"Фантастика 2025-43". Компиляция. Книги 1-33 (СИ) - Соловьев Роман - Страница 379

— Нет. Может быть подстава. Будем потом горшки драить. — Артем внимательно поглядел на старый грузовичок, который пылил по грунтовке. — Наш первый выход, не стоит рисковать. Бегом!

То бегом, то шагом мы добрались до указанного места. Речка Гнилая. Или Гнилушка. На самом деле ничего особенно гнилого нет, но сероводородом прет от реки жутко, вот так и обозвали.

Но при этом в самой речке живут пресноводные устрицы жемчужницы, и на том берегу есть небольшой поселок собирателей жемчуга. Сейчас вроде они даже плантации стали закладывать, не только ракушки собирать.

Вообще, очень красивый жемчуг. Очень. Жемчужины ровные, кругленькие, нежно–кремовые с красноватыми прожилками. Я Сайоре купил ниточку, так жена довольна.

— Саш, проверь с Рунькой склоны! Иванов, Демин — наблюдение и дежурство. Остальные — десять минут перекур. — Артем рухнул на склоне в теньке небольшого дерева. — Потом готовим позицию, маскируем.

Следом за ним на землю опустились остальные, а мы с Ромкой и Сашка со своим псом потопали вверх по склону холма.

17 день восьмого месяца, 23 год, 04–15, среда. Высота 133–17.

— Вах–вах–вах! — Аслан не удержался, и прищелкнул языком, не отрываясь от бинокля. — Какая девушка! Все, в следующее увольнение сюда еду, хоть познакомлюсь!

— Ты про которую? — Я закончил записывать в журнал «группа из семи молодых девушек купается на песчаном мелководье», и глянул в свой восьмикратник. Ну да, семь девчонок, с визгом и довольным смехом плещется на меляке. Точнее, шесть девчонок купаются, а одна стоит на высоком бережку, и внимательно смотрит на реку, держа в руках СКС. Девки меняются периодически. Вот и сейчас на страже стоит пышная такая блондиночка.

— Про дежурную. Какая девушка, мечта поэта! Эх. — Аслан слегка поворочался, устраиваясь в окопчике поудобнее.

— Ну да, красивая девка. Только такой угодить — постараться надо. Она же не просто в горящий дом войдет, она и тебя туда затащит, чтобы больше не поджигал. — Согласился я. — Ты старайся ее так не рассматривать, еще взгляд почует. Вон, видишь, уже вертится, не поймет, что не нравится.

На самом деле, красивая девушка. Полная, высокая, очень сильная, лицо красивое, роскошная русая коса, синие глазищи. Ноги длинные, грудь высокая и пышная. При этом выменем не назовешь, просто роскошные сиськи. Ну, живот присутствует, и попа в ширину очень приличная, но не портит это ее, совершенно. Гармонично все.

— Эх, — снова вздохнул чеченец, отворачивая бинокль от валькирии. — Вот так всегда — счастье рядом, а достать трудно. Пиши — по Южному тракту, белый грузовик, вроде как «мазда», примерно полторы тонны грузоподъемность, везет ящики с апельсинами.

— Угу. — Я раскрыл журнал, и записал туда новую информацию. И вот так постоянно. Толстенная тетрадь уже наполовину исписана. Время, кто, что, куда едет и что везет.

— Через переправу, два мужика, ведут мопеды. — Аслан снова повернул бинокль в сторону купающихся девчонок. — Эх. Скорее бы увольнительная. Мотоцикл дашь?

— Да бери. — Я пригнал один из индийских трофеев сюда, в наш городок. Разумеется, с разрешения командира роты. Так что у меня сейчас свой транспорт есть, стоит под навесом в парке. — Только заправь, бак пустой.

— Договорились! С меня шашлык! — Аслан довольно улыбнулся.

После присяги появились некоторые не то, чтобы послабления. Нет, просто дополнительные возможности. Нет залетов — никто не помешает вечером пожарить шашлыки на природе из небольшого крокодила, например. А мелочи крокодильей тут в Ориноко хватает.

Из–за холма едва слышно донеслось пыхтение и довольное взвизгивание. То Сашка Руньку мает. Пес молодой, ему бы побегать, а нельзя. Вот его в окопе Сашка и валяет, борется с ним, не дает скучать. И так по шестнадцать часов в день. Куда денешься, надо.

