Как я строил магическую империю 13 (СИ) - Зубов Константин - Страница 40

У меня уже давно возник вопрос: владеют ли они магией изменений? Но я пришёл к выводу, что, скорее всего, нет. Если бы владели, их экспансия шла бы гораздо быстрее.

— Слушайте, а почему у них так много домов уцелело? — обратил внимание на странность Свят. — В Воронеже гораздо больше руин.

— Думаю, что-то могли восстановить, — предположил я. — А вообще, здесь сейсмоопасный регион и изначально дома строят намного прочнее.

Мы открыли доску и продолжили медленное снижение, во все глаза разглядывая кипящую деятельностью прибрежную территорию. Больше всего нас поразил не сам будто вернувшийся из прошлого город с застеклёнными многоэтажками, а те самые квадратные платформы, которых прямо сейчас в поле зрения было не меньше пятидесяти штук.

Все они чем-то загружались или куда-то летели. В том числе прямо на наших глазах одна из них поднялась над морем и вытащила из него огромную битком набитую рыбой сеть.

— А вон те к нам, — первым заметил встречающих Феникс.

Я посмотрел туда, куда он указывал, и увидел три квадратных платформы примерно двадцать на двадцать метров. Они были плотно забиты бойцами и уверенно приближались к нам.

— Подготовиться к первому контакту, — скомандовал я и на всякий случай наложил на себя магический щит.

— Смотри, у всех шмотки на халаты похожи! — шепнул Свят.

— А ещё глаза щурят, — добавил сзади Рыбак, — такое ощущение, будто задумали что-то.

— Хватит! — резко произнёс я. — Никаких больше шуток, предельная собранность!

Судя по всему, с нами решили пообщаться прямо в воздухе, и если на платформах стоять было удобно, то нам мешали кресла, поэтому я пробрался в грузовой отсек и встал у самой кормы. Феникс понял, что я хочу, и развернул доску хвостом вперёд.

Конечно, я не любил весь этот официоз, но надо было соблюдать приличия, поэтому справа от меня встал Свят, а слева Костя. Все мы были облачены в наши самые крутейшие доспехи, ну а я, для того чтобы отличаться, накинул на плечи лёгкий плащ с символикой рода Акуловых. Тем временем две платформы остановились в десяти метрах от нас, а третья подлетела и зависла в воздухе в четырёх.

Одежда членов делегации мало чем отличалась от тех картинок, что я видел в своём мире. Фиговина, которую Рыбак обозвал халатом, на самом деле называлась кимоно — свободная длинная одежда с широкими рукавами примерно до локтя. Удерживали всю эту экзотическую красоту намотанные в несколько слоёв широкие пояса. Абсолютно у всех прибывших были чёрные волосы и узкие карие глаза.

Тройку переговорщиков узнать было несложно — в центре стоял мужчина лет сорока — сорока пяти, с уложенными набок волосами. Справа от него располагался и внимательно меня разглядывал старец не моложе семидесяти, а возможно, намного старше. А слева явно нервничающий молодой человек. В отличие от простых чёрных кимоно охраны, эта тройка носила синюю одежду с вышитым на ней золотым драконом.

Центральный мужчина сделал два шага и оказался на самом краю платформы.

— Приветствую гостей в месте, где встаёт солнце, — поставленным голосом провозгласил он на японском.

Тут же шаг сделал и молодой парень, и хоть с заметным акцентом, но достаточно понятно перевёл это на русский. Интересно, как он угадал, откуда мы? Хотя с учётом того, что у нас не такие узкие глаза, вероятность того, что мы именно русские, гораздо больше, чем что европейцы. Бывшие соседи как-никак, и весьма логично, что следующим после родного и китайского учат наш.

— Меня зовут Минато Танако, и я являюсь представителем его величества, императора Японии Мейдзи Шестого.

Посол замолчал, переводчик перевёл, а потом повисла тишина. Право слова перешло ко мне.

— Меня зовут Дмитрий Акулов, — представился я на японском. — Я русский князь.

Лица делегатов вытянулись. Я очень надеялся, что это от того, что они удивились моему японскому, а не незначительному титулу. Я, конечно, подумывал немного приукрасить и назвать себя императором, но как-то начинать встречу со лжи не очень хотелось. Тем более мой статус подчёркивает ДДР-1, ну и наша броня, думаю, тоже обращает на себя внимание.

