Упрямый хранитель (СИ) - Рудин Алекс - Страница 13

Библиус нетерпеливо посмотрел на меня.

— Ну что там с твоим другом, Александр? Ты пойдешь за ним?

Я огорченно развел руками.

— Прости, Библиус, но у меня неожиданно возникло совершенно неотложное дело, и мне нужно уйти. Но ведь ты можешь позвать Севу Пожарского сам. Достаточно показать ему дверь, на которой будет нарисован символ открытой книги. Не сомневайся, он все поймет правильно.

— Но я же не знаю, где его искать, — расстроился Библиус. — Когда еще ему попадется нужная дверь? А мне срочно нужен артефактор.

— Как раз с этим я могу тебе помочь, — улыбнулся я. — Сева Пожарский сейчас мирно спит у меня дома. Поэтому изобрази символ открытой книги на ближайшей к нему двери. Это в твоих силах?

— Разумеется, — проворчал Библиус, а затем сделал небрежный жест левой рукой. — Готово.

На всякий случай я послал зов Игнату.

— Игнат, передай, пожалуйста, Прасковье Ивановне, чтобы приготовила для Севы пакет с пирожками. И обязательно покажи ему дверь кабинета. Видишь на ней рисунок раскрытой книги?

— Вижу, ваше сиятельство, — подтвердил Игнат.

— Отлично. Сева должен непременно увидеть этот рисунок. Пусть сразу же идет в эту дверь и ни о чем не раздумывает.

— Все понял, ваше сиятельство, — ответил Игнат. — Исполню непременно. А вас когда ждать? К обеду вернетесь?

— Теперь уже вряд ли, — рассмеялся я. — Скорее всего, к вечеру, не раньше.

— Ну вот, как всегда, — огорчился Игнат. — Имейте в виду, что если Прасковья Ивановна затеется печь пироги, то их и на ужин хватит.

— В таком случае я обязательно вернусь домой к ужину, — пообещал я.

И весело посмотрел на Библиуса.

— Считай, что артефактора мы тебе обеспечили. К тому же он явится не с пустыми руками, а принесет свежие и горячие пирожки от Прасковьи Ивановны. Ты знаешь, какое это объедение?

— Знаю, — кивнул Библиус, и его глаза жадно заблестели.

— А теперь будь добр, сооруди для меня дверь, — сказал я, — ту самую, через которую ты любуешься магическими мирами и ходишь в гости к Акатошу.

— К Акатошу я хожу через портал, — поправил меня хранитель библиотеки.

— Это детали, — отмахнулся я. — Но в моем случае дверь будет удобнее. Портал слишком маленький, не хочу пролезать в него на четвереньках.

— Пожалуйста, — ответил хранитель библиотеки и одним движением воплотил дверь прямо посреди круглого зала.

Она ни на что не опиралась, стояла сама по себе и тем не менее совершенно не собиралась падать.

— Благодарю тебя, хранитель библиотеки, — рассмеялся я.

А затем послал зов Елизавете Федоровне. Девушка откликнулась сразу же. Видно, она с нетерпением ждала, когда я ее позову.

— Елизавета Фёдоровна, я готов к нашему эксперименту, — сказал я. — Начинайте рассказывать, что вы сейчас видите. Описывайте все в мельчайших подробностях, так, чтобы я мог очень ясно себе это представить.

— Я сейчас стою у окна на втором этаже, — сказала Елизавета Федоровна. — Окно давно нужно покрасить. Краска на нем пожелтела и покрылась трещинами. За окном клумбы, а на них цветут астры. Знаете, такие большие пушистые шары, белые, красные и рыжие. Дальше березовая роща, а за деревьями видно озеро. Сейчас дует ветер, он морщит поверхность воды, и в ней дробится солнце. Слева луг, а на лугу пасется рыжая корова с белыми пятнами.

— Достаточно, — с улыбкой сказал я, — мне удалось представить все, что вы рассказываете. Теперь давайте пробовать. Рядом с вами есть какая-то дверь?

— Да, — ответила Елизавета Федоровна, — дверь в отцовскую библиотеку как раз у меня за спиной.

— Это очень символично, — рассмеялся я, — из одной библиотеки в другую. Если у нас с вами все получится, то я появлюсь именно из этой двери. Не пугайтесь.

