Отказная жена Феникса или Карьера дерзкой попаданки (СИ) - Циль Антонина - Страница 6

— Уж поверьте, я что-нибудь придумаю. Например, найду работу.

— Ты? — Феникс презрительно скривил губы, повернувшись всем корпусом и впервые обратившись ко мне на «ты». — Ты, Эвери? За всю жизнь ты не заработала ни одной медяшки. Я оплатил долги твоей семьи. Ты даже никогда не пыталась узнать цену в ювелирных и парфюмерных лавках, просто записывала покупки на мой счет и отправляла их домой. Ты растранжиришь все содержание за полгода за пару недель, а потом приползешь ко мне на коленях.

«Ты» получилось слишком много… на мой взгляд.

— Так ты на это рассчитываешь? — холодно спросила я. — Хочешь увидеть меня униженный?

— Это будет малый платой за МОИ унижения. Соглашайся, Эвери, я все равно не дам больше. И никто меня не осудит. Даже твоя семья. За четыре года брака ты вообще о ней забыла, в том числе и о своей сестре, у которой нет ни приданого, ни возможности выучиться хотя бы на гувернантку. Я столько раз давал тебе деньги, чтобы отослать матери, но ты оставляла их себе.

Ох, Эвери, если Феникс не врет, это удар под самый дых. Я растерянно молчала, продолжая свирепо сверлить мужа взглядом.

— Так к какому решению вы пришли? — осторожно поинтересовался скуластый эльф, прервав затянувшуюся паузу.

— Согласен!

— Согласна!

Мы с мужем рявкнули хором, не сводя друг с друга взглядов, как игроки в покер, пытающиеся разгадать, кто блефует.

— Я согласен на пари. Если через шесть месяцев лэнья Роули (вот я и узнала девичью фамилию Эвери) ни разу не попросит денег, я повышу содержание, — проскрипел Феникс.

— Я согласна, — прошипела я. — Если за полгода я ни разу не попрошу бывшего мужа о помощи, мы заключим другой договор. По нему я смогу выбрать себе любой дом... какой захочу. И господин Фалькон не станет меня преследовать, куда бы я ни захотела отправиться. Он полностью устранится из моей жизни, откажется от прав на меня и на все мои активы.

— Активы? — Гидеон закатил глаза и издевательски захохотал.

— Именно! Обещаю, что к тому моменту обрету независимость. И мы еще посмотрим... — беспомощно добавила я в стиле «сам дурак», потому что понятия не имела, насколько сильный вызов бросила бывшему и бросила ли вообще. Может, он только и мечтал, чтобы вообще потерять меня из виду.

После недолгих препирательств договор был переписан и подписан. На документе вспыхнула бирюзовая печать, а у нас с Гидеоном засветились кончики пальцев.

— Мебель и драгоценности принадлежат роду Люминор, — ледяным тоном заявил бывший муж, когда мы остались наедине.

— Я ни на что не претендую, — буркнула я.

— И это странно, — Гидеон сощурил свои янтарные глаза. — Что ты задумала, Эвери? Это странное заявление… Ты должна понимать, что тебе не на что рассчитывать…

— … кроме самой себя, — так же холодно кивнула я.

Вышла из комнаты, гордо подняв голову. Но повернув в галерею, где свободно гуляющий между арок ветер заглушал звуки, остановилась и заорала во все горло. Что на меня нашло?! Я хотела спокойно жить, радовалась, что могу получить жилье и небольшое содержание, а тут вдруг бросила вызов бывшему!

С другой стороны, кое-что мне все-таки перепало. Я человек скромный, запросы у меня небольшие, авось выкручусь.

По поводу одежды никаких запретов не было, но утешало это мало. В гардеробе Эвери имелись в основном бальные платья и наряды для выхода в свет.

Ни одной относительно теплой вещи, только короткое манто из какого-то переливающегося меха. Белое манто. Я пыталась выяснить, в каком климате нам предстоит жить. На карте Фаир-Глан находился определенно севернее Арх-Глана, под земли Люминоров был отведен целый полуостров, что скорее пугало, чем радовало.

Поэтому я смело пожертвовала шелком, кружевом и перьями, выбрала несколько неброских платьев на каждый день и пару нарядов на выход. Имелись сомнения, что в заброшенном поместье тлела какая-либо светская жизнь, но чем черт не шутит.