Первую ночь, как сюда прибыли — копали щели и окопы на обратном склоне, потом узкие пути сообщения, чтобы только ползком проползти незаметно. Просто вроде — вскрываешь дернину, пару лопат песка на траву, дерном накрыть — и готово. Ан нет, так не годиться. Жарко, трава сразу высохнет. Приходится вытаскивать все это, и ссыпать сзади холма, этой самой клятой высотки. И никуда не денешься — приказ.

— Отделение, подъем! Приказ выполнить маршбросок до Речного, и отметиться там у участкового. После чего домой, в расположение тем же путем, но уже просто маршем. — Артем принялся навьючиваться. Радист тем временем сворачивал станцию, по которой прилетела эта развеселая команда.

Через пять минут наше отделение снова пыхтело под тяжестью снаряжения. Пробежав мимо удивленных появлением ниоткуда отделения солдат девчонок, не удержались от пары очень двусмысленных шуток.

На что девчонки ответили веселым смехом, и не менее развеселыми шуточками.

— Ребятя, если вы еще сможете — то милости просим! — Пухлая блондинка, смеясь, приподняла свои внушительные сиськи. — Честное слово, приласкаю. Но потом не жалуйтесь!

И девушки покатились со смеху, махая нам вслед снятыми лифчиками.

— Мальчики, не задерживайтесь!

— Мерзавки, — пропыхтел я. — Тут о любви к Родине думать надо, а они тестостероном мозги забивают.

— Леш, тебе проще. Ты к жене наведаешься, и скинешь толику тестостерона. А нам еще надо снимать и уговаривать. — Артем нашел силы усмехнуться.

А Аслан молча бежал, пораженный в самое сердце видом потрясающего бюста блондинки. Одному Руньке были по барабану наши переживания, он просто с удовольствием рвался вперед на своих плотных коротких лапках.

18 день восьмого месяца, 23 год, 14–28, четверг. Неподалеку от высоты 133–17.

— Нет твоей блондиночки, Аслан? — Я подошел к высматривающему кого–то в поселке снайперу.

— Не видать. — Грустно ответил тот, пряча бинокль в чехол, закрепленный на разгрузке. — А жаль, какая девушка.

— Сгоняешь сюда в увольнительную, познакомишься. — Я вытащил из кармана пару леденцов, сунул один чеченцу, второй распотрошил и с удовольствием закинул в рот. Вкуснячие конфетки! — Она же сама приглашала. Вот и повод. — И уселся рядом с нашим собаководом, вытянув гудящие ноги.

— Накололся, бедолага. Руня, потерпи, пожалуйста. Лех, придержи, а? — Сашка подождал, пока я надел кордуровые перчатки, и крепко взял за корпус Руньку. В задней лапе песика торчала здоровенная колючка.

— Терпи, псина. — Рунька серьезно попытался меня цапнуть, и взвизгнул от боли, когда Сашка выдернул занозу. — Ну, вот и все. Сейчас обеззаразим, и перебинтуем.

— Саш, как пес? — Артем приподнялся со своего места, и посмотрел на нас.

— На руках понесу, бежать не сможет. Но вроде нормально, заживет, как на собаке. — И закончивший перебинтовывать лапу Сашка погладил лобастую головенку хоть и небольшого, но служебного пса. Тот неуверенно лизнул ему руку, и попытался стянуть зубами бинт с лапы.

— Не надо, Рунь. — Сашка отвернул морду песика от его же лапы. — Потом вылижешь, когда доктор посмотрит. Скоро уже.

— Ладно, еще пять минут, и подъем. — Артем откинулся на спину, и прикрыл глаза. Впрочем, я видел, что он недавно с часами возился, наверное, будильник выставлял. И потому тоже завалился. Пять минут дремы не помешают.

Аслан продолжал бдить, его очередь.

Короткий отдых пролетел мгновенно, и вот мы снова на ногах, и снова бежим по уже знакомой тропке. На этот раз бегу первым. Похоже, кстати, тут кто–то не так давно на лошадях прошел, навоз свежий появился. Не успев додумать эту мысль, я перескочил гребень холма, и единственное, что успел, так это «прямым от себя, коробкой магазина — бей!».

Крышка магазина с противных хрустом врезалась в переносицу вскочившего молодого чеченца. Я ударил не думая ни секунды, неоткуда на наших землях взяться бородатому абреку с перевязанной зеленой, исчерканной арабскими буквами лентой головой. Значит — враг.