Замуж не напасть (СИ) - Циль Антонина - Страница 36

Найтли нервно потряс колокольчиком. Вбежавшему в столовую Клоссу Найтли велел вызвать гувернантку Солли к себе в кабинет и, извинившись, уехал.

Я же машинально ковыряла остывшую кашу. Есть больше не хотелось.

После ухода Солли вчера, я поговорила с Тони. Он чувствовал себя хорошо, но жаловался на странные ощущения. Кашель прошел. Лоб не горячий. Вроде не больно, а сил ни на что не хватает. Вот и урок рисования с новым преподавателем практически проспал, за что ему очень стыдно.

Я заснула рядом с Тони. Утром заставила его сесть у окна, в лучах солнечного света. К счастью, уже неделю стояла безоблачная погода, а благодаря недавнему открытию, я могла диагностировать тонкие тела людей. Мои опасения подтвердились: на копчике у мальчика пригрелось пятнышко Тьмы. Оно еще было маленьким, но уже обзавелось парой щупалец. Я немедленно его выжгла, доставив малышу некоторый дискомфорт.

Сразу после этого принялась анализировать ситуацию. Кто-то применил к Тони нехорошее заклинание, и сделано это было в первой половине дня. Еще вчера течение вита было нормальным, а сейчас оно нарушилось.

Что вообще происходило в этот день? Найтли встречался со своим другом, вернулся изможденным и не смог тренироваться. У Тони сменился преподаватель по рисованию. Молодого человека приятной наружности и манер опять же порекомендовал друг графа, когда прежний педагог малыша заболел. Что это за таинственный Роберт? Не пора ли с ним познакомиться?

Глава 18

После завтрака на следующий день в комнате меня встретила гарпия. Она явно умудрилась как-то подслушать наш разговор с графом.

— И охота тебя силы тратить? — проворчала птичка. — И главное, непонятно, поможет или нет.

— О ком ты?

— О графе, о ком еще? Ах, ну да, на тебе же сирых и убогих, как на новогоднем дереве.

— Разберусь, — отмахнулась я.

Даже если сэн Найтли проживет чуточку дольше, для меня это подспорье. Солли приходит в себя, но очень медленно. Я пока боюсь показывать ее Хранителю Сильверу, Духу семьи. Вдруг для полной   идентификации важно именно состояние ее сознания. А оно пока далеко.

Мне бы разобраться с ее няней. Девушка явно не хочет терять работу. Мое чутье подсказывает, что она будет и дальше тигрицей защищать ребенка, не давая мне к нему приблизиться. Ведь пока Солли полностью под контролем гувернантки и признает только ее, ту вряд ли уволят. А время поджимает. Тони где-то подхватил проклятие. Солли должна меня узнать... Не меня, а свою сестру Елену. Уф! Как мне со всем этим разобраться?

— Как-то само по себе решится, — уверенно заявила гарпия. — Главное, пользуйся своим даром разумно.

— Я и сама знаю, — вздохнула я. — Еще и это... открытие отца Елены. Что с ним делать? Герцог обещал помочь, но...

— Вот и пусть помогает, у него свой интерес, ему нужно по долгам платить.

Я не совсем поняла последнюю фразу, но зная гарпию, поверила ей на слово.

Дух рода Хиллкроу освоился в браслете и повсюду меня сопровождал. Иногда я чувствовала его злобные порывы:   наказать... уничтожить. Кто косо поглядел на мою хозяйку?! Смерть!!! Кто осмелился ей противоречить?! На куски разорву! Особенно доставалось прислуге. Духа они не чувствовали, но его всеподавляющую агрессию ощущали. Вот и заходили в мои покои, втянув голову в плечи.

Сильвер был родом из той эпохи, когда все проблемы решались простым и надежным способом – насилием. Однако я (чуть ли не методом тыка) обнаружила, что Хранитель подчиняется моему виталу, словно поводку и ошейнику с шипами. За хорошее поведение я также одаривала его минутками свободы. Постепенно Дух перестал кидаться на всех и вся. Вот так, методом кнута и пряника, мы и нашли компромисс.

Подошел день, когда мы должны были провести первую «процедуру». Благословите, боги, технологии и людскую изобретательность! Подъемник на крышу был установлен за два дня. У сэна Эрика уже имелся опыт организации личного комфорта, и он выписал из Эветии проверенных рабочих.

