Изъ Москвы с любовью. Том 2 (СИ) - Кусков Сергей Анатольевич - Страница 60

Она попробовала. Я остановил:

— Нет, чутка быстрее, и с жаром. Вот так. — Снова встал за синтезатор и наиграл, аж три круга. Там и правда примитив, не должна девочка потеряться. — Ещё раз попробуй?

Теперь лучше. Но пока смотрит в шпаргалку. Но, чую, после первых нескольких кругов будет ночью играть, спросонья, если разбудишь.

— Так, прогони пока, я с остальными разберусь.

С Василисой-Незабудкой оказалось проще. Ибо ей на басухе играть всего четыре ноты. Она тут же прогнала свою партию под Сашину репетицию и кивнула — всё поняла, даже блокнот не понадобился. Обожаю девочек из консерватории! Я и консервы обожаю, а девочек в принципе люблю.

— Полин, самое сложное, ибо я ни икса не шарю в барабанах. Пока только на уровне тыщ, пам, пум и бздынь.

— Это нормально, — улыбнулась девчуля. — Я открою секрет, ваше высочество, барабаны в принципе не соответствуют нотам. Как настроишь — так и твоё.

— Тогда к нашим баранам. Рисунок один и тот же, всегда по кругу. Бум, дыщь+тыц, бум, дыщь… — Коротко описал видение. — И в конце тарелочка вот так на «тыщ».

Странно, я сам себя не понял, но Полина меня поняла и сыграла как надо с первого раза. Подстроилась к Саше с Василисой и как бы добавила свою партию к ним в рисунок.

— Ништяк! — поднял я вверх большой палец. — Давайте прогоним пока сами с начала… Девчонки, а как себя лучше услышать? «Лопухи» есть?

— Найдём, — ответила пока что не участвующая в деле Артемия. И подключила куда-то к пульту большие наушники. — Но сцену в них плохо чувствуешь. Там лучше через монитор.

— Решим, — ответил я. — Мне надо сейчас услышать общую какофонию. — Пока надевал, напомнил:

— Саш, вступаешь только по моему знаку. И также по знаку отключаешься. У тебя партия переменная, типа припева. А я буду типа куплет держать. Девчонки, а можно развернуть синтезатор, чтобы вас видеть?

— Ваше высочество, сегодня для вас — всё, что угодно! — Чертовки застреляли в меня глазами.

Развернули инструмент, за которым собирался стоять я. После чего уже я сам подобрал тональность для себя, попросив Сашу прогнать ещё раз свою партию. Что за инструмент — без понятия, чем-то клавесин напоминает. Или орган. Но вроде нормально звучит — чуть тише и ниже её «колокольного звона».

— Что ж, у меня всё. Готовы?

Солидарность. И предвкушение на лицах Незабудок. Взмах…

Саша не облажалась, вступила. Да, я смог! Подобрал мелодию, где «да там играть нечего». Потыкать по клавишам в определённом порядке, четыре ноты на басу, да рисунок по кругу на ударных. Ну не красавчег ли я? Сам себя не похвалишь — никто не догадается, но я реально собой горжусь. Это старый добрый «Сэш» из памяти Альтер-эго, не понял только, это исполнитель или группа. Элементарно воспроизводится на любом оборудовании в любой компании, где люди хоть примерно знают, за какой конец инструмент держать. Василиса подхватила Сашу, затем Полина на ударных. И некоторое время так и играли. Опробовал свою партию и я, вначале под общую какофонию. Взмах Саше — та прекратила, теперь небольшая пауза, и соло без неё. Снова взмах — вступила. А что, красиво! Кажется, мне нравится. Что ж, время идёт, опробовали — и хватит, переключаемся на зал?

— Стоп! — Девчонки замерли. — Что, вздрогнем?

— Тебе решать, твоя песня, — пожала плечами Саша, но я видел по лицу, ей самой не терпелось попробовать вывалить это на живого зрителя.

— Тогда вы не против, если я так и останусь развёрнутым? Боком к зрителю. Так надо, девчонки — я должен вас видеть.

— Саш, это твой бенефис, и твоя песня, — успокоила Артемия. — И зал по правде тоже весь твой. Давай, вперёд!

И я дал. Придвинул стоечный микрофон и настроил себе по росту.

— Оксан, мы готовы, включай колонки. — Снял «лопухи».

— Вас слышно, звук включила, — произнёс из мониторов незнакомый женский голос — пока со звукрежем мы не пересекались в этом клубе. Её кабинка, как понял, где-то далеко, за пределами зала, со смотровым окошком в дальней стене, выходящим в эту сторону.

