"Фантастика 2025-43". Компиляция. Книги 1-33 (СИ) - Соловьев Роман - Страница 433

– А чего хотите? Энергетического и автоматического оружия не будет, скажу сразу, – усмехнулся Сэм.

– Ну тогда реплики «смит-вессона» двадцать девятой модели со стволом шесть дюймов под патрон калибра сорок пять длинный Кольт, и «Ремингтон 7600» калибром, ну раз нельзя армейские, то, например, под двести сорок третий Винчестер, и к нему штатные магазины на двадцать патронов. И десятизарядные. Кроме того, тоже «Ремингтон», но 7615. Опять-таки раз нельзя армейские калибры, то пусть будет, например, трехсотый Блекаут. Магазины на тридцать патронов. Ну, можно и Моссберг Патрол 27718. Болтовички тоже многим людям нравятся. Тоже в таком же калибре, магазины к этой винтовке те же идут. Плюс к винтовкам хорошую оптику, пусть образцов две тысячи лохматых годов, только хорошую, реплики лучших фирм. Армейские бронежилеты начала хотя бы двадцать первого века, если можно. Хорошие бинокли, телеграфные аппараты, телефоны, к конце концов, пусть дремучую древность, проводные, аппаратуру АТС, тоже пусть древнюю, даже антикварную, с барышнями, которые клиентов соединяют. Желательно электростанцию, пусть реплику древней, двадцатого века. Ведь электроэнергия точно со второй половины двадцатого века широко распространена? Ну и товары бытового назначения – холодильники, утюги, стиральные машины. Пусть старые. Но хороших фирм. А еще радиосвязь запрещена? – Сэм кивнул. – Плохо. Тогда оборудование для проводного вещания. Без болтовни и музыки на любимой волне порой скучно.

– Хороший рентгеновский аппарат, лекарства, я напишу список, и хоть одну, но реанимационную камеру. Обязательно. Плюс составлю список женских товаров, пусть высылают линии для производства. – Вера встала. – Пока все. На этих условиях мы согласны.

– Ну отлично! – Сэм удовлетворенно улыбнулся. – Все одобрено, но электротовары не позднее пятидесятых годов двадцатого века. Единственное исключение – медицинская капсула с камерой. Но это исключение, и поставят ее строго для города, с обязательством для свободного доступа горожанам. Нас тоже очень напрягает огромный процент гибели людей. Кстати, вам насчет любимой волны беспокоиться нечего, сеть скоро будет активирована. И еще, лично от меня вам подарок. Вы сможете снимать коннекторы. Но армейские бронежилеты – отказ. Правда, вместо них предложили каски и кирасы, которые носила пехота Первой мировой войны, из современных сталей. Годится?

– Пойдет, – кивнул я, про себя ликуя. Хоть какая-то броня лучше, чем вообще никакой. Мало ли, вдруг город штурмовать придется.

– Но все за оплату. Строго за сданные артефакты. Крупные проекты, вроде производственных линий или электростанции, только в качестве премии за новые знания. Так что старайтесь. – Сэм усмехнулся, раскланялся и ушел.

Кот неторопливо повернулся было за ним, но тут Герда гулко гавкнула ему в спину, и кот стрелой вылетел из комнаты.

– Герда, так не стоит поступать с гостями. – Я усмехнулся.

Впрочем, насколько я успел увидеть и понять эмоции кота и голованы – у них шло соревнование. Кто круче, кроме того, кота жутко задевало то, что какая-то самка смеет ему противостоять. Шовинист, одним словом.

– Ну что, будущая бизнесвумен. Вера, для чего тебе производственные линии? – Если честно, меня этот пункт здорово удивил.

– Ну мне сами линии ни к чему, мне нужны хорошие памперсы для детей, прокладки, тампоны, станки для безопасного бритья и лезвия к ним для женщин. Матвей, тут очень тяжело женщинам. У меня, например, скоро месячные. Знаешь, чем тут женщины прокладываются? Нет? Берется обычно полотно из хлопчатой ткани, кипятят и делают из нее прокладки, меняя их по пять-шесть раз за день. Удовольствие еще то, ниже среднего. Ладно домохозяйка, а вот мне во время операции что делать? Порой по несколько часов они длятся, я ведь могу вся протечь! Думаешь, это будет мне приятно? Это вам, мужикам, проще. У вас детородных органов нет, только детоделательные. – Вера возмущенно посмотрела на меня, потом улыбнулась моему ошарашенному такой проповедью виду. Гибко встала из кресла, чмокнула меня в губы. – Хватит думать об этом, все это сначала нужно заработать. Пошли, нам надо продать женьшень и мумие.

