Тепла хватит на всех 3 (СИ) - Котов Сергей - Страница 10

«Ясно. Ну, ждём».

Ждали мы до самого момента приземления. Но вот новый толчок — и «Север» замер посреди пустынной степи. Светило жаркое солнце. Хорошо хоть система теплоотведения имела огромный запас прочности и мощности. А как иначе, когда на борту всё ещё действующий реактор? Так что изжариться заживо или, например, задохнуться мне не грозило.

Мне просто хотелось поскорее наружу.

По инструкции после возвращения на Землю я не должен был самостоятельно покидать корабль. Этими должна была заняться специальная команда. Но теперь у меня возникли некоторое сомнения: раз нет связи, может ли это считаться нештатной ситуацией?

Про себя я решил, что подожду час, не больше. Потом буду выбираться.

Первый вертолёт появился в поле зрения через двадцать минут. Он сделал круг над аппаратом, после чего сел где-то метрах в тридцати. Из него сразу выскочило несколько человек в защитных комбинезонах и с носилками.

Они подбежали к «Северу-1», обследовали внешнюю оболочку корабля приборами, после чего начали вскрывать внешний люк.

Всё это время я терпеливо ждал, открыв визир шлема.

Наконец, люк поддался. Внутрь заглянула чья-то физиономия в противогазе. Увидев его, я помахал рукой и улыбнулся. Человек снял маску, глубоко вздохнул, чуть отпрянул и крикнул, видимо, обращаясь к своим коллегам:

— Слава Богу, жив!

Обязанности

Я услышал характерное гудение винтов. На рефлексах рванул в сторону, схватив двух парней, которые помогали мне выбраться из капсулы «Севера». Те что-то возмущённо пискнули, но я продолжал их удерживать

Мы залегли у основания корабля. Высунувшись, я быстро обнаружил дрон. Даже не один! Три зловещие чёрные тени висели над местом посадки. Я старался разглядеть, что у них на внешнем подвесе, и лишь через несколько секунд сообразил, что это камеры.

— Товарищ майор, что вы себе позволяете! — возмутился один из парней, которых я «спас».

— Предупреждать надо, — парировал я, убирая руки.

Подняться прыжком в тяжёлом «Коршуне» было невозможно, но я всё равно встал быстро, с огромным наслаждением напрягая мышцы. Тело, после нескольких дней заключения в невесомости и замкнутом пространстве, было радо нагрузкам.

— Это протокольная съёмка. Для истории!

Я прикрыл глаза и вздохнул.

— Ничего страшного, — ответил второй встречающий, поднимаясь и отряхиваясь. — Прямого эфира нет, шеф запретил. И правильно сделал! А в записи этот момент вырежем.

— Ладно. Вот, ложитесь, — первый встречающий указал на внушительного вида носилки, стоящие на специальной подставке возле капсулы.

— Да не надо, я сам! — возмутился я.

— Положено! — настаивал парень.

Я стиснул зубы и уже приготовился сказать что-то резкое, но тут рядом послышался знакомый голос:

— Саша, не надо. Он много времени провёл на планете с повышенной гравитацией, — сказала незаметно подошедшая к нам сзади Светлана Юрьевна. — Ему тяжело без движения.

— Ладно, — тот, кого она назвала Сашей, пожал широкими плечами и отступил в сторону. Они с товарищем начали толкать пустые носилки.

— Напугали вы нас, Женя, — тихо сказала Светлана, когда парни отошли достаточно далеко.

— Что случилось? — спросил я. — Вася говорил, что даже по лазерному каналу связаться пробовал…

— Будем разбираться, — ответила она. — Очень необычный сбой. На «Севере» вся связь троекратно дублирована. Вероятность одновременного отказа всех систем оценивается где-то в три миллиона к одному.

— Ясно, — кивнул я.

— А теперь приветливо улыбнитесь в камеру и помашите рукой, — сказала Светлана, разворачиваясь к ближайшему дрону.

Я выполнил её просьбу. Правда, у меня совсем не было уверенности, что моя улыбка со стороны выглядит хоть сколько-нибудь приветливо.

— Спасибо, — продолжала Светлана. — В вертолёте будет шумно. Так что Серёжа поговорит с вами уже в самолёте. У нас будет несколько часов.

Модель «вертушки» была мне незнакома. Лишь приблизившись я прочитал на борту, ниже кабины пилота: «Ми-130». В салоне находился Сергей и ещё пара незнакомых мне спецов. Как только борт оторвался от земли, они помогли мне избавиться от скафандра. Не обошлось без обычных в таких случаях шуточек — но я их просто проигнорировал.

