Тайны Калинова моста (СИ) - Елисеева Валентина - Страница 77

Какое счастье, что она укуталась в щиты как в кокон, иначе намертво запуталась бы в раскинутых в небе магических сетях! От соприкосновения с её защитой сети заискрили, и она успела свечкой уйти вниз – и в последний миг резко изменить точку приземления, чтобы не попасть прямо в расставленную ловушку. Хм-ммм, разумная нежить с таким запредельным уровнем магических сил и мастерством их владения – это даже не класс С.

Ясно, отчего машина встала, радует, что в автосервис везти её не надо, но в остальном... Ёлки-палки, они же условились, что убивать его она будет, когда вернётся с учёбы бодрой и проворной!

– Кто вам сказал, что я сегодня не устала?! То была злодейская ложь! – воспылала праведным негодованием Василиса, уворачиваясь от очередного удара.

– Ты не провела ни одной атаки! Забыла заклинание упокоения? – рассерженно прорычал невидимый Елисей. Его голос шёл со всех сторон, обволакивая магией и силой.

– Чтобы упокоить разумного призрака, нужен приговор на развеивание. Мало ли, бедняга просто поиграть решил? Такое бывает, уверяю вас!

– С чего ты сделала выводы о разумности напавшего?

– С того, – вздохнула Василиса, – неразумной нежити мне вволю повидать уже довелось. И лучше предположить наличие в противнике интеллекта, чем пойти по статье о превышении пределов самообороны. Кроме того, самый плохой противник в драке – это молниеносно перемещающийся призрак. Если ты сильнее – ты его не догонишь, если он сильнее – не убежишь. Подчинить такого – это как взять молнию на поводок: вначале хорошо бы убедиться, что поводок выдержит, а накинутый ошейник достаточно строг. – И добавила запальчиво: – Вообще-то, методы противостояния могучим духам только магистры изучают!

– Упокоить можно любого, необходимым заклинаниям я тебя обучу, – непререкаемо отрубил Елисей. – Ты должна была использовать заклинание Мерлина, доказавшее сегодня свою эффективность!

– Кх-ммм, часть моего монолога про незаконность развеивания разумных сущностей вы не расслышали? Мерлинское заклинание моментально упокоило целый погост, а вы хотите, чтобы я разбрасывалась им направо и налево, и применяла против вас?!

– Надо изучить границы его возможностей. – Перед ней возник силуэт Елисея, уплотнился, превратился в почти человека. Директор хорошо знакомым жестом сложил руки на груди и прищурился, Василиса ответила тем же, поустойчивей расставив ноги.

– Не таким образом и не на живо... не на разумном образце! Вот полезут личи в рождественскую ночь – тогда и проверим.

Мгла в чёрных очах Елисея стала темней и непроглядней. В ней отчётливо промелькнули мятежные всполохи алого огня, выразившие яростное несогласие с прозвучавшим предложением. Почему? Ах да, потенциальный лич – она сама! Примечательно, что при таковых перспективах ей категорически отказались выдать литературу по личам в институтской библиотеке! Первокурсникам не положено, только выпускным курсам и магистрам, точка.

– Ладно, подумаем, что тут можно предпринять. Атакуй меня проверенными стандартными заклинаниями, – велел Елисей.

Оригинальное предложение!

– А если вы одно из них пропустите и оно вам навредит?!

– Ты издеваешься? – выразительно глянули на неё черные глаза. – В пособиях для магистров, упомянутых тобой, все рецепты упокоения духа начинаются с фразы «соберите отряд некромантов». Хотя бы по той причине, что магии в любом высшем духе столько, что ни один маг смерти с артефактом-накопителем в придачу её не удержит, даже если каким-то чудом умудрится инициировать перекачивание к себе. О мощности единичного заклинания развоплощения я даже упоминать не буду, ты, к сожалению, не рождена ни Мерлином, ни аль-Хорезми. Но всё в твоих руках: любая гениальность – это лишь пять процентов таланта и девяносто пять трудолюбия. Давай, Василиса, если желаешь хоть немного выспаться этой ночью – не теряй время! Пробиться в деревню мимо меня ты можешь исключительно силой. Или пройдёшь, когда твои силы окончательно истощатся.

