Отказная жена Феникса или Карьера дерзкой попаданки (СИ) - Циль Антонина - Страница 60

— Ты кто? — я не смогла сдержать улыбку. — Скромный ученый-эльф, живущий в подземелье?

Ксандр хмыкнул.

— Дело не в моих регалиях, Эвери. Я не хочу ее компрометировать. Ведь она так строго следует правилам приличного поведения.

— О Небеса! — я рассмеялась. — Маме сорок три года, Ксандр. По меркам моего мира она женщина в самом расцвете сил. Она была женой моего безумного отца. Ее репутацию уже ничто не испортит. К тому же если бы ей было неловко, она бы не предложила помощь.

Эльф покраснел до кончиков заостренных ушей.

— Ты уверена?

— Абсолютно. К тому же она явно тебе симпатизирует.

— Ты уверена?

— Вот заладил, — я покачала головой. — Я заметила, сколько времени вы проводите вместе.

— Твоя мама – чудесный собеседник. Она невероятно умна, начитана…

— ... красива.

— Несомненно, — признал Ксандр, — однако я уверен, что с ее стороны это просто вежливость!

— Вежливость? — я фыркнула. — Мама много лет не покидала дома, занимаясь лишь хозяйством и Луной, а тут вдруг заинтересовалась эльфийскими рунами. Если не намерен ухаживать, просто дай Амелине шанс почувствовать себя чем-то бо́льшим, принести пользу.

Эльф открыл рот, чтобы возразить, но в этот момент я напомнила:

— Помнишь, что ты говорил? Будь я старше лет на двадцать и все такое. Небеса тебя услышали. Так дерзай!

Ксандр вдруг улыбнулся одной из своих самых, на мой взгляд, притягательных улыбок – задорной, мальчишечьей:

— И дерзну. Пусть Небеса будут свидетелями этого разговора.

— По рукам.

— Кое-что еще… твоя сестра...

— Луна?

— Да. Она просит допустить ее к исследованиям. Не к каталогам, а чтобы ты понимала – к магическим процедурам.

Я скрестила руки на груди:

— И что ты ответил?

Ксандр вздохнул:

— Что это опасно. Луна обучалась самостоятельно, по книгам. А здесь – вмешательство в разум нечисти. Девочка слишком… увлечена открывшейся в ней силой. Боюсь, что она не сможет вовремя оценить опасность.

— Понимаю. Если залезть в ауру и мозги нечисти, то и она может чем-нибудь ответить.

— Разумеется. Красты, например, весьма хороши в наведении морока. Но Луна настойчива. Особенно после того, как пообщалась с виверном.

— Тогда возьми ее в ученицы. Луна способная, сильная… да и тебе помощник не помешает. Эйфория пройдет. Сестре не три года, чтобы оберегать ее от реальности. Хочет стать магом – вперед, издержки профессии прилагаются. Только сначала поговори с Амелиной.

Ксандр задумался, потом кивнул.

— И последнее, — сказал он. — Я кое-что нашел в оранжерее. Смотри.

Эльф извлек из складок туники… длинный гибкий шнурок. Он вложил его мне в руки, и в этот момент шнур засветился темно-красным, а я почувствовала, как по пальцам в него потекла энергия. Никогда прежде не чувствовала себя живым аккумулятором.

— Что это за…? Стоп, не говори! Магическая нить с какого-то дерева. Я видела такие на ярмарке, это что-то вроде проводов для подачи энергии.

— Я тоже заметил их на карусели и поговорил с механиком. Нити из смолы дерева агхар, — кивнул эльф. — Дерево считается сакральным. Наши восточные соседи неохотно о них рассказывают. И крайне неохотно продают нам их смолу, за огромные деньги. Правда, кто-то из путешественников утверждал, что рощи агхаров встречаются и в наших краях, причем в холодных северных краях. Что странно, потому как агхары теплолюбивы и капризны. Король отправил три экспедиции, но они ничего не нашли. Тот, кто сумел бы начать разводить агхары в доминионе, обогатился бы.

— Но на карусели…

— То были старые нити, отработавшие свое. Их можно заново связывать и оживлять, но ненадолго. Эта нить, — эльф указал на смоляную струну в моих пальцах, — тоже стара. Свежие светятся алым.

Я внимательно изучила шнур. Трещины. Кое-где нить словно спаяли, уплотнив – и в этих местах она светилась слабо.

Нить пульсировала. Не что чтобы это было неприятно, скорее, я переживала за силы, уходящие невесть куда. И что-то шевелилось в памяти. Что-то тревожное. Казалось, я вот-вот вспомню… но нет, не вспомнила.

