меня, а я понял, что его и вправду очень волнует ответ.

— Они не могли, Андрей Петрович, — спокойно объяснил я. — Они пытались, но не могли.

— Не могли? Но почему⁈ — не понял он, и мне пришлось отвечать, чувствуя на себе пристальные взгляды Кости и Виктора Леонидыча.

Ну да, первое-то моё столкновение с убийцей они ото всех скрыли…

— К сожалению, не знаю ответа на этот вопрос… — покачал я головой. — Когда я прибежал, девушки были уже ранены, открывали рты, но и звука не могли из себя выдавить.

— Да ясно же, что это плетение молчания! — вмешалась какая-то чопорная дама. — И следы наверняка остались. Вон же, госпожа проректор Малая, она же энергет! Может подтвердить!

— Судари, сударыни! — Виктор Леонидыч поднялся со стула и, обернувшись, выставил руки открытыми ладонями вперёд. — Мы пока ничего не можем подтвердить! Но Мария Михайловна всё проверила!

— Кто ваш начальник? — возмущённо запыхтел Андрей Петрович. — Почему скрываете?

— Тайна следствия! — подал голос Константин, повернувшись к собравшимся. — А начальник — я. Меня зовут Староземский Константин Петрович, я начальник особого отдела Полицейского и Тёмного Приказов. И если у вас есть вопросы, прошу задавать их в установленном порядке.

— Староземский? — уточнила «чопорная». — Хм…

— Моя фамилия неважна! — как-то слишком резко ответил Костя. — Важно, что есть тайна следствия. Вы имеете право получить материалы по делу. Вы заинтересованные лица. Но прошу следовать установленному порядку. И, пожалуйста, не надо дёргать Седова Фёдора Андреевича во время опроса!

Я в этот момент смотрел на Костю с большим подозрением. Нет, я знал, что у него есть какой-то важный папа и другие родственники… Но реакция людей в зале на его фамилию оказалась слишком уж примечательной.

— Се-дов? — между тем, переспросила чопорная дама. — Хм-хм…

Вот теперь мы с Костей с одинаковым подозрением смотрели друг на друга. Моя фамилия тоже чем-то не угодила собравшимся. Впрочем, ничего удивительного — судя по тем старым новостям, которые я сумел нарыть.

— Так, судари и сударыни! — Арсений обернулся. — Если сейчас же не прекратите лишние разговоры, я буду вынужден попросить вас отсюда вывести!

— Сеня! — приложив руку к сердцу, возмутился Андрей Петрович.

— Буду вынужден! — грозно нахмурившись, повторил Булатов. — Порядок!

— Молчим-молчим, кхм… — ответила за всех «чопорная».

— Так, Федя… Значит, письменное описание того, что случилось, копия разрешения на оружие и учётный лист на кота, — Арсений обернулся ко мне. — А сейчас будь добр: расскажи кратко, что заметил странного.

— Да всё было странным! — честно признался я. — Девушки истекают кровью, но не могут закричать. Скорость этого урода, нож артефактный, руны по всему телу… И ещё этот урод в тенях перемещался! В общем, всё странное…

— В тенях? — переспросил Костя. — Как твой кот?

— Да… Непостоянно, но мог, — кивнул я. — И от пуль он уворачивался!

— А ухо ты ему отгрыз? — уточнил Виктор Леонидыч.

— Ну вот зачем напоминать-то? — расстроился я и запил воспоминание последним глотком кофия. — Ну да, я отгрыз…

— Зачем⁈ — уставился на меня Арсений широко раскрытыми глазами.

— Чтоб не вырвался, когда я его к кустам прижал, — признался я. — У меня уже сил никаких не было. Если бы он выбрался, то добил бы меня… А так я его.

— Настолько силён? — удивился Арсений.

— Очень быстрый, очень сильный, и на боль ему плевать было, — кивнул я. — Но мне-то не плевать, да?

— Я уже мечтаю почитать, как всё было… — Арсений покачал головой.

— Про ухо и я бы почитал! — не выдержав, вмешался Андрей Петрович. — И чтоб с подробностями, как этой твари больно было!..

— Боюсь, не особо… Я же говорю: на боль ему плевать было, — покачал головой я. — Но если очень надо, распишу, конечно.

— Нам то же самое, Федь! — кивнул Костя. — Ну и ещё мы тебя вызовем, если подробности понадобятся.

— Вы нож-то нашли? — уточнил я.

— Нашли-нашли, — успокоил меня Виктор Леонидыч.

Меня опрашивали ещё минут десять. В том числе, пытались вызнать, как именно меня в момент опасности призвал Тёма. Но, если честно, я и сам всю эту технологию не понимал, поэтому отправил их к Полоскову.

А ещё, конечно, у меня спрашивали, как убийца выглядел: лицо-то я ему в кашу размолотил. В итоге, пришлось пообещать, что составлю фоторобот.

Под конец меня отпустили, но люди, собравшиеся в зале, провожали мой уход очень внимательными взглядами. Я обычно так смотрю, если хочу хорошенько запомнить человека. Вот и они меня явно запоминали: от макушки и до набоек на обуви. Зачем? Этот вопрос я адресовал провожавшей меня Малой:

— Мария Михайловна, а кто были те люди?

— Представители родов, которые объявили награду за голову убийцы. Вообще-то они хотели прояснить вопрос, тот ли убийца пойман… А, кроме того, должны были тебе сказать о награде. Но не сказали… Это странно.

Она вдруг остановилась, придержав меня за руку всего в нескольких метрах от общежития, и очень тихо спросила:

— Что с твоей фамилией не так? Почему они на неё… Ты же был обычным?

— Я-то да… — кивнул я, а затем попытался соскочить с темы: — Но мои предки были боярами. Перестали быть в девяностые. Не в курсе, что там за история была. Род был маленький. В общем, не знаю, чего это они…

— Я выясню, — пообещала Мария Михайловна то ли мне, то ли самой себе.

Смотрела она на меня с прищуром, будто подозревала в ужасных преступлениях, которые мне удалось скрыть. Но это не так! Я же не скрывал! Про всё рассказывал!

— А надо? — уточнил я, состроив кислую мину на лице.

— Надо! — отрезала Малая. — Всё, иди спи… Так, а что за история с этими «Без Тьмы», а?