Упрямый хранитель (СИ) - Рудин Алекс - Страница 44

— Да, Никита Михайлович, — кивнул Миша, открывая калитку. — Прошу.

Прежде чем войти, Зотов снова посмотрел на домового.

— Вы позволите? — вежливо спросил он.

— Добро пожаловать, господин начальник, — важно кивнул Семен.

Обрадованный вежливым поведением Зотова, домовой без споров впустил нас всех в магическое пространство. Оказавшись в мастерской, Зотов с любопытством огляделся. Недовольно поморщился, разглядывая гипсовые маски.

— Вы были правы, господин Тайновидец, — заметил он. — Такую красоту нельзя выставлять на всеобщее обозрение. Разве что в нашем хранилище. А что это за скульптура, о которой вы говорили?

— Вот она, — я показал на статую «Примирения».

Зотов неторопливо оглядел статую и даже дотронулся до холодного камня.

— Хорошая работа, — кивнул он. — Талантливым скульптором был этот Померанцев. Только как же мы ее потащим? Она же тяжеленная.

— А вы нажмите на бронзовую табличку, — подсказал домовой. — Арсений Глебович всегда так делал, когда работал со статуей.

Зотов удивленно поднял брови, затем наклонился и дотронулся до бронзовой таблички. Статуя бесшумно взмыла над полом.

— Удобная магия, — заметил Никита Михайлович и бросил взгляд на своих подчиненных. — Несите это в фургон, потом возвращайтесь за масками.

— Мы вам поможем, — сказал я и принялся снимать со стен гипсовые маски.

Без гипсовых физиономий мастерская сразу утратила свою зловещую атмосферу и превратилась в большую светлую комнату.

— Тебе здесь будет уютно, Семен, — подмигнул я домовому.

— А то, — согласился домовой, — обставлю здесь все по своему вкусу и заживу припеваючи. А вот эту маску можно оставить?

Он показал на гипсовую маску, которая до этого момента была незаметна среди других.

Тем не менее, она сильно отличалась от других масок. На гипсовом лице не было выражения боли, страха или отчаяния. Оно было спокойным и серьезным. Наверное, эту маску Померанцев изготовит в минуту задумчивости.

— Пусть останется на память об Арсении Глебовиче? — добавил домовой, просительно глядя на Никиту Михайловича.

— Оставляйте, — кивнул Зотов. — Только из дома ее не выносите, пусть висит здесь.

Когда мы вышли на улицу, я заметил возле ограды небольшой мобиль неприметного серого цвета. В мобиле опустилось стекло, и кто-то махнул мне рукой.

Вглядевшись, я увидел, что за рулем мобиля сидит лично великая княгиня Мария Алексеевна.

Все-таки, она приехала посмотреть на последнее пристанище Померанцева.

Улыбнувшись, я помахал в ответ. Затем отдал маски сотруднику Тайной службы и подошел к мобилю княгини.

— Доброе утро, ваше высочество.

— Доброе утро, Александр Васильевич, — улыбнулась Мария Алексеевна. — Значит, здесь и жил Арсений?

Она посмотрела на бывший дом Померанцева.

— Да, — кивнул я. — Здесь он провел последние годы.

— Хорошо, что теперь этот дом получит новую жизнь, — задумчиво сказала Мария Алексеевна. — А еще мне очень приятно, что вы исполнили мою просьбу. Заглядывайте как-нибудь на чай, Александр Васильевич. Расскажите мне, чем закончится эта потрясающая история с домовым.

— С удовольствием, — улыбнулся я.

Великая княгиня приветливо кивнула мне на прощание. Мотор мобиля тихо фыркнул, затем машина тронулась с места и скрылась за поворотом.

Вслед за великой княгиней уехала и Тайная служба — Никита Михайлович торопился вернуться в управление.

— Мы еще не закончили следствие по делу темного мага Стригалова, — тихо объяснил он мне. — У меня там чертова уйма бумаг скопилось. Кстати, Александр Васильевич, мне понадобятся от вас дополнительные показания. Прошу вас заглянуть в управление на этой неделе.

— С удовольствием, — кивнул я. — У вас в управлении отличный кофе.

Мы с Мишей и Семеном остались втроем у ограды дома Померанцева.

— Идемте в дом, я вас чаем напою, — дружески предложил Семен. — Только пирожные из лавки закажите.

