Кошачья маска - Райбер Влад - Страница 4

Там было ещё много подобных записей.

Я пригласил Инну и показал ей эти тетради. Сказал, что нашёл их в заброшенном доме. Не знаю, почему решил поделиться секретом именно с ней. Просто показалось, что девушка не такая скептичная, как остальные друзья, и сможет в это поверить. Да и только она поинтересовалась, куда я вдруг пропал.

Инна сидела в кресле с тетрадью-дневником, водила глазами по строчкам. Тень от оправы очков неподвижно лежала на бледных щеках. На лице подруги не было удивления или недоумения, лишь строгая сосредоточенность.

– Похоже на рукопись юного писателя. Я бы не стала говорить, что это заметки сумасшедшего, – сказала Инна, закончив чтение.

– Я не к этому клоню. Потому что знаю, что всё написанное там – правда! – ответил я.

Инна подняла на меня обеспокоенный взгляд. Она ждала объяснений.

– Я видел призрака, – мне хотелось, чтобы мои слова прозвучали убедительно, насколько это возможно.

– Призрака? – девушка вскинула одну бровь над оправой.

– Что-то вроде того, – сказал я, сглотнув слюну.

– И как он выглядел? – спросила Инна с ноткой сомнения.

– Как пионер… с головой плюшевого медведя, – ответил я, сам понимая, насколько глупо это звучит.

– Юл, ты прикалываешься надо мной или что? – Инна будто надеялась, что это всё шутка.

– Я и сам хочу разобраться в том, что видел. Понять, реально это или нет, – серьёзно сказал я.

– А чем я тебе могу помочь? – спросила Инна.

Я пожал плечами:

– Не знаю. Ты умная. Хотел получить от тебя какой-нибудь совет.

Она положила тетрадь на стол и потёрла уставшие глаза под очками:

– Ну, мы знаем имя автора записей. Можно попробовать выяснить, правда ли в том доме жила семья с фамилией Петровы. Узнать, пропадал ли у них кто-то из детей. Иначе говоря, проверить информацию! У нас маленький город. Тут все друг про друга знают.

Я вскочил с места и выкинул вперед указательный палец:

– А! Говорил же: ты умная! Можно разузнать, поискать информацию о пропавших людях. В интернете, в старых газетах. Я проведу расследование!

– Юл, а зачем тебе это? – Инна сидела, вжавшись в кресло. Её слегка напугала моя бурная реакция.

– В смысле? – спросил я.

– Почему ты так загорелся? Это простое любопытство? – спрашивая, подруга смотрела на меня с беспокойством.

Я снова пожал плечами:

– Не знаю. Чем больше об этом думаю, тем сильнее увлекаюсь. А что? Тебе кажется, что я слишком на взводе?

– Вроде того… – кивнула Инна, и её взгляд скользнул по комнате. – Я тебе помогу, если пообещаешь заняться и другими делами тоже. Тебе пора здесь прибрать и… принять душ.

Я огляделся вокруг и только теперь заметил масштабы беспорядка. Воздушные шарики так и лежали на полу с самого дня рождения. На столе стояли грязные чашки, валялись пустые пакеты из-под чипсов. Додумался же пригласить девушку в такой свинарник…

И одежду давно не менял. От футболки несло потом.

– Не обидела? – спросила Инна.

– Нет, всё норм, – мои щёки так и запылали от смущения.

Я проводил подругу до порога, ещё раз поблагодарил за совет и, как только она ушла, побежал в ванную. Намыливался и одновременно чистил зубы, точно пытаясь смыть с себя этот позор.

Уборка, конечно же, осталась на завтра. Сил хватило лишь на то, чтобы рухнуть в кровать и погрузиться в пустоту.

А утром меня ждал сюрприз!

Теперь моя комната была не просто грязной, а разгромленной! Содержимое шкафа и тумбочек валялось на полу. Одежда, учебники – всё вперемешку.

И тетради пропали… Сразу стало ясно, чья это работа. Снова приходил этот безголовый пионер, забрал свои дневники и отомстил мне, изорвав книги, разбив рамки с фотографиями.

А я крепко спал и ничего не слышал…

Теперь я стал ощущать это… потустороннее присутствие! Казалось, что в пустых комнатах всегда кто-то есть. Детский страх темноты снова нашёл себе место в душе.