Я кивнул Библиусу и взялся за ручку двери. Крепко зажмурился и представил себе картину, которую описала мне Елизавета Федоровна. Увидел рыжую корову с белыми пятнами и ее грустный взгляд. А затем толкнул дверь, сделал шаг вперед и открыл глаза.

Елизавета Федоровна стояла спиной ко мне. Услышав скрип двери, она быстро обернулась и испуганно вскрикнула, но тут же на ее лице появилась радость.

— У нас получилось, — тихо сказала она.

Затем повторила громче:

— Ура, Александр Васильевич, у нас получилось!

С этими словами Елизавета Федоровна бросилась мне на шею.

— Получилось, — рассмеялся я, обнимая девушку, — вы большая умница, Елизавета Федоровна, вы все сделали просто отлично.

Затем я осторожно поставил девушку на пол и с любопытством выглянул в окно.

За окном все было в точности так, как описала Молчанова. Березовая роща, за ней озеро, в котором отражалось полуденное солнце. Слева зеленел луг, а на лугу паслась корова. Она печально посмотрела на меня и, кажется, замычала, но я не был в этом уверен.

По лугу, задорно размахивая хвостом, бежала большая лохматая собака.

— Собаки в вашем рассказе не было, — рассмеялся я. — Может быть, это другой мир, не тот, который вы описали?

— Нет, мир именно тот, Александр Васильевич, — улыбнулась Елизавета Федоровна. — А собака только что прибежала. Это Шарик, пес моего сторожа.

Затем Елизавета Федоровна посмотрела на меня и покраснела.

— Я очень рада вас видеть, Александр Васильевич, — призналась она.

— Я тоже рад, — улыбнулся я. — С нашей последней встречей вы еще больше похорошели. Но имейте в виду, что сегодня я пришел без амулета, блокирующего магию. К тому же явился прямиком из магического места. Поэтому, на всякий случай, давайте сразу договоримся, что я у вас ненадолго. И если вы почувствуете себя нехорошо, то сразу же скажите об этом мне.

— Конечно, — кивнула Елизавета Федоровна, — я все понимаю, но сейчас я ничего не чувствую.

Она замолчала и снова покраснела.

— То есть чувствую, но не то.

— Не затрудняйтесь, — рассмеялся я, — мне уже понятно, что с вами все в порядке.

— Вы сказали, что пришли из магического места? — улыбнулась Елизавета Федоровна.

— Да. Я был в Незримой библиотеке, — объяснил я. — Заглянул туда по делам, там-то вы меня и застали. Получилось очень своевременно. Именно из Незримой библиотеки мне было легче всего попасть к вам.

— Вы голодны? — спросила Елизавета Федоровна. — Если хотите, мы можем пообедать прямо сейчас.

— Нет, пока я не хочу есть, — улыбнулся я, — но примерно через час проголодаюсь. А сейчас мне очень хочется, чтобы вы рассказали и показали мне, как вы живете.

— Тогда я скажу, чтобы обед приготовили через час, — обрадовалась Елизавета Федоровна. — А пока покажу вам поместье.

— Идемте, — кивнул я.

Удивительно, но в доме Елизаветы Федоровны я чувствовал себя так же уютно, как в своем особняке. Это был очень старый деревянный дом. В нем поскрипывали деревянные полы, бумажные обои местами отставали от стен. Из высоких окон наискось падал солнечный свет.

Мы вышли в сад, и я сразу увидел, что и его не обошла своим вниманием заботливая рука. Между деревьями были проложены ровные дорожки, на клумбах росли цветы.

— Вы сами занимаетесь всем этим? — спросил я.

— Да, — улыбнулась Елизавета Федоровна. — Мне это очень нравится.

Затем девушка повела меня к озеру и показала пристань. Пристань тоже была новой, сколоченной из свежих досок.

— Я хочу купить себе лодку, — сказала Елизавета Федоровна, — чтобы вечерами кататься по озеру.

— Наверное, здесь хорошая рыбалка, — заметил я, разглядывая заросший камышами берег.

— Да, — рассмеялась Елизавета Фёдоровна, — деревенские ребята наперебой таскают окуней.

— Его величеству здесь бы очень понравилось, — рассмеялся я. — Да и мне нравится.

Елизавета Фёдоровна о чем-то задумалась, мило прикусив нижнюю губу. Затем посмотрела на меня и спросила:

— Александр Васильевич, хотите, я покажу вам свою мастерскую?

— А у вас есть мастерская? — удивился я. — Вы что-то мастерите?