Артефакторы. Уходя, закройте двери - Соболь Екатерина - Страница 4

– Откуда новость?

– Сон видел. Я серьезно, будь поосторожнее, не торчи долго у дверей, закрыл – ушел.

Когда Вадик повесил трубку, Антон набрал еще один номер.

– Антон? – удивился Павел Сергеевич.

Голос такой, словно он и не ложился. Конечно, для директора Стражи это похвально, но как помощь нужна, так до него не достучишься! И Антон без зазрения совести пересказал ему все планы Гудвина.

– Как интересно, – осторожно произнес Павел Сергеевич, и сразу стало ясно: не поверил. – Надо все обдумать. Не волнуйся, я уверен, это просто слухи.

Да откуда же Гудвин все про всех знает… Антон бессильно брякнул трубку на рычаг. Нет, нельзя сдаваться. Он разболтал в кипятке растворимый кофе, включил свет в мамином кабинете и, чихая от пыли, принялся за поиски других тайников.

Через пару недель снег начал таять, затем опять повалил (Антон подвернул ногу и даже не удивился). В город пришла весенняя слякоть, потом опять заморозки. Весна разгорелась и отцвела, дни стали длинными, а ночи – белыми. Снегопады остались позади, и пусть неприятности заканчиваться не думали, Антон повеселел. Хоть в чем-то он оказался прав: Ромашке их город даром не сдался, и постепенно все, кроме него, о ней забыли.

С той ночи, когда Гудвин явился к Антону домой, пролетело полторы сотни ночей. Но пришло лето – и в самый неподходящий момент Элли вернулась в Изумрудный город.

Глава 1. Не выходи из комнаты

Комната была поразительно тесной – казалось, потолок вот-вот прихлопнет и меня, и скучающую женщину напротив. Лампы горели мертвым светом, в печальном прямоугольнике окна видно было только стену соседнего здания. Я представила, как провожу целые дни в одной из таких комнат, и горло сжалось. Архитекторы, создающие прекрасное, не должны трудиться в обувной коробке.

– Я очень хочу здесь работать, – твердо сказала я. – Вы не пожалеете, если наймете меня.

– Какая уверенность, – ответила неприятная женщина, глядя только в экран ноутбука.

Нет уж, не дам ей сбить себя с толку. Спина чесалась от синтетической блузки и теплого пиджака, но я приосанилась, как важная персона.

– Как видите, у меня хорошие результаты экзаменов, большое портфолио, широкий опыт работы и…

– Даже слишком широкий, – перебила женщина и начала зачитывать вслух с экрана: – Менеджер магазина электроники. Сотрудница склада. Кассир супермаркета. Промоутер ветеринарной клиники. Даже не представляю, как вы нашли время отточить чертежные навыки.

Спокойно, Таня, можно и потерпеть.

– Их я оттачиваю на учебе, – дружелюбно ответила я. – Вы же понимаете, как трудно студентам найти работу по специальности.

– Но вы, похоже, и не пытались.

– Сейчас пытаюсь. – Мой жизнерадостный голос, похоже, раздражал ее, и я заговорила серьезнее. – Взгляните еще раз на мои работы. Вам требуется выполнение чертежей и проектной документации по нежилым помещениям, это именно моя область! Учусь на архитектора, в свободное время рисую городские пейзажи, особенно… Особенно нежилые объекты! А мой опыт работы точно скажет, что я не лентяйка. Я хорошо выполнила тестовое задание, иначе вы бы меня не позвали. Работала в нужных вам графических программах – да, пока только на учебе, но ведь надо с чего-то начинать!

Женщина полистала на экране мое портфолио, совершенно не впечатленная. Вот тут я приуныла. Она явно не собиралась нанимать меня, так зачем пригласила?

– Я ищу кого-то более креативного, чтобы в будущем натаскать его до своего помощника, – сказала она, решив добавить парочку гвоздей в крышку моего карьерного гроба. – Ваши наброски выглядят скучно, глазу не за что зацепиться. Может, для Пыреевского строительного колледжа уровень приемлемый, но мне нужно что-то яркое.

Взгляд, который она бросила на меня, говорил, что я и при личной встрече яркостью ее не впечатлила. Угу, блестящие таланты прямо в очереди стоят, чтобы над чертежами складов поработать… Но партию надо доигрывать до конца, даже если дело не в твою пользу. Главное – не сдаваться. Я на секунду решилась вспомнить свой призрачный город. Мысли о нем всегда придавали сил.