— С какой целью вы пожаловали в наши края? — быстро отойдя от шока, спросил Минато Танако.

Переводчик начал было переводить, но тут же осёкся, покраснел и сделал шаг назад.

— Мы бы хотели наладить с вами торговлю, — ответил я. — Мы производим много высокотехнологических изделий, вроде этого летательного аппарата. А также превосходную броню и оружие. Кроме этого, у нас есть ресурсы, в том числе жемчужины…

По моему жесту Свят вытащил из красивой зелёной бархатной коробки большую жемчужину земли и передал её мне.

— И вот эту я хотел бы преподнести в дар его величеству Мейдзи Шестому в знак моего величайшего уважения и в надежде на будущее взаимовыгодное сотрудничество.

Выбор пал именно на стихию земли, так как нам они были не особо нужны, а вот японцам с учётом ограниченных территорий наверняка пригодились бы.

Откровенно говоря, я ждал услышать что-то вроде «подарок слишком ценный, мы не можем его принять», но ничуть не бывало. Минато Танако сделал знак рукой, его платформа приблизилась и уткнулась в корму нашей доски.

— Щедрый дар, достойный великого императора. Благодарим вас, — принимая жемчужину, слегка поклонился посол и дал знак снова отвести платформу. — Но перед тем, как мы сможем перейти к торговым делам, нам нужно убедиться, что вы достойные партнёры.

Черт, а я уж, грешным делом, понадеялся, что жемчужина пойдёт в счёт задания.

— И как я могу доказать, что достоин такой великой чести?

— Не вы достойны, а ваша страна, — поправил японец. — Самый сильный ваш воин должен сразиться с самым сильным нашим воином. И если ваш воин победит, то мы признаем в вас равных.

В том, что сказал Минато Танако, меня немного задели две вещи. Первая: как-то нечестно получается — если они побеждают, они нас выше, а если мы, то равны. Ну да ладно, я знал, на что шёл. И второе: а почему они не предложили вариант пойти достать жемчужину из кристалла, как это было у пермяков. Либо времена поменялись, либо всё-таки мой подарок на это повлиял.

— И какие условия этого сражения? — уточнил я.

— Разрешаются любое оружие, броня и магия. Битва будет длиться до смерти или потери сознания одним из участников.

— А что будет с вашим воином, если наш воин его одолеет, но не убьёт?

— Чтобы смыть позор, он сделает себе харакири, — пояснил посол таким тоном, будто это абсолютно нормально.

— Уважаемый Минато, дело в том, что я уверен, что наш боец намного сильнее вашего, и проиграть ему не будет позором. Я бы хотел попросить исключить этот пункт из условий дуэли.

— К сожалению, это невозможно, — с невозмутимым видом отрезал японец. — Проиграть — позор.

— Подождите, — не сдавался я. — Но, если наш боец действительно докажет, что он намного сильнее. Например, сразится не с одним, а сразу с тремя вашими лучшими воинами и всё равно их победит.

— Это не имеет значения.

— А если с десятью?

— Это не имеет значения.

Ну и хрен с вами, тем более что насчёт сражения с десятью я и так немножко погорячился. Как ни крути, они здесь действительно каждый день сражаются и в среднем наверняка сильнее тех же нижегородцев. А лучшие так и намного сильнее.

— Дело в том, что я учил японский язык по вашим старым книгам, — принялся заливать я, — и в одной из них прочитал, что у вас есть традиция — если воин проигрывает в дуэли другому, победитель может потребовать, чтобы побеждённый стал его вассалом. Такой вариант возможен?

Минато Танако повернулся к старику, который все это время прожигал меня взглядом, и тот едва заметно кивнул.

— Да, это возможно, — озвучил ответ посол.

— Тогда мы согласны, и я настаиваю, чтобы в случае поражения ваши воины не делали харакири, а стали вассалами победителя.

— Когда придёт ваш боец? — спросил японец.

— Я сам буду сражаться, и чем скорее мы начнём, тем лучше. И я вызываю трёх ваших лучших бойцов одновременно, надеюсь, что после этого вопросы о нашем равенстве будут сняты.