Изъ Москвы с любовью. Том 2 (СИ) - Кусков Сергей Анатольевич - Страница 48

— В смысле ты как ты, а не твоя семья? — пронзая меня взглядом, уточнила она. Опасный вопрос. Но я был полон решимости.

— Ага, — ответил как можно более беззаботно, но обмануть её не смог, собеседница не просто напряглась, она… Вроде как даже протрезвела немножко.

— И что за награда?

— Участие в разработке алмазов.

— Пф-ф-ф-! — разочаровано фыркнула Троекурова. — Ваше высочество, я уже сказала, мы — четвёртая ветвь, четвёртый род Троекуровых, если считать от Рюрика. У нас нет выходов на заграничные активы — они не нужны нам. И что Южная Америка, что Африка — одинаково далеки от нашей семьи. Не интересно.

— Алин, — я наклонился пониже, — а если участие в разработке алмазов на территории России?

Собеседница замерла, челюсть её немного отвисла.

— Повтори?

— Нет. И так сказал достаточно.

Кивок — а тут согласилась. Нельзя такие вещи вслух просто так.

— Но я правильно услышала?

— А что ты услышала?

— Ничего! Вообще ничего! Ты ж молчал.

— Значит, правильно. — Чуть расслабился и подался назад. Она же… Взяла со стола салфетку и вытерла со лба холодный пот.

— Я не знаю точно, есть ли они там, — продолжил я. — Да и знаю только примерное место, плюс-минус трамвайная остановка.

— А трамвайная остановка это сколько?

— Сто-двести вёрст чуть севернее, южнее, западнее и восточнее некой точки на карте. Квадратик получается дай боже. Я просто примерно знаю, где он. Но это не вся Сибирь, а это уже хорошо.

— Откуда знаешь про это — не спрашиваю, — констатировала она.

— И поступишь мудро! — поднял я палец вверх. — Алин, это пока просто мысль. Идея. Чтобы что-то обсуждать предметно, надо сначала провести там геологоразведку. Проблема в том, чтобы сделать это тихо, незаметно. Ибо «запалят» наши поиски — и другие будущее месторождение «отожмут», как ларёк у метро. Вторая проблема — лояльность самих геологов. Сольют информацию на сторону — и у нас опять месторождение «отожмут». Потому мне нужен ОЧЕНЬ лояльный боярский род, и достаточно сильный и влиятельный, способный провернуть такое втайне до того, как я выбью у мамы нужные земли под проект.

Она молчала долго, очень долго. Минут пять, если не больше. На танцполе произошла смена приоритетов подвыпившая Маша переключилась на Никиту, повиснув теперь уже у него на шее. Да, это как бы танец, но всё равно некрасиво смотрится. Открытое приглашение продолжить знакомство в иной плоскости, просто под музыку. Как Гена сказал, «пометила территорию»? Кстати, остальные прошмандовки только обрадовались — ибо Дениска хоть и из мещан, но парень видный и нарасхват. В отличие от Троекурова, которого местные стервочки изначально записали в каблуки и в планах не держали. Самое то слить подобный актив конкурирующей с ними царевне. Но Алина лишь цапнула танцпол недовольным взглядом, нахмурилась и повернулась ко мне.

— Саша, такими вещами не шутят, ты это понимаешь?

— Да. И я не шучу. Как не шутил с приглашением тебя на этот вечер.

Поверила. Засчитано.

— Я не могу дать ответ просто так. Надо обсудить всё с мамами. — Она поёжилась. — Они знают больше меня, и просчитают больше факторов. Там пипец какие риски и какие проблемы могут нарисоваться!

— А я не тороплю, — пожал я плечами. — Если они там есть… Лежат себе камушки в земле — и пусть лежат. Полежат, подождут. Связь обговорим, как будешь готова к разговору — так и встретимся.

— Ну хоть примерно, для понимания сложности задач, где? — не вытерпела она. — Не прими за наглость, но от этого много что зависит. Если это Северная Аляска, или где-то за Полярным кругом… Не прошу точку на карте, но хоть что-то, чтоб продумать предварительную логистику. Ибо это наверняка это там, куда Макар телят не гонял.

— С чего ты решила? А если это под Вологдой? Или Оренбургом?

