"Фантастика 2025-43". Компиляция. Книги 1-33 (СИ) - Соловьев Роман - Страница 360

— Пойдемте. — Я вытащил из кармана небольшой фонарик, и, освещая дорогу, проводит Нигору в каюту. Вышел сам на верхнюю палубу, и пошел к «Ленд Роверу» Янга, который стоял на верхней палубе. На крыше у внедорожника, на мощном багажнике, лежала коляска от моего мотоцикла. А в салоне надувной матрас и подушка. Спать охота сейчас, аж челюсть выворачивает.

Так что я быстренько накачал матрас, бросил на него подушку, рядом с матрасом ремень с пистолетом, и завалился в тени навеса. Винтовки я и Оуэн положили во внедорожник вместе с разгрузками, набитыми запасными магазинами.

Неподалеку храпел Янг, чуть дальше едва слышно переговаривались Арутюняны, сквозь корпус корабля доносился еле слышный рокот машин и легкая вибрация. Небольшая, чуть заметная качка, упавший и перечеркнувший небосвод метеор, потрясающее звездное небо, на фоне которого порой мелькают какие–то ночные тени. Красота. И я заснул.

33 день четвертого месяца, 23 год, 16:43, суббота. Порто—Франко, свободная территория под протекторатом Ордена.

— Ну вот, мы и на континенте. — Я защелкнул буксировочную вилку на фаркопе «Махиндры», прикрепляя «Урал» к внедорожнику. И, улыбнувшись, спросил у задумавшейся на переднем сидении девушки. — О чем мечтаешь, супруга?

— А? — Встрепенулась Сайора. Поглядела на меня, улыбнулась в ответ. — Не знаю. Просто что–то задумалась. Вспомнила папу с мамой, братика. Знаешь, я их помню, люблю, но уже так сильно не болит, просто печально то, что их нет со мной.

— Они всегда с тобой, потому что ты их помнишь. — Вытирая руки ветошью, сказал я. Бросил тряпку в коляску мотоцикла, сел на левое сидение рядом с девушкой, чмокнул ее в носик. — Те, кого ты любишь, кто любит тебя — они всегда рядом. Не знаю, по–моему, память материальна.

— Леш, ты настоящий философ. — Засмеялась моя молодая жена.

— Алексей, подожди. — К нашей машине подошел Роман Маринов, суперкарго «Клото». Серьезный взрослый мужик, годов тридцати–тридцати пяти, бородатый, здоровый. — Держи. Это свидетельство от шкипера, на получение тобой премии за убитых пиратов. Зайдешь в любое отделение Банка Ордена, получишь по нему деньги. Две тысячи на дороге не валяются.

— Спасибо. — Я поблагодарил суперкарго, принимая простой бумажный конверт. — Точно лишними не будут.

— Только совет, Леш. Не становись охотником за головами. Садись на землю, строй дом, работай, расти детей. Тем более что тебе есть с кем заняться этим с удовольствием. — Маринов усмехнулся, приложил два пальца к козырьку фуражки, и побежал вверх по сходням, на борт приватира.

— Ну что, хучзяин, поехали? — Сайора улыбнулась, заводя двигатель. Нигора и Оуэн уже были в машинах с работающими моторами, ждали только нас.

Арутюняны уже уехали на какое–то подворье Протектората Русской Армии, которое было неподалеку от порта. Нам, кстати, тоже туда. Кроме того, Арсен хотел заехать с отцом в госпиталь Ордена, узнать, как там та девочка, которой перелили его кровь. Батька у него настоящий мужик, решил, что раз такое дело, то и Арсену еще одна сестра, и ему еще одна дочь богом дадена, и будет большой грех отказаться от девчушки. А остальная родня поддержала, от матери до младшей сестры. Хорошая семья, крепкая. И дай бог, чтобы девчушка выздоровела, и счастливо вошла в новую семью.

Со вздохом посмотрев на сумку с моей винтовкой и автоматом Сайоры, я коснулся кобуры с ТТ. Хорошо что хоть пистолеты носить можно, а вот длинное оружие только резидентам города.

Трофейные «Глоки» Оуэн похвалил, но пока рекомендовал не менять пистолеты. Нужно отстрелять несколько магазинов, хотя бы, и потренироваться в извлечении. Впрочем, как сказал боджа, то есть в переводе с узбекского, свояк, если не хватит восьми патронов из ТТ, то не хватит и семнадцати из «Глока».

