Упрямый хранитель (СИ) - Рудин Алекс - Страница 15

Торопясь к Мише, я почему-то совсем не подумал о Незримой библиотеке. Сразу представил себе полицейский участок, в котором бывал несколько раз. Увидел блеклые унылые стены, выкрашенные в серо-зеленый цвет, и одинаковые металлические двери, которые вводили в кабинеты и камеры.

Потом зажмурился, толкнул дверь столовой, сделал шаг и оказался прямо в полицейском участке. И вот везение — нос к носу столкнулся с Мишей.

— Как ты так быстро сюда добрался? — удивился Миша.

— Просто повезло, — отмахнулся я. — Был здесь неподалеку. Что с городовыми, на которых напали? Они живы?

— Живы, — ответил Миша. — Целитель сказал, что парни отделались легкими ушибами и сильным испугом.

— Сильный испуг у полицейских? — удивился я. — Что же их так напугало?

— Я как раз хотел спросить их об этом, — нахмурился Миша.

— И где они сейчас, в госпитале?

— Нет, здесь, в соседнем кабинете. Целитель оказал им первую помощь, теперь мы можем с ними поговорить.

— Тогда идём, решительно кивнул я.

Городовые выглядели, мягко говоря, неважно. У одного под глазом багровел здоровенный синяк, у другого была перевязана голова, а мундир залит какой-то белой жидкостью. Кроме того, к его щеке прилипли остатки бисквита и сливочного крема.

Миша, угрожающе навис над ними. Городовые растерянно смотрели на своего начальника.

— Рассказывайте, — сурово кивнул им Миша, — что произошло в доме?

— Ваше благородие, мы ничего такого не хотели, — начал оправдываться один из городовых. — Просто тучки набежали. Мы решили, что дождь вот-вот польет. Вот и пошли в дом, чтобы отсидеться, значит.

— Тучки набежали? — зловещим голосом спросил Миша. — А я что вам говорил? Дежурить возле ограды. В дом заходить только в крайнем случае. Дождь это крайний случай, по-вашему?

— Никак нет, ваше благородие, — хором ответили городовые.

— И что же было после того, как вы вошли в дом? — спросил я.

Городовые синхронно посмотрели на меня, а потом снова перевели взгляд на Мишу.

— Отвечайте, — кивнул он.

— Мы сразу на кухню пошли, — сказал городовой, украшенный сливочным кремом. — В комнаты даже и не заглядывали, чтобы не топтать.

— В кухню они пошли! — снова не удержался Миша. — Проголодались, наверное?

Городовые виновато переглянулись.

Я одобрительно усмехнулся. Миша держал своих подчиненных в строгости. Конечно, его воспитательные меры отнимали у нас какое-то время. Но мне казалось, что сейчас это несущественно.

Тот, кто напал на городовых, наверняка уже давно скрылся.

— Итак, вы пошли на кухню, — сказал я.

— Да, — подтвердил один из городовых, — хотели просто посидеть и дождь переждать.

— А что было дальше?

Городовой полез рукой в затылок, но, дотронувшись до бинта, отдернул руку.

— Да мы толком и не поняли, ваше благородие. Только вошли, а мебель словно взбесилась. Шкафы сами собой дверцами захлопали. Потом холодильный шкаф открылся, и на меня молоко выплеснулось.

— А в меня кто-то тортом швырнул, — добавил другой, — но я успел увернуться.

Он посмотрел на коллегу с чувством явного превосходства.

— А синяки откуда? — спросил я.

— Так сковородка, ваше благородие, сорвалась с крюка и как давай нас избивать.

— Сама? — уточнил я.

— Сама, ваше благородие, — закивали городовые.

— А вы что же?

— А что мы можем против нечистой силы? — развел руками городовой. — Бежали оттуда без памяти. Как выскочили из дома, сразу его благородию зов послали. Точно в этом доме нечистая сила. Или призрак хозяев ищет. Помяните мое слово.

— Вы кого-нибудь видели? — спросил я.

— В доме? — непонимающе переспросил городовой.

И тут же замотал головой.

— Нет, ваше благородие, в доме, кроме нас, никого не было. Точно.

— А рядом с домом? Может быть, в саду? Или на улице?

— Тоже никого. Мальчишка-курьер проходил с корзиной, но это за полчаса было.

— Он подходил к дому Померанцева? — спросил я.