— Там, где живут люди, всё везде вырыто-перерыто по двадцать раз, — парировала она. — Нефть нашли под Казанью — плохонькую, сернистую, но нашли. Газ под Оренбургом и Ставрополем. Просто пока не разрабатывают. Медь, олово, железо, и даже марганец за последние годы обнаружили! У нас наконец есть свой марганец в стране. А… Того продукта, о котором говорим, не нашли.

— Да, с логистикой там амба, — согласился я и усмехнулся, вспоминая карту, вставшую сейчас перед глазами. А также край огромного карьера с километр (на вид) в диаметре и хрен знает сколько метров в глубину. Карьер, расположенный прямо в центре города, в его середине! Пусть северного и небольшого, но города же! «Кимберлитовая трубка 'Мир» — гласила вывеска, красным по белому, из памяти Альтер-эго. И убейте, но больше ничего она не выдаёт. Она вообще пипец с неохотой предоставляет информацию о личности и прошлом собственно Альтер-эго, так что и на этом спасибо.

— Алин, Вилюй, знаешь такое место? — рискнул приоткрыть карты я.

— Вилюйский острог? — Собеседница заулыбалась. — Саш, там тоже живут люди, и там тоже вокруг всё перекопали.

— Не совсем сам Вилюйский острог, — покачал головой. — Но добираться надо также по Лене. — Блин, понятия не имею что за острог такой, но, будем надеяться, примерно там, где река Вилюй, то есть тоже Якутия того мира. — А там с транспортом сама знаешь как — у вас же в Сибири земли. В Дальней Сибири. Представление должны иметь.

Граница Сибири и Дальнего Востока не определена ни в том, ни в нашем мире. Где кончается одна и начинается другой — никто не скажет. Так что пусть будет Дальняя Сибирь — главное, меня поняли.

— Сказал тоже! — усмехнулась она. — У нас знаешь где владения? Борзя, слышал такое?

— Краем уха.

— Это Амур. Южнее Читы. Там, конечно, проблемы с вывозом есть, но рядом и Амур, и Транссиб. А Лена… — Задумалась. — Смотри, до Иркутска можно по железке. Потом по Байкалу, вверх по Ангаре, затем спуск по рукаву к Илимскому острогу. Крюк дай боже, зато по воде — если большие грузы, а для обеспечения посёлка надо много топлива, еды и сройматериалов, то без вариантов. Затем Илимский тракт до Усть-Кута. Лена там мелкая, ходят только небольшие баржи, но ходят. Так первые казАчки шли, которые те места исследовали и первые остроги ставили. Но от Усть-Кута уже можно по Лене до Вилюя. Это не представляешь, как далеко и долго… Но если алмазы… — Тяжёлый вздох. — Они ж стоят — просто космос!

— Вот и подумайте с мамами, как сделать так, чтобы можно было заслать на Лену исследовательские группы, не привлекая внимания, — подвёл я итог переговоров с начальником штаба. — Какие будут предложения, какие рекомендации, в частности, кого лучше подключить, чтобы дело выгорело, но информация не ушла «налево».

— Хорошо, Саш. Подумаю, — задумчиво кивнула она.

— А сейчас пошли выпьем? Как-то мне не по себе, если честно? — Я обмахнулся рукой как веером, ибо и правда стало душно.

— Вы читаете мои мысли, ваше высочество! — пафосно ответила Алинка и мы рассмеялись. И только вид с танцпола портил малину — Маш, ну не надо, не так активно на Никиту вешаться! СЕЙЧАС Алинка мне ничего уже не скажет, я купил её совместным бизнесом, но у девочки с этим мальчиком свадьба через две недели. Как мы будем после общаться?

Глава 10

Конец детства

Глава 10. Конец детства

Самое большое заблуждение детства — мы думали, что быть взрослыми здорово.

(Афоризм)

«Юноша становится взрослым, когда он наконец понимает, что взрослых не существует»

(Жильбер Сесброн)

Мы с Алинкой успели выпить на брудершафт, когда она не выдержала и прошептала:

— Саш, она его отвлекает, чтобы мы поговорили? Но мы уже… Того. Может достаточно?

Аж красная, как варёный рак. Я проследил за взглядом девушки. М-да. И что мне теперь делать? Фраза: «Как неловко» вообще эмоции не предаёт; сестрёнка не просто малину портит, она мне Троекуровых вместо союзников врагами сделает! Сучка мелкая озабоченная…