Упрямый хранитель (СИ) - Рудин Алекс - Страница 38

Возле калитки дожидался слуга. Увидев меня, он приоткрыл калитку — она чуть слышно скрипнула петлями. Движением руки слуга пригласил меня в сад.

Здесь никто не подстригал кусты. Гибкие ветви нависали прямо над узкой тропинкой. Мне приходилось отодвигать их рукой. К щеке прилипла тонкая паутинка — первый предвестник осени.

Затем справа потянулся густой малинник. Среди резных листьев, словно капли крови, краснели спелые ягоды.

Тропинка привела нас к небольшой беседке, которая была надёжно скрыта в глубине княжеского сада. Судя по размерам, эта беседка служила не для приёма гостей, а для того, чтобы можно было иногда отдыхать в одиночестве.

В беседке, сидя за деревянным столом, меня ожидал князь Пожарский.

— Его сиятельство граф Воронцов к вашему сиятельству, — доложил слуга.

— Хорошо, Фёдор, иди, — князь Пожарский кивком отпустил слугу, а я вошёл в беседку.

У князя Пожарского были светлые, чуть обвисшие усы и тяжёлый взгляд. Когда я вошёл в беседку, князь грозно посмотрел на меня. На меня это совершенно не подействовало.

Я видел князя Пожарского пару раз ещё в лицейские времена. Он приезжал к сыну. Сейчас на столе перед князем стояла бутылка с напитком цвета тёмного янтаря и два бокала.

Я в очередной раз подумал, что все представители рода Пожарских чем-то похожи друг на друга. По крайней мере, важные дела они предпочитают обсуждать в одинаковой обстановке.

Князь Пожарский несколько секунд смотрел на меня, затем убедился, что я не собираюсь отводить взгляд, и едва заметно кивнул.

— Присаживайтесь, Александр Васильевич.

Я сел напротив князя, и Пожарский наполнил бокалы.

— Это из моих личных погребов.

Я отказался вежливым кивком. Князь пожал плечами и сделал глоток.

— Так о чём вы хотели со мной поговорить? — спросил он.

— Думаю, вам не нужно мешать Севе участвовать в конкурсе, — прямо сказал я.

— Это Кузьма вам разболтал? — нахмурился Пожарский.

— Не важно, откуда я это узнал, — улыбнулся я. — Важно другое: вы не хотите испортить отношения с сыном. А это непременно случится, если вы помешаете Севе выиграть конкурс.

В беседку влетела пчела и закружилась с громким жужжанием. Князь следил за ней тяжёлым взглядом.

— Вы не остановите Севу, — добавил я. — Магия выбрала его, и вы не сможете этому помешать. Я знаю это по своему опыту. Мой отец тоже пытался решить мою судьбу за меня. И что из этого вышло?

Я говорил спокойно и совершенно не старался давить на князя, скорее просто рассуждал вслух — и это подействовало. Пожарский с интересом посмотрел на меня.

— А вам что за дело до моих отношений с сыном, господин Тайновидец?

Я пожал плечами.

— Никакого дела до ваших отношений мне нет. Но Сева — мой друг, и я поддержу его в любой ситуации.

Тут уже я пристально посмотрел в глаза князя, и Пожарский ощутимо напрягся.

— Да вы и сами не хотите мешать сыну, и я чувствую, что это вынужденное решение, — сказал я.

— С чего вы взяли? — удивлённо нахмурился Пожарский.

— У меня есть способность чувствовать людей, — спокойно объяснил я. — У вас на душе тяжело. Вы сомневаетесь в своём решении, иначе не согласились бы встретиться со мной. Поверьте, Дмитрий Иванович, род Воронцовых не заинтересован в том, чтобы вставлять вам палки в колёса. Но мы можем быть союзниками.

— И вы говорите от лица всего вашего рода? — нахмурился Пожарский. — Не слишком ли вы для этого молоды, Александр Васильевич?

Его сомнения ничуть не смутили меня. Я уверенно кивнул.

— Да, Дмитрий Иванович, я говорю от имени всего рода Воронцовых. Вы можете послать зов Игорю Владимировичу. Он подтвердит вам мои полномочия.

Я не сомневался, что дед так и сделает, если князь Пожарский пришлёт ему зов. Но Пожарский решил поверить мне на слово.

— Мой сын станет мастером, но позже, — сказал он. — Сейчас не самое подходящее время.