Момент истины. Несмотря на долю алкоголя, которая ощущалась, колени дрожали. И дыхание спёрло немного. А зал, почувствовал, что мы готовы, сместил на нас фокус внимания. Ну что ж, сам так решил — никто мне не виноват, сам себе гоблин, а значит, начинаем.

— Итак, дабы и господа, леди и джентльмены, мадам и месье, судари и сударыни, сеньоры и сеньориты, — заговорил я в микрофон, — мы начинаем нашу весёлую танцевальную программу. С вами диск-жокей Князь и группа «Незабудки». Объявляется красный танец — это когда все приглашают всех, и отказ не принимается!

Завёл со своего синтезатора интродукцию, вступление. Тут только моя партия и моя фантазия. Глазами маякнул девчонкам — готовимся, наблюдая, как гости на самом деле выходят на танцпол.

— Dame tu mano! — заревел я, словно бизон во время гона — Альтер-эго слова не знал, только примерное звучание, но мне повезло, что Саша прекрасно знает испанский. — Y venga conmigo… Vámonos al viaje para buscarlos sonidos mágicos… Ecuador!

Взмах, и Саша-Незабудка вступила. Пам-пам и так далее, партия «колокольчиков», услада моих ушей, и просто наркотик для «я», он же Альтер-эго. Ибо это его молодость! Хрен что память про него самого показывает, но тут я отрывком увидел тёмный зал с дрыгающимися фигурами и цветомузыкой, и всплывающим в голове словом «дискотека». Дискотека девяностых, кружок из танцующих девчонок в мини. Так держать!

А ещё это круто осознавать, но только сейчас я на самом деле понял, какой Саша полиглот в языках. Испанский, английский, французский и немецкий, свободное владение без ограничений, причём последний на уровне родного, билингва с русским. Пока дома мы разговаривали только на русском, но допускаю, что принцы с папой практикуют общение на немецком с акцентом его родной страны, а не «шляхен церенпумен» с рязанским говорком. Я только думаю, вспоминаю звук слышимого когда-то кем-то текста, а память принца исправно выдаёт нужную информацию. Правда срабатывает это не по желанию, а когда наступает нужное время — как с аккордами на гитару; «я» умел исключительно брынчать, но на южной стене ваш покорный слуга не просто освоил незнакомый инструмент, но и устроил самый прибыльный в моей текущей жизни концерт. Да, я не Джимми Хендрикс, но уверенный пользователь. Так и с языками.

Моя партия — «орган», как поддержка «колокольчиков» Саши. Снова просто колокольчики, и следующий круг. А теперь партия ди-джея, ибо в этой «теме» это тоже словесная, текстовая, но партия:

— Дамы и господа! Эта песня о славном далёком крае, зажатом между океаном и одними из самых высоких горных пиков. О стране, где в поднебесье летают кондоры, где по горам топают ламы, а ягуары охотятся в сельве на зазевавшихся тапиров. Добро пожаловать в… Эквадор!

Пам-пам, пара-пам-пам-пам-пам-пам. Меня самого начало колбасить, будто проваливаюсь в транс, а тем временем вступили и Василиса с Полиной. Всё, у нас ансамбль! Мать его самый настоящий всамдельшний ансамбль, по типу того, о котором я только что мечтал! Круг вариации, жест Саше. Моя партия. А теперь «трёп», накручивая зал:

— Не стесняемся, выходим на площадку и танцуем! — орал я в микрофон. — Когда звучит этот танец, ягуары прекращают охоту, ибо никто не может охотиться во время танца. А несчастные тапиры, понимая, что у них передышка, тоже выходят на танцпол и танцуют с ягуарами — ибо под это невозможно не танцевать. Вперёд, к свершениям! В Эквадор!..

Пора — взмах, Сашино включение. Транс затягивал, и вот я на автомате её останавливаю и перехожу к «органу», моя основная партия. Клавиши, в отличие от гитары, царевич Саша знал хорошо. Все музыканты хорошо знают клавиши, наверное, пускай класс у тебя и струнно-смычковых. Но конкретно в данный момент я вообще отключился и шпарил по клавишам без участия мозга. Знал, как должно звучать, и оно звучало. Само. Не такой и пропащий был царевич, реально талант. Жаль, что он отказался возвращаться, я с каждым прожитым днём всё больше и больше ему сочувствую и ругаю гадкими словами. И не важно, что вернись он, я полетел бы дальше — то мой путь, и рано или поздно, я всё равно туда вернусь и пройду его. А он…