– Вы предлагаете очень скромную оплату – я получаю столько же, сидя на телефоне в магазине электроники. Как я и писала вам, я готова много работать и выполнять любые дополнительные задания, не требуя прибавки. Могу хоть баннеры на сайт делать, хоть клиентов обзванивать – все, что угодно.

– Может, еще и пол нам вымоете? – Женщина посмотрела на меня, и я безмятежно улыбнулась.

Никто не может задеть тебя, если держишь при себе все, что чувствуешь. За годы борьбы с жизнью я отрастила толстую шкуру, меня такой ерундой не разозлить.

– Могу. Я работы не боюсь. Но если я не подхожу вам, то благодарю за уделенное время.

Я подняла сумку с пола. Комната давила со всех сторон, как будто стены незаметно двигались к нам.

– Погодите, – сказала женщина, и я затаила дыхание. – Вы были бы готовы за ту же оплату вести таблицы учета?

– Конечно.

– Ну что же… Хочу посмотреть еще несколько кандидатов. Я подумаю и, если все же выберу вас, перезвоню.

Я вежливо кивнула и вышла в коридор. Он был не сильно уютнее: приплюснутый, с уныло-серыми стенами. Работать здесь под руководством этой милой дамы было бы тяжко, но они хотя бы готовы взять кандидата без высшего образования. Если не хочу навечно застрять в магазине электроники, надо продолжать поиски, отсюда мне вряд ли перезвонят. Все равно понятия не имею, чем хочу заниматься, а так хоть будут деньги и карьерное продвижение. Надо просто остаться на плаву, не подвести Еву, забыть о глупостях.

Точнее, об одной глупости. Вот только забывать о ней совсем не хотелось.

На улице был оглушительно теплый июльский вечер. Я глубоко вдохнула и расстегнула воротник, пока он меня не придушил. Одежды для собеседований у меня нет, так что я выбрала из маминых старых вещей блузку, юбку и пиджак. Эх, так принарядилась, и все зря!

После сокрушительного провала сила воли всегда подводит. Кому-то охота навернуть пирожных, кому-то – на пару дней уйти в онлайн-игру, а мне… Готова поспорить: более странного хобби, чем у меня, вы не встречали.

Был вечер пятницы. Я пораньше ушла с работы в магазине, чтобы успеть на собеседование в Киров, ближайший к нашему Пырееву город. Собеседование было обидно коротким, до электрички домой осталось время, и я решила позволить себе маленькое утешение.

Кое-кто – ладно, это был Антон – однажды сказал мне: «Ты чокнутая». И имел бы право повторить, когда весной я составляла список всего, что меня пугает, от хоррор-фильмов до похода к врачу и смотровой площадки на высотном здании. Думаете, я это делала, чтобы избегать этих вещей? Наоборот: чтобы заняться ими на досуге.

Я вытащила телефон и изучила оставшиеся в списке пункты. На прыжок с парашютом я еще не накопила – и решила, что сегодня мне подойдет террариум. От змей я в ужасе, может, там у меня получится открыть волшебную дверь? Знаю, звучит глупо, но логика в этом есть. Дверь в призрачный город однажды открылась для меня сама. Моя гипотеза: это случилось, потому что я перепугалась до смерти. Повторить такую ситуацию – и я окажусь там снова. Сначала я пыталась испугаться сама, потом готова была платить, чтобы мне с этим помогли.

На самом деле – и это правда, которую я никому не выдам, – я не люблю учебу в строительном колледже и работу в магазине, не хочу искать парня или нормальное хобби, строить карьеру архитектора в унылых фирмах с унылыми коридорами. Хочу только вернуться туда, где провела два лучших дня своей жизни, и ради этого готова на все. В детстве мама читала нам с Евой мрачную сказку про девушку, которая заглянула в мир фей и не смогла о нем забыть. Вот это – мой случай. Тот город мне снился, я бесконечно перебирала в памяти моменты, которые пережила там, даже записала их – а потом порвала записи. Вот ирония: в закрытом городе, откуда нельзя уехать, я чувствовала себя свободной как никогда. Там я узнала, какая я, когда стены маленьких комнат не давят на меня со всех сторон. Иногда я просыпалась от ощущения сияющей двери под пальцами. Иногда мой внутренний голос разговаривал с грубыми, но забавными интонациями Антона. Иногда я начинала забывать, как этот голос звучал по-настоящему.