— Сева слишком нетерпелив, чтобы ждать, — возразил я. — Он не станет дожидаться вашего разрешения, и в случае конфликта я буду на его стороне. Но сейчас этот конфликт можно предотвратить.

— Это вы показали ему ход в эту вашу волшебную библиотеку! — повысил голос Пожарский. — Если бы не вы, эта ситуация никогда бы не возникла.

— В Незримую библиотеку Севу привела магия, — улыбнулся я. — Вы хотите поспорить с ней?

Пожарский молча смотрел на меня. Я понимал, как трудно ему быть откровенным, и поэтому добавил:

— Есть ещё одно важное обстоятельство, о котором вы, Дмитрий Иванович, вероятно, не знаете. Ваш сын сделал важное изобретение, которое очень нужно Имперской Тайной службе. А Тайная служба не станет ждать, пока вы разрешите Севе стать мастером.

— Что за изобретение? — изумлённо спросил Пожарский.

Я покачал головой.

— Не могу вдаваться в детали. Уверен, что Никита Михайлович Зотов объяснит вам всё необходимое. Скажу только, что Имперское казначейство предложит вашему сыну выгодный контракт. Заметьте — не вашему роду, а именно вашему сыну.

Князь Пожарский напряжённо задумался.

— Значит, если я поддержу Всеволода, то мы сможем рассчитывать на контракт?

— Думаю, да, — кивнул я. — Ведь у Севы нет причин ссориться с вами.

— Допустим, — согласился Пожарский. — Но, как я уже сказал, сейчас не самое подходящее время.

— У вас нет возможности наладить производство, — догадался я, — и в то же время вы не хотите, чтобы работа Севы ушла на сторону. Верно?

Князь Пожарский промолчал, крепко сжав губы. Я понял, что угадал правильно.

— А почему бы нам не открыть совместное предприятие? — предложил я. — У нашего рода есть свободный капитал. Что ещё важнее — у нас есть готовые мастерские, в которых можно начинать работу хоть завтра. Давайте попробуем договориться, прежде чем совершать необдуманные поступки.

— Как у вас это получается, господин Тайновидец? — неожиданно спросил Пожарский. — Ну, положим, не захотел Кузьма портить артефакт — я бы его понял. Рассердился бы за непослушание, но понял. Но ведь он сразу к вам побежал. Вот этого я понять не могу.

— Это потому, что мы с Кузьмой Петровичем друзья, — объяснил я. — И он знал, что может на меня положиться.

— Допустим, я соглашусь на ваше предложение, — осторожно сказал Пожарский, — но мы должны очень тщательно обсудить все детали.

— Подробности дела я оставлю вам и Игорю Владимировичу, — улыбнулся я. — Уверен, вы договоритесь. А я его предупрежу.

Пожарский задумчиво повертел в руках бокал, потом посмотрел на меня.

— Что ж, попробуем договориться, господин Тайновидец.

Я тоже взял свой бокал и с улыбкой сделал глоток. Вкусный и крепкий напиток мягко обжёг нёбо и язык.

Не удержавшись, я сорвал ягоду с ветки, которая свисала между шпалерами беседки.

— У вас замечательная малина, ваше сиятельство, — улыбнулся я. — Не дадите пару кустов для моего сада?

Пожарский изумлённо посмотрел на меня и вдруг весело расхохотался.

— Пару кустов малины для вашего сада? Ох, не могу, господин Тайновидец!

В его смехе я услышал облегчение.

В общем, мы с князем Пожарским немного засиделись. А если говорить начистоту, то засиделись обстоятельно — почти до самого вечера.

Собственное неудачное решение порядком тяготило князя. Теперь ему стало легче, и, как всегда бывает, захотелось поговорить. Но болтали мы по большей части о пустяках и серьёзных дел не касались — всё-таки у каждого из нас были свои интересы.

Когда тени от невысоких деревьев дотянулись до беседки, я вспомнил о предстоящей встрече с Савелием Куликовым и стал прощаться с князем Пожарским.

— Спасибо вам, Александр Васильевич, — скупо улыбнулся князь. — Думаю, что я соглашусь на ваше предложение. Но Кузьму Петровича вам не отдам. Даже не мечтайте.

— У нас и своих артефакторов хватает, ваше сиятельство, — улыбнулся я.

А затем послал зов Игнату, чтобы узнать, готов ли ужин.