Как вы думаете, какой вариант реализовался на практике?

Не угадали! Пройти ей не удалось – если бы не помощь наставника по борьбе с духами, она бы в ворота проползла! Если когда-нибудь Елисея пригласят в ОМИИ замещать преподавателя по рукопашному бою с нежитью, она подаст на отчисление!

– Спи, ещё несколько тренировок – и ты продержишься в бою дольше, – прошептали ей, уложив на кровать. – А каждая лишняя секунда поднимает шансы на спасение к ста процентам.

К ста процентам... Проснулась Василиса с одной леденящей душу мыслью и одним железобетонным намерением. Мысль была настолько очевидной, что запоздалое её рождение в голове можно было списать исключительно на вчерашнюю дикую усталость. Мысль была о том, что она без раздумий обнародовала опаснейшее для нежити заклинание, восстановленное по мерлинским дневникам ею и Елисеем. Обнародовала, ни на миг не задумавшись, что её прекрасный директор попадает при этом в группу риска! Это она никогда не пойдёт против него, но другие в чрезвычайной ситуации могут принять обратное решение. Из этой мысли напрямую следовало намерение – она должна рассчитать контрзаклинание! Ей необходимо перевести графическое представление Мерлина в формульный вид и вывести преобразование, противоположное исходному. М-да, тот самый случай, когда задачу в миллион раз проще сформулировать, чем решить, а времени у неё немного.

Покрутив «вазу», сотворённую Елисеем, она обратила внимание, что в реальности стороны многоугольников представляют собой не отрезки, а плавные кривые линии. Радиус кривизны большой, но явно не бесконечный, так что уравнения, описывающие границы контура, будут не столь просты, как хотелось бы. Ладно, будем считать, что с курсовой она перешла к дипломной.

– Глюк, слетай на чердак: кажется, я видела там учебники по математической магии. Если найдёшь – принеси их сюда, – попросила она.

– А щуку не надо? – ревниво осведомился полтергейст.

– Нет, щуку не надо, – улыбнулась Василиса.

Когда она закончила завтракать, пыльные тома старинных рукописей громоздились на её рабочем столе. Физик не шутил, что до широкой общественности знания доводились медленно и дозировано, тогда как в магическом сообществе дифференциально-интегральное исчисление зародилось куда раньше XVII века! Изучению фолиантов помешало взволнованное мельтешение домочадцев: Огневушка заскакала по страницам, сыпля искрами и еле успевая их гасить до воспламенения страниц, а нервно фосфоресцирующий Глюк заливал страницы всеми оттенками тревожной окраски.

– Не увлекайся чтением слишком сильно, а то наши попытки напомнить тебе о работе могут закончиться... печально, – предупредил Глюк.

– Печально для нас, – конкретизировала Огневушка. – Ты бы купила себе этот, как его, бути-буди... будильник, во! Лично мы берём самоотвод с должности напоминальщиков!

Смущённая Василиса извинилась перед друзьями за прошлый инцидент и принялась собираться в школу, прихватив с собой «вазу». Всё одно начинать надо с математики! Самой обычной, не магической.

Математика в школе была налицо. Школу оккупировали пляшущие человечки!

Детвора всех классов, от мала до велика, развлекалась тем, что развешивала на стенах картинки и подписывала формулы, подходящие к ним. И если младшие классы ещё не знали, как грамотно описать волнообразные движения рук, то уверенным почерком старших классов к ним приписывались синусы и косинусы. После последнего урока торжествующие физмат классы принесли для публикации в математической газете формульное описание кляксообразного силуэта полтергейста (его изображение на координатной плоскости прилагалось).

– Это мы и на сайте областной заочной школы опубликуем, это никому не стыдно опубликовать, – воодушевлённо пообещала Василиса, отправляя директору письмо с вложенным файлом. И господин Твердолобов может сколько угодно кривиться, что сказки и сказочные персонажи – это прошлый век. – Ещё и в журнал отправим! Слушайте, а в славянской мифологии кто на полтергейста похож?