Ксандр развернулся и пошел к люку, его длинная, искусно переплетенная коса колыхалась за спиной. В последние дни эльф старательно укладывал волосы и тщательно подбирал наряды из тех, что обновил на ярмарке.

Я осталась сидеть на лавке. Нужно вставать и идти в дом. А еще купить новую шубу. Вопрос: за что? Яран вернул золото, украденное Нэнси, но это на новые окна с западной стороны дома. На новые латки на крыше, на лекарства, срок хранения которых рано или поздно закончится.

Гидеон возник на крыше практически неслышно. Или это я так крепко задумалась.

— Прервал важную беседу? — спросил он, глядя в сторону, куда ушел Ксандр.

— Дела семейные, — ответила я. — Ты просто гуляешь, или есть, что сказать?

Гидеон усмехнулся:

— Пришел сообщить, что остаюсь еще на день?

— Мог и не говорить. Вивиен поделилась новостью. Все счастливы.

Люминор помолчал:

— Устала?

— У меня сенсорный перегруз. Лица, разговоры, многозадачность… Не напрягайся. Это так… проблемы девушки из другого мира, трудности перевода.

— Какой он, твой мир?

Я поплотнее закуталась в шубу. Гидеон стоял неподвижно, его темный силуэт резко выделялся на фоне заснеженной крыши. На волосах играло ленивое пламя. Автоподогрев? Завидую.

Я закрыла глаза, позволяя воспоминаниям всплыть в голове:

— Там... нет магии. Но есть технологии, которые для вас были бы волшебством. Мы летаем в металлических птицах – самолетах, говорим с людьми за тысячи километров через маленькие коробочки – телефоны. Знания всего мира у нас в кармане. Строим дома, касающиеся облаков. Поднимаемся в небо, в космос, где нет воздуха. Собираемся осваивать другие планеты.

— И миры?

— Тут мы несколько… отстаем. Пока не знаем, что можно путешествовать через Сферы.

Гидеон хмыкнул:

— Звучит как сказка.

— Сказка со своими демонами, — я устало прикрыла глаза. — Мы загрязняем свою планету, воюем за ресурсы, теряем человечность в погоне за прогрессом. И пифий у нас нет.

Порыв ветра поднял белые пряди на спине:

— А что тебе больше всего нравилось… дома?

— Интернет, — ответила я не задумываясь. — Это как огромная библиотека. Много чуши и лжи, зато можно видеть, что происходит под водой в океанах. Правда, океаны мы тоже загрязнили.

Гидеон задумчиво провел пальцем по морде горгульи. У той уже блестел нос:

— И ты скучаешь?

Я посмотрела на звезды, которых в моем мире в городах почти не было видно.

— Иногда. Но здесь... здесь все настоящее. Магия, опасность, чувства. Там я была просто очередной девушкой в толпе. Здесь я – это я. Несмотря ни на что. Я могу… влиять.

Кэрос выглянул из-за туч, освещая профиль Гидеона серебристым светом.

— А что было бы, если бы ты могла вернуться?

Этот вопрос повис между нами, сковав дыхание. Я медленно выдохнула:

— Я бы осталась. В моем мире меня никто не любил. А здесь… здесь Габби, Дерси, Луна и Амелина. — «И ты», — но этого я не сказала. — Я чувствую, что ответственна за них. Только одно меня мучает. Мне жаль Эвери. Чувство вины сильнее убежденности, что все произошло не по моей вине… Ничего не могу с собой поделать.

— А я? — небрежно поинтересовался феникс. — Ты осталась бы ради меня?

Он мысли подслушивает? Что мне ответить? Правду или…

— Хотя я сам знаю. Осталась бы. Ты ведь не можешь меня отпустить. Любишь. Я твое наказание. Ты обо мне мечтала, но получила лишь в этом мире.

— Я… Откуда?!

— Ты проговорилась, во сне.

— Что?! Ты прокрался в мою спальню?! Мне не приснилось?! Крылья! У тебя были крылья!

— Покажу, если будешь хорошо себя вести. И…

— Перестану цапаться с тобой?! Да нико…!

— Нет, это мне как раз нравится.

Я почувствовала, как руки покрываются льдом. Застать меня врасплох и заставить

— Пойдем, — вдруг сказал Гидеон, протягивая руку. — Ты замерзла. Эта накидка никуда не годится. А об Эвери не тревожься. Пифия сказала, она жива в твоем мире. Победила болезнь. Наверное, летает на ваших… самолетах и изучает интернет. Уверен, в обиду моя бывшая жена себя не даст.