— Никак нет. Мимо прошел и за угол свернул.

Я покачал головой.

— Удивительное дело получается, господа полицейские. В доме никого не было, рядом тоже, а мебель сама на вас напала.

— Сама, ваше благородие, — закивали городовые. — Это-то и страшно. Если бы там человек был, мы бы его скрутили.

— Скрутили бы они, — нахмурился Миша. — А может быть, и был кто, а вы его упустили, а теперь врете мне в глаза?

— Никак нет, ваше благородие, — ответили городовые, — никого не было. Хоть со службы нас выгоните, а только мы вам точно говорим, не было ни одной живой души.

— Да что толку вас выгонять? — махнул рукой Миша. — Ладно, лечитесь. Выводите свои синяки, два дня на службе можете не появляться.

Я видел, что мой друг очень недоволен.

— Идем, — толкнул я его в бок, — поговорим наедине.

Мы вышли в коридор.

— Твои городовые ни в чем не виноваты, — сказал я Мише. — Похоже, они столкнулись с магическим существом, а против него обычная полиция мало что может.

— Да я на них и не сержусь, — махнул рукой Миша, — просто досадно, что с этим домом Померанцева одни неприятности. И зачем только я затеял его покупать?

— Мы обязательно во всем разберемся, — успокоил я друга. — Ты же все равно не можешь теперь оставить это дело. Нельзя допустить, чтобы посреди столицы стоял загадочный дом с неизвестным магическим жильцом, да еще с таким, который не боится нападать на полицейских. Все равно нам придется с этим разбираться.

— Это точно, — угрюмо кивнул Миша.

— Ну, может, тебе еще одну премию дадут? — успокоил я его.

— Думаешь?

Миша с сомнением взглянул на меня и немного повеселел.

— Это было бы хорошо, — мечтательно сказал он.

— А теперь предлагаю пойти и взглянуть своими глазами на то, что творится в доме Померанцева, — улыбнулся я.

— Идем, — согласился Миша.

К дому Померанцева мы отправились пешком. Благо идти до него от полицейского участка было не больше пяти минут, если быстрым шагом. Мы остановились возле ограды. Улица была пуста — ни людей, ни собак.

Только со стороны моря чуть слышно доносился беспокойный чаячий крик.

Дом смотрел на нас, равнодушно поблескивая оконными стеклами.

— Кажется, там все тихо, — сказал мне Миша.

— Мне тоже, так кажется, — согласился я.

В саду вокруг дома тоже царил полный порядок. На выложенной плоскими плитками дорожке я не заметил никаких следов. Калитка была полностью закрыта.

— У тебя очень аккуратные городовые, — усмехнулся я. — Убегали без памяти, а калитку закрыть не забыли. Ладно, идем, заглянем в дом.

Дверь в дом тоже оказалась закрыта, и не просто закрыта, а заперта на ключ.

— Да ладно, — удивленно сказал я, — неужели городовые заперли?

— Сейчас я уточню, — кивнул мне Миша.

Прикрыв глаза, он послал зов городовым. Примерно с минуту говорил с ними, а я терпеливо ждал, поглядывая по сторонам.

— Они не помнят, — наконец сказал Миша. — Говорят, бежали без памяти.

Я покачал головой.

— Очень любопытно. Ну что ж, отпирай, заглянем внутрь.

Ключ с легким щелчком повернулся в замочной скважине. Мы осторожно вошли в дом. В нем было тихо, только наверху мирно тикали часы.

— Никаких следов беспорядка, — шепотом сказал мне Миша.

— Да, — согласился я, — впрочем, городовые же уверяли, что никуда, кроме кухни, они не ходили.

— Идем, посмотрим, что там. Уж там-то должны остаться следы борьбы.

Мы миновали гостиную и вошли в кухню.

Пол блестел, как будто его недавно вымыли. Вся посуда висела на своих местах. Здесь не было абсолютно никаких следов драки нечистой силы с полицией.

— Что за чертовщина? — пораженно пробормотал Миша. — Может, городовые все придумали? Померещилось им?

— Ага, — кивнул я, — молоко на мундире тоже померещилось, и синяки, и торт на щеках.

— А может, они друг с другом подрались? — прищурился Миша. — А потом решили свалить все на нечистую силу. Вернусь-ка я, пожалуй, в участок, вызову их и снова допрошу, на этот раз как следует.