Я завела небольшой блокнот, стащив его из библиотеки, из стопки кожаных книжек для ведения хозяйства (также в мой небольшой дорожный саквояж переместились несколько книг по истории и географии – по поводу литературы запрета тоже не было) и отмечала в нем все, что беру с собой.

Постельное белье, благо тут оно имелось в достатке, посуду, практичную, в основном из меди, немного дамских штучек, несколько ожерелий и колец, на которые Феникс не покушался. Видимо, они принадлежали Эвери первоначально.

Все, что попадало под запрет, было окутано какой-то магией. Я обжигалась, если осмеливалась к ней прикоснуться.

После обеда ко мне в покои явилась пожилая дама в чепце, оказавшаяся экономкой Арх-Глана. Неодобрительно ворча, она вручила мне мешочек с монетами на дорожные расходы. Серебро, определила я, заглянув внутрь. На монетах – змеи, птицы и драконы.

Подошел момент торжественного отбытия. Феникс выделил мне целую карету. Она должна была довезти нас до портала, а за ним ожидали слуги из Фаир-Глана.

Я планировала немного изменить маршрут и посетить какой-нибудь местный город. Продать драгоценности, раз основную сумму мне еще не выдали, купить теплой одежды для себя и Дерси.

В карету я погрузилась, полностью игнорируя вышедшего на мраморное крыльцо бывшего. Он молчал, я тоже не издала ни звука. Дерси откровенно плакала, ей было грустно покидать чудесный замок в долине, несмотря на то, что жизнь в нем была временами для нее несладкой.

Я уже собиралась махнуть кучеру, но внезапно откуда-то со стороны хозяйственных построек появилась Эллис. Лисичка старательно и нежно тащила в пасти крошечного детеныша. Лисенок болтался в зубах мамы и протестующе попискивал. Эллис остановилась у кареты, выжидающе поглядывая на дверь. Когда слуга ее открыл, лисичка задрала пасть повыше.

— Хочешь отдать его мне? — несказанно удивилась я. — Своего сына... нет, дочку.

Эллис глухой тявкнула. Я покосилась на Гидеона, но тот только досадливо нахмурился. Очевидно, у фамильяров рода Люминор имелись свои права, и если Эллис задалась целью доверить мне детеныша из выводка, Феникс не смел оспаривать ее решение.

Я от всей души поблагодарила лису, Дерси сбегала за корзиной для малютки лисенка, и мы, наконец, отправились в путь.

В дороге выяснилось, что ближайшим порталом мы воспользоваться не сможем. Он был предназначался только для пеших путешественников. Нам же полагалось проехать каких-то семьдесят местных миль до следующего перехода.

Порталы, обжигающая магия, разумные лисы... Я постепенно начала привыкать к местным реалиям. Вот только Дерси поглядывала на меня странно, когда я задавала один свидетельствующий о моем невежестве вопрос за другим. Увы, у меня не было иного выхода.

Карета неспешно двигалась по хорошо утоптанной дороге. В небе не было ни облачка, и оставалась надежда, что хляби небесные не разверзнутся внезапно и не помешают нашему путешествию.

Нас то и дело обгоняли доверху груженные телеги. Местные жители ехали на ярмарку. Я с радостью узнала, что мы проедем совсем рядом и уговорила кучера немного задержаться у ярмарочного поля. Кучер согласился, собираясь заодно дать отдых лошадям.

Такого буйства красок, шума и разнообразия толпы я не видела даже в своем мире.

Огромное поле между рекой и лесом было заставлено палатками, легкими деревянными конструкциями и шатрами. Продавцы уже успели выложить свой товар, и торговля кипела вовсю.

Опытный кучер повернул куда-то вдоль реки и въехал в ворота постоялого двора. Здание было небольшим, для «своих», наполовину скрытое холмом, и кроме знающих людей сюда мало кто заглядывал.

Я с некоторым содроганием ожидала встречу с настоящими реалиями этого мира, в любом случае понимая, что не стоит привлекать к себе излишнее внимание. Выбрала самое скромное платье из нарядов Эвери, подозревая, что его и еще несколько вещей девушка носила до замужества и привезла из отчего дома.

В результате одеждой я мало отличалась от Дерси. Но разница между нами все-таки была заметна. Впрочем, как раз это гармонично вписывало нас в повседневную картину.