Я заранее поднялась на крышу. Отпустила Сильвера немного погулять. Часть моего сознания постоянно была с Духом. Пока он парил в небесах, никого не трогая, я отпускала поводок. Но стоило ему зацепиться вниманием за кого-нибудь из прохожих или соседей, притягивала к себе.

Сэн Эрик поднялся на крышу в сопровождении Клосса. Я быстро велела Сильверу возвращаться в браслет. Хранитель поворчал, но починился.

— Итак, — граф выкатился на середину крыши и застыл (Клосс ушел, с подозрением оглядываясь). Я чувствовала его напряжение. — С чего начнем?

— Просто расслабьтесь. Сегодня прекрасный день. Солнечно, птички поют, лето в разгаре.

— Птички... — усмехнулся Найтли. — Я как-то отвык их замечать?

— Вот и привыкайте заново. И к облакам, и к синему небу. Вам придется пожить еще немного, хотите вы этого или нет. Или очень долго. Как повезет.

— Смеетесь? — поднял брови граф.

— Вовсе нет. Я поставлю вас на ноги, возможно, не в буквальном смысле.

— Все равно, вы очень самонадеянны.

— А вы связаны клятвой послушания. И не забывайте об этом. Спорить будете потом, когда появятся первые результаты. Вернее, они ведь уже появились? Боли в пояснице стали меньше, не так ли?

— Вы меня пугаете, — признался граф. — Еще больше я боюсь себя напрасно обнадежить... снова. Мне столько раз давали обещания: сначала полного выздоровления, затем частичной ремиссии, а потом уже того, что я хотя бы не проведу остаток дней овощем. Я и этому был рад.

— Очень понимаю вас, — со всей серьезностью кивнула я. — Вы не поверите, но когда-то я столкнулась с тем же.

— Но вот так молоды...

— Считайте, что за свою юность я заплатила сполна. А теперь начнем. Повторюсь: просто расслабьтесь. Если будет больно, скажи́те. В любом случае дискомфорт... он будет.

— Напугали иглоспина голым… неважно, — граф смутился и прокашлялся.

В лучах солнца его глаза казались драгоценными камнями, с крошечными сияющими гранями. Я поспешила перейти к нему за спину.

— Пересядьте на этот стул, пожалуйста.

— Конечно, — граф привычно перебросил себя на сиденье обычного стула.

— Из чего сделана спинка вашего кресла?

— Из древесины дерева агхар.

— Я почему-то так и подумала.

На этот раз я очистила канал, ведущий к сердцу. С последней процедуры проклятие не успело расползтись: мой вит, к счастью, сдерживал рост темной энергии.

— Вы больше не пользуетесь перчаткой для подгонки вита? — уточнила я.

— Нет, она внезапно перестала работать... Боги, откуда вы знаете?!

— Я вижу вит. Чувствую его, даже слышу.

— Но это же...

— Необычно? Да, в высшей степени. У меня много тайн. Вы обещали молчать. И будете молчать. Все, что вы услышите на этой крыше, останется между нами. Кроме вас, есть еще Солли. Ей тоже нужна помощь.

— Я понял, — послушно склонил голову Эрик. — Все только между нами. Прошу лишь, помогите Солли.

— Кто она?

— Дочь друга моего отца.

— Люси Хиллкроу?

— Откуда...? Впрочем… конечно, герцог Ремири... он всегда знает больше, чем остальные. Да, Солли – это детское имя Люси Хиллкроу. Ее отца убили.

— Я знаю. На девочке какое-то проклятие. Отзовите свою цербершу, ее гувернантку, и я постараюсь продиагностировать Люси.

— Дэнья Аврора Диль...

— Вы ей нравитесь. Она считает, что я встала на ее пути к счастью...

— Дэнье Диль? Нравлюсь ей? Я? Вы уверены? — недоверчиво нахмурился граф.

— Я женщина. Я такое вижу. Причем, вы ей просто нравитесь, как мужчина, а не только как богатей. Как вы себя чувствуете? — я отступила, стараясь скрыть подступившие тошноту и слабость.

— Я чувствую себя... удивительно бодрым. Стало легче дышать. Что это было?

— Проклятие чуть не коснулось сердца.

— Да, Бирни говорил, что это скоро произойдет.

— Теперь не произойдет. Но ваш левый канал еще заблокирован. Вы кашляете?