– Пошли. – Я надел шинель, поверх нее сбрую с пистолетами, прицепил значок.

Взял левер из пирамиды, проверив патронник. Заряжен, впрочем, так и надо! Вера тоже проверила револьвер, покрутилась перед небольшим зеркалом, надела вязаную шапочку, куртку и вышла. Ну и я за ней.

Возле банка собралась все наша компания, с трудом разместившись на крытой веранде перед входом. Кто-то дымил, кто-то просто сидел на перилах. Вера о чем-то шутила с Генри: чернокожий здоровяк был весьма юморной мужик. Я стоял на дальнем конце веранды и смотрел на далекий противоположный берег Великой. Тяжелые черные волны били в ледяной припой возле берега, над телом здоровенной, выброшенной на лед рыбины дрались вороны и чайки, которые еще не улетели. Холмы на том берегу уже припорошены снегом, золото сдуло, осталось серебро и уголь. Мрачная, величественная картина.

– О, а вот и скупщик с оценщиком. – Бригадир оторвался от перил, на которые облокачивался. – Здравствуй, Иван. Это оценщик?

– Да, – кивнул скупщик, высокий, худой как щепка блондин. – Он же – представитель заказчика. Приехал утренним дилижансом и сегодня же уедет, если договоримся, то и с вашим товаром. Пойдемте, чем быстрее развяжемся, тем скорее освободимся.

Как и оговаривалось раньше, со скупщиком и оценщиком пошли Сергеич, Вера, я и Федька. К моему удивлению, никаких вопросов мой карабин в банке не вызвал, как, впрочем, и оружие остальных.

В ообщем, купля-продажа прошла буднично. Служащий банка вынес стальной ящик под замком, где хранились корни и мумие, вручил Сергеичу и Вере. Те проверили, точнее, Вера проверила. Потом передали корни оценщику, который долго проверял каждый корешок, искал повреждения, взвешивал, записывал. После проверил мумие, но тут гораздо проще и быстрее.

После чего озвучил цену.

– Тридцать семь тысяч четыреста восемьдесят три кредита. Ну продаете? – Скупщик повернулся к Виктору Сергеевичу и Вере.

Те переглянулись, Вера недоуменно пожала плечами. Ну да, она рассчитывала на большее. Впрочем, и так огромная сумма по здешним меркам.

– Продаем. – Бугор решил быстро.

В принципе правильно. Сколько еще пролежат эти корешки без вреда для себя? А так – вполне приличные деньги.

– Тогда я выписываю чек на тебя. В этот банк? – Скупщик вытащил из внутреннего кармана чековую книжку.

– Да. С этим банком я давно работаю, нечего придумывать. – Бригадир посмотрел на блондина, который каллиграфическим почерком выводил прописью сумму сделки в чеке.

А я краем глаза смотрел на оценщика. Вроде как немного обмят, все-таки здешние дилижансы особым комфортом не блещут. Но я на сто процентов уверен, что это инопланетник. Или сидит на космической станции, или, что вернее, у них есть где-то наземная база. Вот в этом я ни грамма не сомневаюсь. Причем вряд ли слишком далеко. Но искать не буду, мне это не надо. Тем более что скоро должна ожить нейросеть, можно будет просто поискать на карте этой планеты.

– Так, держи. Найдете еще – обязательно приходите. Приятно иметь с вами дело, Виктор Сергеевич. Офицер, вы нас не проводите до дилижанса? Слишком ценный груз.

Оценщик брезгливо сморщил губы и распахнул куртку. На поясе у него висело два револьвера. Тоже пистольерос? Может быть, вполне. Нужно начинать тренироваться на стрельбище, и поскорее. Нет, я каждый день из тех, что сюда попал, трачу на отработку выхватывания и взведения пистолетов, стараюсь отрабатывать вскидку карабинов и дробовиков, но нужны стрельбы. Практика и практика.

– Хорошо, – кивнул я. В конце концов, скупщик один из резидентов нашего города, и кроме того, нам с Верой предстоит теснейшее сотрудничество с этим человеком. – Одну минуту.

И я подошел к Вере.

– Я провожу покупателей, Вера. Ты как, на работу? – Девушка кивнула. – Тогда заберешь мою долю, хорошо? И начнем переезд потихоньку, гостиница – это гостиница, но свой дом лучше.