Не тот год (СИ) - Баковец Михаил - Страница 47

Их глазам открылась странная картина. Возле домов и в открытых загонах никого не было. Ни людей, ни домашних животных, ни домашней птицы, ни дикой. Конечно, если не считать чёрных во́ронов, рассевшихся по ветвям деревьев вокруг хутора. Но ни одной этой птицы не было на самом хуторе.

Машина и мотоциклы остановились в сотне метрах от плетня, окружающего немаленький хутор. Из кузова шустро попрыгали солдаты и немедленно взяли карабины на изготовку. Фельдфебель отправил две тройки солдат, чтобы те с двух сторон обошли хутор и проверили окрестности. Через пять минут один из них вернулся обратно.

— Господин фельдфебель, никаких подозрительных следов мы не нашли. Есть две тропинки, ведущие в лес. Они старые, скорее всего, сами местные их и натоптали, — принялся докладывать он. — Следов боя, грабежа, разрушений и трупов не увидели. Хутор выглядит совершенно пустым, брошенным.

— Внутрь ходили?

— Никак нет.

— Почему?

Солдат замялся, отвёл на секунду взгляд в сторону и чуть тише сказал:

— Не по себе стало, господин фельдфебель. Только к плетню подошёл, как стало страшно, словно в меня целится взвод красных.

Фельдфебель катнул желваки от злости:

— Ты солдат Германии, шутце Рихтер. Тебя не должно пугать какое-то странное чувство. Я приказал тебе провести разведку, а ты наложил в штаны от чёртового бабкиного предчувствия⁈ Живо пошёл вперёд! Проверить тот дом! Быстро, дьявол тебя подери! Нойманн, составь этому трусу компанию.

— Яволь, герр фельдфебель! — гаркнул один из солдат.

Напарник Эрика бодрился и поглядывал на суеверного камрада чуть свысока ровно до того момента, пока не сделал шаг ровно за черту плетня. Ощущение ужаса так резко на него накатило, что он отпрыгнул назад, упал на землю и выставил вперед винтовку.

Глядя на него, стоящие у техники солдаты попадали ниц вслед за ним. Они посчитали, что тот увидел врага. На ногах остались стоять всего несколько человек. В том числе и Эрик. Он уже столкнулся с этим чувством чуть ранее и был готов.

— Что, уже не так весело, Никлас? — сквозь зубы сказал он напарнику.

— Иди к дьяволу, Эрик, — ответил тот, чуть помедлил и поднялся с земли. — Что это было?

— Бабкины сказки, — буркнул он и через силу заставил себя сделать шаг вперёд. — Идём проверять дом. Фельдфебель с нас шкуру спустит, если мы тут останемся топтаться.

Стоило им сделать несколько шагов по территории хутора, как ужас стал медленно отпускать их души.

— Ещё и эти что-то раскаркались, — зло взглянул в сторону далёких воронов, вдруг подавших голос, как только солдаты оказались на хуторе, Эрик.

— Просто они подумали, что мы претендуем на их добычу.

— Какую?

Напарник ткнул в сторону хлева стволом винтовки. В проёме ворот лежала чёрная корова.

— В дом пошли. И какого дьявола лейтенанту понадобился этот поляк? Да ещё и отправил за ним всех нас, — пробурчал Эрик.

— Чтобы всю его семью забрать. Забыл? И ещё он сказал, что поляк не прост, поэтому нужно быть осторожными. Потому и поехали двумя отделениями.

— Не забыл, даже не знал. Меня фельдфебель отправил за вещами, а потом все молчали. Только узнал, что сюда едем.

За разговором солдаты дошли до дома. Перед крыльцом они одновременно замерли и посмотрели друг на друга.

— Кто?.. — спросил напарник Эрика.

— Я первый в этот дом не войду, — отрицательно мотнул тот головой.

— Тьфу, — плюнул солдат и сделал шаг вперёд. Под его сапогами заскрипели доски ступенек. Для Эрика этот звук показался стоном, которые издают мертвецы в Аду. По его коже табуном пробежали ледяные мурашки.

Между тем его товарищ дошёл до двери и ткнул её стволом карабина. Та не ворохнулась. Он надавил сильнее, а затем, так и не добившись результата, нанёс несколько ударов ногой. Раздался громкий треск и лязг от падения чего-то металлического. Но дверь так и не распахнулась.

— На себя! — крикнул ему Эрик. — Дверь наружу открывается.

