Я – Легенда 2: геном хищника (СИ) - Гарцевич Евгений - Страница 56

Так что остаёмся здесь. Ждать, возможно, придётся долго, может, ещё что придумаю. Я сверился с биомонитором и посмотрел на небо. Скоро светать начнёт, а пока можно время с пользой провести. Тихонько слез с дерева и, отойдя метров на сто подальше, нашёл такое же дерево и срезал с него несколько веток поменьше, но так, чтобы листиков погуще. Потом ещё и ещё немного, до тех пор пока не остался доволен самодельным маскировочным костюмом. Не «Леший», конечно, но какие-то элементы повторить удалось. Причём часть конструкции получилось сделать быстросъёмной, чтобы за ветки не цепляться.

Пока бродил среди деревьев, нашёл растущие среди корней грибы. На вид как старые перезрелые дождевики. Они же дедушкин табак или цыганская пудра, в детстве мы много таких перетоптали, радуясь дымовушкам. Биомонитор их тоже распознал, только под другим названием. Скупка копеечная, область применения — косметика.

А почему бы и нет? Аккуратно разрезал самый старый, высыпав на руку коричневые споры. Добавил пару капель воды и всё перемешал до состояния равномерной кашицы. Подхватил на пальцы и понюхал. Пахло лесом после дождя, значит, сойдёт. Провёл пальцами по лбу, обновил и размазал под глазами. А остаток потратил на скулы и домазал лоб. И совсем чуть-чуть на запястье — чтобы хоть примерно представлять, как долго продержится мой маскировочный грим.

Вернулся к своему дереву, возле которого уже крутился паук, и замер, прикинувшись кустом. На пауке сработало, он лишь поочерёдно скользнул по мне всеми своими глазами и дальше потопал по своим делам. Оказавшись на дереве, оформил все места, через которые меня могли заметить ветками, но так, чтобы самому было удобно вести огонь и менять цели. Пристроил винтовку рядом и принялся наблюдать. Когда стало клонить в сон, закапал в глаза «Мятные капли», а когда проголодался, то выпил «Малокровки».

Давно они у меня уже, а попробовал только сейчас. Стал прислушиваться к ощущениям, пытаться отследить какие-то кардинальные изменения в организме. От «Мяты» эффект был, как от холодного компресса на глаза. И не только на глаза — освежающий холодок пробежал по всему лицу, перескочил на шею и волной пронёсся до кончиков пальцев. А от «Малокровки» будто бы даже температура тела упала, появилось желание потянуться, но так чтобы один раз, а потом замереть и вообще не двигаться. Меня нет — я ветка.

Ждём.

Первые осмысленные движения начались с рассветом. Если до этого стражники лишь бесцельно бродили по балконам, возможно, даже не вглядываясь в окружающий лес. Пару раз пытались, но взгляд был совершенно бессмысленный и не цепкий. То с первыми лучами солнца оживились. Хотя это больше было похоже на нервозность, и, возможно, первые признаки ломки. До какого-то пика это напряжение дорасти не успело, бригадир собрал всех своих, что-то им сказал и что-то раздал. Судя по их радости, явные гнилые стимуляторы.

Пока проходил этот сектантский акт, из дома охраны вышла запасная бригада с новым десятником. Эти были посвежее, либо уже, либо ещё заряженные. Они довольно бодро рассредоточились по лагерю и начали активно глазеть по сторонам. По сути, произошла пересменка. Бригадиры пообщались и теперь уже первый увёл своих в казарму, а второй занял место в кресле.

Снова ждём.

Не считая пленников, ранних пташек в лагере, похоже, не было. Бедолаги точно проснулись, но всячески старались не привлекать к себе внимание охраны. Есть не просили, пустыми мисками не гремели и вообще старались ещё меньше отсвечивать, чем во сне. Сурово, видать, тут с ними обходились, что так быстро пропала любая тяга к сопротивлению. В одной только клетке, кто-то крупный, но с довольно детским лицом подошёл к клетке и попытался позвать охранника, но его тут же схватили свои и затащили в тень. Произошла небольшая потасовка, от которой у меня слегка задвоилось в глазах, и все затихли.

Ну, по крайней мере, близнецов я нашёл. И пусть фотографий мне Ульрик не показывал, то вряд ли здесь найдётся ещё два таких юных крепыша.

