Изъ Москвы с любовью. Том 2 (СИ) - Кусков Сергей Анатольевич - Страница 82

— Да, мисс Коннор.

— А чтобы у остальных не было непонимания, поясню, — подняла она глаза на сестёр за столом. — Низшие — примитивны, как обезьяны. Чтобы их контролировать, достаточно выделить контрольную группу и дать ей блага. И когда они поймут, что отношение к ним совсем иное, чем к тем, кто за воротами… Они будут работать, Катрин. — Снова научному руководителю. — Хорошо будут! Из опасения, что завтра на их месте окажется кто-то другой. Разделяй и властвуй, непреложная истина. Не подведи, сестра.

— Да, мисс Коннор, — снова склонила голову научный руководитель.

— Раз так, раз это последний вопрос из текучки, предлагаю перейти к сладкому. — Сара довольно улыбнулась. — Сёстры, предлагаю вашему вниманию новый проект нашего департамента по работе с Мексикой и Карибской Зоной. — Она нажала на кнопку сбоку стола и двери зала совещаний открылись. Не главные, откуда внутрь заходят те, кто будет совещаться, а внутренние, ведущие во вспомогательное помещение. Оттуда вышли две сестры, ведущие некое юное создание. Руки у создания были стянуты наручниками, а на голове покоился скрывающий лицо мешок. Использовать дар это чудо не могло, так как сопровождающие сёстры были куда сильнее и опытнее, полностью блокируя дар пленницы.

Пленницу усадили с противоположного торца длинного стола, за которым они заседали, сняли с головы мешок. Это оказалась прелестница лет двадцати с ярко выраженными южными латинскими чертами. Но чертами правильными, европейскими. Испанка, крайний случай итальянка, но все понимали, итальянкам в их краях взяться почти неоткуда.

— Сёстры, представляю вам её высочество принцессу Марию Консуэлу Ибаньес де Ривера, — пафосно произнесла Сара. — Наследницу престола Мексики. Прошу любить и жаловать.

Сёстры подхватили игру и старательно захлопали. Такая ирония.

— Вы заплатите за это похищение, сучье отродье! — фыркнула девчушка, тоже понимавшая, что эти люди просто так её не отпустят, и их аплодисменты — своеобразная шутка. А ещё Сара видела, как сильно она боялась. Но держалась, девчонке хватало храбрости грубить — и это похвально от той, кто не является членом Братства, достойно восхищения. Но он была… Противницей? Врагом? Не сама девчонка, конечно, но её семья — да. И вся их страна. Враг Организации, враг Содружества, враг Братства. А значит, несмотря на симпатию, никакой пощады не будет.

— Ваше высочество, прошу не опускаться до того, чтобы сквернословить в нашей компании, — улыбкой гремучей змеи улыбнулась Сара. — Понимаете, сеньорита Ибаньес, ваша мать… Она позволяет себе очень много лишнего. Слишком много лишнего, — мягко сформулировала она. — И нам нужно её… Немножечко убедить стать осмотрительнее. А потому прошу простить нас за жестокость, которую мы вынуждены применить к вам. Обещаю, как только её величество сделает то, что от неё требуется, вы… То, что от вас останется, конечно, будете отпущены домой.

— Что вы собираетесь сделать, подлые твари? В вас нет никакой гордости, никакого благородства! Да вы же…

Кивок, и одна из сопровождающих опустила на руку девушки фигуру, «резак». Особо тонкую, способную рассекать человеческую плоть, словно горячий нож проходит сквозь масло.

— А-а-а-а-а!.. — закричала принцесса, и тени улыбки коснулись лиц сидящих за столом. Улыбнулась и Сара. Она не маньяк и не испытывала удовольствие от боли и страданий других, но люди их уровня и рода занятий имеют к таким вещам иммунитет. Все члены правления считали себя ценителями процесса пыток, эдакими эстетами в этом вопросе, равно как процесса достижения результатов во блага Братства, направления которого может быть множество.

Подошедшая помощница взяла со стола отрезанный палец принцессы, положила в криосумку и по её разрешающему кивку направилась прочь. Под вой и ошарашенные глаза принцессы.

— Ваше высочество, прошу проследовать в ваши апартаменты, — почти добродушно оскалилась Сара. — Увести. — А это охране.