Я думал, что мы долетим до аэропорта Волгограда, и уже там пересядем на самолёт. Однако же мы приземлились на территории какого-то военного аэродрома: тут стояло несколько транспортников и «Ту-160». Вероятно, это был Энгельс, но полной уверенности у меня не было — я не следил за маршрутом.

Едва вертушка коснулась бетона, люк тут же открылся, и Сергей указал на выход. Я вышел следом за ним и, пригибаясь, пошёл в сторону стоящего рядом борта. Это был новенький МС-21 с символикой «Роскосмоса» на борту.

Перед тем, как подняться на борт, я огляделся. Увидел несколько дронов с камерами и даже живых репортёров неподалёку. Они стояли кучкой возле своих операторов, с микрофонами. Задержавшись на секунду, я помахал рукой и улыбнулся. Увидев это, Светлана одобрительно кивнула.

Новый самолёт госкорпорации был заметно комфортнее предыдущего. Продуманный интерьер, при планировании которого наверняка не обошлось без хорошего дизайнера. Дорогие материалы. Одноместные каюты с очень удобными спальными местами, и даже индивидуальный душ для каждого космонавта!

Так что первым делом я привёл себя в порядок, смывая многодневные отложения пота и остатки защитного геля. Потом с огромным удовольствием переоделся в синий комбинезон, который обнаружил в шкафу в своей каюте. Кстати, там же висела парадная форма ВКС, с кортиком, который, вопреки всем авиационным правилам, находился прямо там, на полке.

Глядя на форму, я испытывал смешанные чувства. Моя настоящая форма выглядела совсем иначе… лётчиком я никогда не был, не учился по этой специальности. Впрочем, для прикрытия наши сотрудники могли использовать всё, что угодно, не проблема. Так что буду считать это прикрытием.

Сергеич ждал меня в главном салоне, за столом для совещаний. Кроме него присутствовала Светлана и какой-то незнакомый мне мужик лет шестидесяти с сухим морщинистым лицом и цепкими чёрными глазами. Я сразу признал в нём представителя конторы. Так и оказалось.

— Евгений Викторович, присаживайтесь, — сказал он, указывая на свободное кресло напротив.

Я кивнул и сел.

— Меня зовут Савелий Павлович, — представился мужик. — Я возглавляю новую службы Внеземных расследований. До этого руководил Службой оперативной информации.

— Очень приятно, — ответил я.

Мы обменялись рукопожатием.

— Благодарю вас за выдержку, — продолжил Савелий Павлович. — Коллеги сильно переживали насчёт обстановки, однако я оказался прав. Верно, Сергей Сергеевич?

Он ухмыльнулся и посмотрел на соседа. Руководитель проекта «Север» улыбнулся в ответ и кивнул.

— Женя, мы вроде на ты переходили? — спросил он.

— Было дело, — согласился я.

— У тебя наверняка очень много вопросов. Скорее всего, ты переживаешь насчёт товарищей, Максима и Дианы, — продолжал он.

— Не только. Как у Антона и Влада дела? Вы грозились их никогда больше не выпустить с объекта. Так понял, они не полетели? — спросил я.

— Режим несколько облегчили, — ухмыльнулся Сергей. — Они регулярно бывают в отпуске и подтверждают своё место в очереди. Однако же, ты прав: полёты заморожены. И для этого есть некоторые основания.

— Помнишь те вещи, которые происходили с тобой перед отлётом? — спросил Савелий Павлович, тоже переходя на «ты». — Мы столкнулись с чем-то подобным. Уже неоднократно. Собственно, это одно из важнейших направлений работы моей службы.

— Понятно, — сдержанно ответил я.

— В общем, мы вынуждены ограничивать информацию, — продолжал Сергей. — Иначе это может негативно отразиться на общественных настроениях, а они имеют огромное значение в этот период.

— Тоже понятно, — повторил я.

— Теперь о планах на ближайшее будущее, — сказал Савелий Павлович. — После сегодняшнего разговора к нашим делам мы какое-то время возвращаться не планируем. Это будет парадный период. Ты, Женя, теперь герой всей Земли, со всеми вытекающими отсюда последствиями. Завтра в Москве будет грандиозная встреча с пресс-конференцией и парадным кортежем через центр города. Потом тебе придётся немного попутешествовать по миру. Маршрут уже разработан и согласован. Скажу сразу: это всё делается не просто так, над тем, как именно оно всё будет сделано работали наши лучшие инженеры социальных процессов и психологи. Да, знаю: для человека твоего склада это в тягость. Но надо выдержать, другого выхода у нас просто нет.