"Фантастика 2025-87". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Капба Евгений Адгурович - Страница 145

Основные архитектурные решения были сохранены: массивные круглые башни, мощный барбакан, прочные контрфорсы… Но — теперь каждый из элементов крепостной фортификации как будто вырос, увеличился в два или три раза! Навскидку Рем оценил бы высоту межбашенных куртин в пятьдесят локтей, угловых башен — в семьдесят, барбакана — в шестьдесят. Замковая цитадель, она же — донжон, центр и сердце всего комплекса, возвышалась над самой величественной из башен еще на двадцать или тридцать локтей! Теперь крепость выглядела достойной не только маркиза или герцога! Сам император не отказался бы от такой приморской резиденции.

Преобразился и холм: его как будто обтесали со всех сторон, придав правильную округлую форму, бывший замковый ров превратился чуть ли не в пропасть, разрубающую мыс пополам. По большому счету, Цитадель Чайки теперь располагалась на острове, соединенном с большой землей несколькими каменными мостами.

— Чертовщина, — пробормотал баннерет. — Дайте подзорную трубу!

Уже при помощи оптики он разглядел бесконечную паутину лесов, которыми был покрыт замок от основания до шпилей, и фигурки строителей-гномов, которые постоянно перемещались по ним, ни на секунду не прекращая работу. Два, может быть два с половиной месяца — и такие перемены? Замки строились годами! Какое-то подгорное тангарское колдовство?

В работе мастерам-гномам помогали диковинные приспособления и механизмы: краны, блоки, колеса, подъемники, вороты и рычаги. В тот момент, когда флотилия виконта и корабли Буревестника входили в гавань Крачек, строители поднимали на одну из боковых башен каркас турели — конической крыши. Деревянная конструкция около тридцати локтей в диаметре, скрепленная стальными полосами и болтами, качалась в воздухе, огромная кран-балка поскрипывала, стальные тросы гудели от напряжения…

— Ай да Сверкер, ай да сукин сын! — только и смог сказать Буревестник.

— Сверкер? Кто такой Сверкер? — поинтересовался Флой.

— Мой новый вассал — Ёррин Сверкер, из тангаров. Я выделил ему и его семье бенефиций в бывших землях Жоанаров… Точнее — под этими землями. Условием было приведение в порядок замковых фортификаций и налаживание обороны холма и города. Похоже, гномы решили произвести на меня максимально положительное впечатление…

— И что, дорогой Тиберий, им удалось? — виконт принялся застегивать перламутровые пуговицы кафтана: ветер усиливался.

— Определенно! Может быть, вместе осмотрим замок? — предложил Рем. — Уверен, там будет много удивительного!

— Нет-нет-нет, мне пора к моим девочкам! Я и так долго отсутствовал, это непростительно, я ведь собираюсь быть шикарным отцом во всех отношениях! Но знай, милый Тиберий, на Высоком совете я буду первым, кто выкрикнет твое имя!

При упоминании Высокого совета и скорого решения вопроса о герцогском скипетре, Аркан поморщился как от зубной боли. Он понимал, что не справится с этой ношей без помощи родственников, но вся его натура протестовала против того, чтобы терпеть рядом с собой кого угодно из них. Непримиримость Аркана Старого, кровожадность Децима, приторная правильность Флавиана… Да, да он любил отца, братьев и сестру и готов был жизнь отдать за каждого из них. Но одно дело — отдать жизнь, а другое — изо дня в день жить рядом, сотрудничать, взаимодействовать, выстраивать иерархию отошений!

Нет уж — ему было проще с чужими людьми, общение с которыми можно было держать в рамках работы над конкретным делом.

— Хотите стать маркизом, виконт? — спросил вдруг Рем. — Я мало что могу предложить вам за вашу помощь, но став герцогом и имея права на маркизат по закону кровной мести, я вполне могу передать их вам! Маркиз Флой — это звучит совсем неплохо, да еще и автономия для вашего острова в придачу… Как вам все это нравится?

— О-о-о-о! — Флой приложил ладони к груди. — Мне всё это очень нравится!