Воющую девушку вывели. Члены правления Организации ещё какое-то время сидели в молчании, пока не заговорила одна из главных сестёр собрания, президент Мэриленда:

— Сара, Каролина никогда не пойдёт на уступки. Даже если мы запытаем девочку. Она хоть и мать, но она — королева.

— Я знаю. — Сара откинулась на спинку своего кресла и прикрыла глаза. — Смысл в другом. Мы не можем сражаться с мексами — у нас нет общей границы. А на море нам могут помешать испанки, да и француженок я бы не сбрасывала со счетов. Нет, надо поступить иначе. Мексику не надо захватывать, её надо… Разделить!

— Разделить? — вопрос некоторых сестёр, работающих на дальних направлениях и редко бывающих в главном офисе.

— И как это сделать?

Собрание высших проводится не так часто. И многие, занимаясь совсем иными сферами, просто не в курсе последних веяний и проектов. Ради этого, в общем, и собираются они периодически такой компанией — ибо по сути Организация может обойтись и без их заседаний.

— Техас! — При этих словах Сара открыла глаза, которые засверкали непонятным блеском. — Главная ценность этих… Латинос, — презрительно бросила она этот эпитет, словно боясь замараться, но мысленно проговаривая что-то куда более обидное. — Это финансовая житница королевства. Не будет её, и Мексика превратится в мировое захолустье, державу третьего сорта. А потому Техас надо вырастить, взлелеять; воспитать в преклонении перед нами. Надо насадить им наши ценности. Не всем — только элите, но этого хватит. Любая элита тяготится центральной властью, и мы должны обогреть их и посочувствовать в горестях, пообещав в будущем помощь и поддержку, если они решатся. И когда техасцы будут готовы, надо помочь им создать на своей земле Штат Одинокой Звезды (1), который мы всячески поддержим. И будем помогать военными поставками и добровольцами. Это будет не наша война, сёстры, мы останемся не при делах. А раз Содружество не сторона конфликта — наши транспорты неприкосновенны, и смогут провести в Техас помощь в любом количестве. Мы сможем умыть кровью мексиканок чужими руками! Что же до вступления Штата Одинокой Звезды в Содружество — после войны за Независимость, это будет вопрос времени. Надо дать им это время, а после, разумеется, для вида поотнекивавшись, принять. И примем их на равных, сделаем техасских сестёр одними из нас, а не как эти… — Сара презрительно скривилась, имея в виду виргинцев. — А в это время королевство, лишённое нефтяных доходов, деградирует настолько, что не сможет контролировать даже отдельные картели на своей территории.

— Картели? — задал вопрос кто-то из сестёр.

— Кланы, расположенные на окраине государства. Например, в Калифорнии. Мы будем разрешать им торговать с нами напрямую без пошлин, пусть даже нам в убыток, и они будут это делать. И их деньги пойдут мимо бюджета королевства. И наша задача на этом этапе — сделать так, чтобы власти в Мехико были полностью заняты борьбой с картелями, и чтобы никто из сторон не мог победить. Они должны сражаться друг с другом, забыв про нас, забыв про Техас. И только после того, когда они обессилят, мы придём туда с деньгами и всех купим. Сёстры, мы превратим мексиканское королевство в нашу колонию, наш задний двор! Ключом к которому — маленькая нефтеносная провинция с нашей стороны Рио-Гранде. И только после этого, думаю, мы станем способны бросить вызов Франции и Испании.

— Почему «Штат Одинокой Звезды»? — задала вопрос глава маленькой Амазонии, осколка бывшего Большого Массачусетса. — При чём здесь «одинокая звезда»? И что под ней имеется в виду?

— Ну, как-то же этот проект надо было назвать? — усмехнулась под нос Сара и пожала плечами. — Девочки из отдела пропаганды нарисовали им флаг, синяя вертикальная, белая и красная горизонтальныя полосы, на синей — звезда. Одна, то есть одинокая. Простенький рисунок, в глубоком символизме которого они сейчас убеждают их картели.

— Занятно…

— Отдел пропаганды делает успехи… — заметили сёстры.

— Пропаганда — главное наше оружие! — с гордостью заявила Сара. — И всегда им было, и будет. Если не облажаемся. А мы не должны.