Первый жаворонок появился из центрального здания. Мужичок с лысиной (не бритый, как фрики, а с естественным пятном на макушке), одетый по гражданке в нечто, похожее на врачебный халат. Только цвет серый и на груди была вышита большая нашивка с логотипом «Искателей». Он поздоровался с бригадиром, зевнул, протёр халатом очки и пошёл открывать лабораторию. Минут через десять к нему присоединились ещё три таких же «учёных». Седой дед, ещё один очкарик и полная женщина средних лет с очень серьёзным лицом. Будто она завхоз местного отделения инициации и мутации.

Моего доктора среди них не было. Но я не унывал, первая четвёрка пока лишь наводила порядок. Вымывали старую кровь и вёдрами скидывали какой-то мусор с мостиков. Что именно там было, я не видел, но пауки сбежались с таким же азартом, как до этого фрики на раздачу своего сладкого.

Ждём.

И Датча ждём. Мы прикидывали по карте и общему расстоянию, что у меня будет фора практически в сутки. Это при самом лучшем для каравана Датча раскладе. Если нигде не встрянут, если не попадутся патрулям и если народ в лагере моментально соберётся. Итого, они здесь будут только к вечеру.

Ждём и наблюдаем.

Лагерь, наконец, начал просыпаться. Пленники все больше шевелились, им даже еду начали разносить в вёдрах и стальных тазиках. Не знаю, что там было за хрючево, но такой же тазик отправился и на парковку для животных в клетках. Ещё появился какой-то мужик в чёрном комбинезоне и, взяв двух охранников, спустился к грузовикам. Открыл капот самого дальнего и начал в нём ковыряться. А охрана в этот момент длинными палками начала шерудить по земле, отгоняя появившихся пауков.

Учёные в лаборатории закончили с уборкой. Один из очкариков скрылся в главном здании, а женщина мелькнула на втором этаже. Открыла все окна, из которых уже через пару минут потянулись тонкие струйки дыма. Кажись, что-то варить начали.

В дверях появился седой, он шёл, постоянно оборачиваясь назад и что-то кому-то объясняя. В проёме появилась тень… Ещё шаг… И ещё шаг — и джекпот. На балкон вышли оба: мой Феликс Робертович Брок и, судя по видениям Комы, Борей. Худой старикашка с короткими седыми волосами и такой же седой бородой. Ну прямо дедушка Мороз, который недавно откинулся с зоны. Волосы ещё отрасти не успели, и злоба в глазах не выветрилась. И холодный (во всех смыслах) взгляд очень жестокого человека, которым он одарил и пленников, и охрану, и пауков.

Нормально, вроде как на равных, он смотрел только на доктора. При том что тот на его фоне казался божьим одуванчиком. Но это если не знать его поближе. В руках у Феликса был небольшой стальной дипломат, который он вручил спустившейся женщине. Та приняла его с таким видом, будто он хрустальный, и скрылась в лаборатории. Борей, в свою очередь, подозвал бригадира (уже давно выскочившего из кресла и по стойке смирно семенящего за боссом) и что-то ему сказал.

Тот кивнул и подозвал фрика из приличных, передавая ему эстафету. Закончилась она у клетки с пленниками. В той самой, где сидели близнецы. Сразу три фанатика окружили дверь, пока четвёртый возился с замком. Пленников внутри, как ветром сдуло к дальней стенке, причём они ещё по разным уровням пытались рассортироваться. И если верхние тянули руки и подхватывали тех, кто к ним лез. То из люка на нижний уровень, наоборот, народ выпихивали. Хуже было то, что и детей Ульрика два каких-то удода пытались выпихнуть прямо к двери.

Я прицелился в клетку, не понимая пока, в кого стрелять. Фриков за толпой пленников не видно, вальнуть удода можно только в теории. Могу либо вообще промазать, либо попасть, но совсем не в того. Ждём.

Сектант, наконец, справился с замком. Распахнул дверь, и два его подельника занырнули внутрь. Донеслась какая-то каша из звуков: одни рычали, другие причитали. Из детей я видел только пацанов Ульрика, но женщин и мужчин было примерно поровну. И потом и картинка смешалась, когда сектанты выбрали жертву, началась возня, какое-то мельтешение. Какая-то женщина отлетела к стенке, а мужик (один из тех уродов, что выпинывал близнецов), похоже, активировал что-то типа спринта и вырвался из клетки.