В Крачках тоже кипела жизнь. Именно сюда по призыву своих мужей и отцов прибыли семьи новых дружинников Аркана с южных хуторов и городков Аскеронского герцогства, и привезли с собой на высоких фургонах с окованными сталью колесами скарб, домашнюю скотину, утварь, оружие и ортодоксальную основательность. Свежие доски на причалах, чистые улицы, бараки, склады, дома, таверны и лабазы, щеголяющие ровной штукатуркой и яркими красками, заплаты из новой дранки и только-только обожженной черепицы на крышах, детский смех и белые простыни на веревках поперек улиц — определенно, такое обновление населения пошло приморскому городку на пользу!

Мэр города, именитый пекарь Паскаль Пейерак встречал Аркана и его дружину тут же, на пристани, в окружении шумной толпы горожан. Родные и близкие прибывших воинов махали своим героям, подбрасывали в воздух головные уборы…

— К порядку! К порядку! — призвал дородный пекарь, и бас его разнесся над головами людей. — Его высочество следует в замок! Дорогу!

Дружинники построились, Рем развернул черное знамя. Пророкотал барабан и запела флейта — дружина обзавелась своим эрзац-оркестром, который выводил ритм ставшего родным для сторонников Буревестника «Пути герцога».

Кажется, даже петь дружинники стали чище. Аркан шагал в такт мелодии, и вынужден был признать: для того, чтобы произвести впечатление на ортодоксов-обывателей, творение сумрачного солдатского гения вполне подходило. Ненавязчивый мотив, простые строки, ясный посыл. Мол наш герцог — он вона какой. Правильный! Он молодец, мы молодцы, вы тоже будете молодцами, если поверите в нашего замечательного сеньора.

Размять ноги после долгого плавания было даже приятно. Рем широкими шагами мерял мощеную известняковыми плитами дорогу, за его спиной шли верные соратники: Шарль, Луи, Оливьер, даже Скавр Цирюльник, который передумал оставаться с Децимом и принес вассальную клятву Буревестнику. Не по душе баннерету-ортодоксу пришлись методы старшего из братьев-Арканов.

— Война — грязное дело, я это вполне осознаю, не первый год замужем. Но мне бы не хотелось после будущей реморализации лежать в собственном говне и блевотине, вытирать кровь из носу и осознавать, что воевал не в ту сторону… — не очень понятно объяснил свой выбор он.

Рем был рад приобретению такого мощного соратника. Он подозвал Скавра поближе и сказал, обведя широким жестом холм, замок, всю огромную стройплощадку, в которую они превратились:

— Принимай хозяйство, маэстру Цирюльник. Я решил назначить тебя каштеляном!

Лысый баннерет только крякнул от удивления:

— Йа-а-а?

— А что? Ты человек основательный, авторитетный. Любого другого Ёррин Сверкер или обдурит, или в бараний рог согнет. А еще — Пейерак из Крачек, и прочие приличные люди, так и норовят облапошить одного молодого и неопытного владетеля… Ты будешь отличным каштеляном. Отбери себе сотню людей для гарнизона, будут крепить оборону и учить молодое пополнение.

— Что — новый набор в дружину?

— Хо-хо! Благодаря Фабрицио Закану мы теперь можем позволить себе содержать хоть тысячу воинов! А еще прибудет Патрик… От устья Эдари до границы с Проклятыми землями наша дружина станет самой грозной силой на суше, а в союзе с Флоем — и на море тоже. Вдобавок к «Каракатице» скоро прибудет Жерар на «Красном», куплю несколько крепких галер… И тогда — плевал я на аркановские заходы! Мы — сами по себе.

— Заходы? — переспросил Скавр и почесал лысую голову рукой в плотной кожаной перчатке.

— Заходы. Бздыки. Прибабахи. Примухи… Э-э-э… Я имею в виду общую склонность к спонтанным нестандартным решениям, уверенность в собственной правоте и непогрешимости, оригинальность мышления и некие весьма специфические свойства натуры…

— А-а-а-а! Придурь! — улыбнулся Цирюльник. — Все зовут это аркановской придурью. За это вашу семью кто-то любит, кто-то ненавидит… Но если что — именно ваша придурь, ваше высочество, мне по душе!