На улице я постоянно оглядывался, думая, что за мной наблюдают. Меня преследовала мысль: «Они здесь, среди нас, просто мы их не видим!»

Я нервничал, искал подтверждение своим страхам в каждом случайном шевелении кустов и шелесте листьев.

И вот однажды, идя по своему двору, я увидел плюшевую медвежью голову! Только не коричневую, а серую, облезлую. Она торчала из-за высокой липы, смотрела на меня выцветшими глазами-бусинами.

Я подпрыгнул на месте, но, присмотревшись, понял, что это всего лишь мягкая игрушка, приколоченная к дереву гвоздями.

И там таких был ещё десяток: одноухая мышка, промокший зайчик, облезлый бегемотик с разорванным пузом…

Я смотрел на эту плюшевую экспозицию и думал: зачем кто-то приколачивает к деревьям во дворе старые мягкие игрушки? Кто-то считает это красивым? Выглядели они унылыми и жуткими.

А может, это вовсе не попытка украсить двор, а чей-то непонятный ритуал? Как много странного, необъяснимого в нашем мире.

Внезапно мне вспомнился вопрос Инны: «А зачем тебе это?» Правда, зачем? Может, стоило не играть в детектива, а побольше заниматься своими делами?

Наконец-то я навел порядок в своей комнате. Снял остатки праздничных украшений, почистил ковёр, отправил постельное бельё в стирку. Уборка под музыку растянулась до самого вечера, и выносить мусор пришлось уже в темноте.

Идти по неосвещённому двору было страшновато. И этот страх оказался обоснованным. Когда я стоял у мусорных контейнеров, мне в лопатку прилетело что-то тяжёлое, отскочило и звонко покатилось по асфальту. Это была стеклянная бутылка.

– Ай!

Я обернулся. В нескольких метрах от меня стоял пионер с медвежьей головой.

– Эй, полегче! Чего кидаешься?! – вырвалось у меня.

От страха закололо сердце.

Мальчишка стоял в злобной позе, уперев руки в бока.

Я не хотел вражды, поэтому сказал:

– Нам надо прекратить этот конфликт. Ты влез в мой дом, я влез в твой. Долго это будет продолжаться?

Пионер молчал. По его плюшевой морде нельзя было определить, что он думает.

Я попробовал обратиться к нему по имени:

– Алёша… Давай забудем про всё и разойдёмся, ок? Я понял, что ты украл игрушку не для себя. Прощаю! И ты прости, что читал твои дневники. Хотелось бы тебе помочь, но я ничего не смыслю в потусторонних мирах… Меня недавно подруга спросила: нужно ли мне всё это? Думаю, нет! Давай мирно разойдёмся?

Пионер медленно опустил руки. Теперь его поза казалась мирной.

– Ну что, без обид? – уточнил я, вглядываясь в глаза-бусины, будто надеясь уловить в них хоть что-то.

Мальчик с медвежьей головой вдруг повернулся и пошёл прочь, в сторону старых гаражей.

В груди разлилось чувство облегчения. Казалось, мы поняли друг друга. Наконец-то!

Я честно пытался забыть обо всём и сосредоточиться на рутине. Но, как нарочно, на следующий день мне позвонила Инна и объявила:

– Юл, у меня для тебя новости!

– Хорошие? – спросил я.

– Сам решай! – ответила она. – Я тут, можно сказать, случайно выяснила, что у моей мамы есть знакомая по имени Алевтина. И знаешь, какая у неё девичья фамилия? Петрова! А теперь угадай, где она жила в детстве?

– Не может быть! – сердце так и подскочило в груди.

– Да я сама не поверила! – звучал в трубке восторженный голос девушки. – Хочешь с ней пообщаться? Я сказала, что ты собираешь материал о пропавших людях для городского портала.

– Тогда придётся правда написать статью, чтобы никого не обмануть, – сказал я, чувствуя весёлый азарт, несмотря на общую усталость.

– Напишем! – поддержала Инна. – Давай зайдём к ней в гости? Мне и самой теперь интересно!

Разговор закончился, и я вдруг поймал себя на том, что улыбаюсь во всё лицо. Стоило этой девушке только позвонить, и обещание не лезть в тёмные дела мигом забылось. Все это как-то отошло на второй план. Видимо, она и правда мне очень нравилась…

Алевтина оказалась милой женщиной за пятьдесят. Её глаза излучали только доброту и спокойствие, словно её жизнь ничто не омрачало.