Сам отставной САСовец был вооружен FN «Файв–севен», бельгийским пистолетом, сделанным в США. Вроде как малокалиберным, всего пять и семь десятых миллиметра, зато с огромной начальной скоростью пули, и двадцатизарядным пистолетом. Я видел, как Оуэн из него быстро и точно дырявит стальные гонги на тридцати метрах. Причем обязательно из–за какого–то укрытия, и то с основной правой, то с основной левой руки, практически не высовываясь.

На выходе из порта нас остановил полицейский патруль, который предупредил об ответственности за применение оружия, рассказал о криминальных районах этого города, выдал карту–путеводитель по городу, и пожелал удачи.

— Вот и план второго города этого мира. — Вкладывая карту города в планшет, заметил я. За портом шла обычная промзона, мало отличающаяся от той, где мы жили в Ташкенте.

— Да, второй город. — Кивнула Сайора, напряженно прикусив губу, и внимательно следя в зеркало заднего вида за мотоциклом, который едва разминулся с лихачем на грузовом мотороллере. — Обрати внимание, тут в основном европейцы.

— Я бы не сказал, вот явные латиноамериканцы. — Мимо проезжали два каких–то жутко разрисованных автобуса, с горой вещей на верхних багажниках. Из салонов обоих автобусов доносились бухающие басы реггетона. Сквозь опущенные окна было видно, как несколько черноволосых, смуглых мужиков разливают по стаканам красное вино из оплетенной лозой бутыли. Наверное, еще со Старой Земли не допили.

— Все равно, европа. — Упрямо продолжила моя жена, продолжая рулить вслед за «Деликой» Нигоры. — Ни индусов, ни арабов нет. По крайней мере, их сейчас не видно.

Оуэн остановился на повороте, переговорил сквозь окошко с парой мужиков–работяг, уплетающих чебуреки в небольшой кафешке, и, обернувшись, махнул нам рукой, поехав дальше.

Через пару поворотов мы остановились возле открытых ворот, выкрашенных в зеленый цвет с красной звездой посредине.

— Так, выходим. — И я выскочил из индийского джипа. Обошел его, и подхватил на руки пискнувшую Сайорку. Она довольно ухватила меня руками за шею, подогнув ноги, и я пару раз обернулся вокруг оси, и только после этого поставил свою девчонку на пыльную землю. — Пошли, нас ждут.

Ко мне с разбегу заскочила на руки Раношка, и удобно устроилась на груди.

— Алеша, Оуэн сказал, что мы поедем в Лоссию. Это здолово! — Облизывая леденец на палочке, заявила девчушка. — Холошо, что Сайолка вышла за тебя замуж! Я выласту, тоже за тебя замуж выйду!

— Ну, когда ты вырастешь, я уже старенький буду. — Стараясь отвечать серьезно, сказал я. — Мы тебе молодого жениха найдем, на месте.

— Тоже клависого? Как ты или Оуэн? — Недоверчиво прищурилась Раношка.

— Красивее, — опуская девочку на землю около матери, серьезно ответил я. — Намного красивее, сама будешь сравнивать.

Подумав, девочка с абсолютно серьезным видом кивнула, и подбежала к матери, стоящей с Оуэном возле небольшой будки то ли дежурного, то ли охранника. Мы с Сайорой пошли следом.

— Пройдите наверх, на антресоль. — Охранник, крепкий седой мужик в полувоенной форме показал на стальную лестницу, ведущую к застекленным дверям какого–то офиса. — Представительница Протектората там, и вроде как у нее сейчас никого нет. С ней переговорите. Машины пока заводите во двор, нечего им на улице торчать, смотри еще за ними. Во дворе гарантируем неприкосновенность. Договоритесь, она вам и комнаты выделит, и насчет каравана поможет. Мария Андреевна серьезная женщина.

— Спасибо. — Поблагодарила его Нигора, и обернулась к нам. — Слышали? Заводим машины вовнутрь, и пошли говорить с представительницей Протектората.

Через пять минут мы поднялись по гулкой лестнице, и вошли в прохладный офис.

Из–за заваленного бумагами Т — образного стола поднялась симпатичная блондинка лет тридцати пяти, наверное. В отличие от орденских дам, она была одета в строгий деловой костюм бежевого цвета с белой блузкой. Вообще, походила на строгую учительницу больше, чем на чиновницу. Сзади, на стене висел портрет худого старика в полувоенном кителе серого цвета.

— Здравствуйте, — в ответ на наши приветствия кивнула она, и указала на стулья вдоль стола. — Присаживайтесь. Меня зовут Мария Андреевна Романова, я представитель Протектората Русской Армии. Чем могу вам служить?