Я с улыбкой покачал головой.

— Нет, друзья, чаевничайте без меня. Что-то я вообще не понимаю, спал я сегодня ночью или нет. Так что, пожалуй, отправлюсь домой.

Прислушавшись к себе, я с удивлением понял, что во мне совершенно нет сонливости, которая должна быть после бессонной ночи. И тем не менее мне хотелось отдохнуть. Наверное, слишком много магии было в последние дни, и еще больше впечатлений.

— Так ты же можешь попасть к себе домой прямо из мастерской, — напомнил Семен.

Но я снова покачал головой.

— Нет уж, я, пожалуй, вызову извозчика. Что-то я устал от магии за последние дни. Хочется пожить самой обыкновенной жизнью. Хотя бы полчаса.

— Да, — согласился Семен, — у меня тоже такое бывает. Тогда я просто сижу в мастерской и смотрю в окно.

— Магическое существо способно устать от магии? — рассмеялся я.

— На себя посмотри, Тайновидец, — не остался в долгу домовой.

Затем он протянул мне руку.

— Спасибо тебе, Тайновидец. Слушай, а я могу ещё зайти к тебе в гости? Очень мне понравилась эта древняя рыба в твоём пруду. Я ей угощение принесу. Чем питаются такие рыбы?

— Не знаю, — рассмеялся я, — но можно спросить у нее. Только не приноси пирожные, сладкое она точно не любит.

— А еще ты обещал познакомить меня с библиотекарем, — напомнил домовой.

— Обязательно познакомлю, — улыбнулся я. — И с библиотекарем, и с садовником, и с владельцем магической кофейни. Теперь у тебя, Семен, начинается совсем другая жизнь.

Миша тоже пожал мне руку.

— Спасибо, Саша. Без твоей помощи я бы не смог купить этот дом. Как хорошо, что я тогда позвал тебя его посмотреть.

— Да, мне тоже понравилась эта история, дружище, — рассмеялся я.

— Ты помнишь, что завтра будет конкурс артефактов? — напомнил Миша. — Пойдем вместе, поддержим Севу.

— Уже завтра? — удивился я. — Непременно пойдем, дружище. А теперь я, пожалуй, поеду.

— Имею в виду, очень скоро мы пригласим тебя на новоселье, — предупредил Миша.

Домовой Семен согласно кивнул.

— До встречи, Тайновидец.

Затем они вместе пошли к дому. Я посмотрел им вслед и вызвал извозчика.

Мобиль быстро ехал по набережной Невы.

Откинувшись на подушке сиденья, я смотрел на вереницу роскошных дворцов вдоль набережной и чувствовал приятную усталость. Дело с домом Померанцева и его беспокойным жильцом благополучно завершилось.

По Шепчущему мосту мы переехали на Каменный остров. Мобиль подпрыгивал на неровной брусчатке моста, и я вспомнил, что эту брусчатку уложили уже после того, как на Шепчущем мосту погиб граф Мясоедов.

По моей просьбе извозчик высадил меня у смотровой площадки Каменного острова.

Над спокойной гладью залива мелькал белый клочок паруса, похожий на большую чайку. Я пару минут следил за ним, а затем неторопливо отправился по дорожке парка к своему особняку.

И встретил неожиданную гостью.

Глава 18

Возле калитки меня поджидала Анна Владимировна Гораздова. Она приветливо улыбалась. В руках у девушки я увидел большой бумажный пакет.

— Здравствуйте, Анна Владимировна, — удивленно сказал я. — Вас не пускают в дом?

— Я только что подошла, — рассмеялась Гораздова. — Хотела послать вам зов, но затем увидела, что вы идете.

— А что у вас в пакете? — спросил я.

— Лекарственные растения, — объяснила Гораздова. — Я приезжала за ними к садовнику Люцерну. Решила устроить в парке Академии уголок лекарственных растений. Господин Люцерн дал мне несколько кустиков своего знаменитого зверобоя.

— Хорошо, что вы заглянули ко мне, — улыбнулся я. — Мне как раз нужно с вами поговорить. Ваши растения не засохнут за это время?

— Не беспокойтесь, с ними все будет в порядке, — ответила Гораздова. — На пакет наложено специальное магическое плетение.

— В таком случае прошу вас в мой дом, — сказал я.