Но и дёрганье за железную скобу, выполнявшую роль дверной ручки, не помогло. Разозлившись и уже позабыв про страх, солдаты выбили оконную раму и один из них залез внутрь. Эрик вернулся на крыльцо, принявшись ждать, когда напарник откроет ему дверь. Спустя буквально минуту та распахнулась.

— Что…

Эрик едва успел открыть рот, как был чуть не сбит с ног рядовым Нойманном. Он где-то оставил в доме своё оружие, был бледен и пучил глаза, словно столкнулся с самым сильным страхом своей жизни. Сбежав по крыльцу, он наклонился и тут его шумно стошнило. Расставался с содержимым желудка он долго. Под конец он просто давился воздухом и сплёвывал тягучую липкую слюну.

— Никлас? — окликнул его Эрик. — Что с тобой?

В этот момент фельдфебелю надоело смотреть за телодвижениями своих подчинённых, и он погнал к домам всех остальных, оставив пару рядовых рядом с транспортом. Точно также как пару разведчиков, немцев настигла волна ужаса при пересечении границы хутора. Но это был не самый сильный ужас, который они пережили. Вскоре те, кто зашёл в дом, присоединились к Никласу Нойманну, запачкав траву у крыльца непереваренной едой. Внутри их глазам предстали трупы владельцев хутора. Вот только выглядели и пахли они так, что даже видавший виды фельдфебель не смог сдержать тошноту и сохранить хладнокровие.

Старый поляк и его родня превратились в опухшие и истекающие гноем трупы, покрытые крупными выступающими тёмными шишками или огромными струпьями.

Вороны взлетели с деревьев и устроили высоко в небе пугающую карусель. По округе разнеслись их голоса.

— Ка-ар! Ка-ар! Ка-ар!

Для создания правильного амулета из вороньего черепа требовалась жертва. Нет-нет, не человеческая. Можно было использовать любое живое существо с кровью.

— А ну-ка, принцесса, иди сюда, — тихо произнёс я и накинул на крупную пятнистую лягушку пиджак. После чего метнулся следом и свернул одежду в узел, внутри которого оказалась добыча. — Целовать не буду, уж извини. Ты мне для другого будешь нужна.

Кроме жертвы память выдала целый список нужных ингредиентов и даже дни с особым расположением звёзд и солнца. Но это требовалось для идеального волшебного предмета. Мне же будет достаточно жертвы и тех перьев с сердцем, которые я забрал с птичьей тушки. Если амулет проработает пару дней, это уже будет отлично.

С обитательницей мелкого заболоченного пруда, на свою беду не вовремя выползшую на берег, я вернулся в лес к большому муравейнику под елью. На него я кинул голову ворона перед тем, как отправиться на охоту к пруду. За пару часов, которые отсутствовал, муравьи даже близко не успели очистить её. Мне же требовалась чистенькая кость. Жечь в костре птичий череп было нельзя, это превратило бы его в бесполезный мусор. Пришлось набраться терпенья и ждать.

Только на следующий день ближе к вечеру я получил то, что хотел. Крупные чёрно-рыжие муравьи прекрасно справились с возложенной на них задачей. От крупной оперенной головы ворона остался чистенький белый череп.

Новый заговор также обращался к Велесу. Так посмотреть, а этот дядька у волхвов был тем ещё многостаночником. И здоровья прибавит, и магию усилит, и за животных в ответе. Заговор, точнее ритуал, занял у меня четверть часа. Один раз я сбился на пятой или шестой минуте и пришлось начинать всё сначала. Повезло, что у меня оставались ещё вороньи перья и птичий череп не разрушился.

Сильно чесались руки проверить созданный амулет в работе. Да вот беда — не было в поле зрения ни одного во́рона. А без зрительно контакта было сложно влезть птице в голову. Я всё же попробовал испытать зачарованный черепок. И даже почувствовал что-то далеко от меня. Но связывающая ниточка мгновенно порвалась, когда я пошёл сознанием по ней. В итоге заработал сильную головную боль, которую пришлось убирать исцеляющим простеньким заговором. Расстроило ли это меня? Ничуть. Так я точно убедился, что амулет работает.

Двигаться я решил в сторону фронта, но не переходить его, а найти способ связаться с советским командованием и послать о себе весточку. Если они заинтересованы во мне, а Иванов успел передать информацию и вещи, то пусть шлют группу с рацией. Место можно будет выбрать попозже. Где-нибудь в лесу недалеко от какого-нибудь хутора. В зависимости от отношения бойцов заброшенной группы смогу оценить отношение к себе правительства. И опять же, в зависимости от оного решу показывать им свои способности или нет.