Дракон поверженный - Гамильтон Питер Ф. - Страница 177

Лежа на койке, Мишель незаметно для самой себя приняла позу зародыша, подтянув колени к груди. Из горла все еще вырывались сдавленные рыдания. Почему ее не уводят на допрос? Скорее бы все кончилось! Спустя какое-то время она задремала.

Разбудил Мишель скрежет двери. На пороге появился незнакомый десантник. Мишель принялась натягивать на грудь растерзанную футболку, испуганно посматривая на огромную темную фигуру, вошедшую в камеру. Ей почему расхотелось идти на допрос.

– Ты. Идешь. Со мной, – процедил десантник.

По длинному безликому коридору Мишель довели до лифта, на котором ее доставили на верхний этаж здания. Мишель подумала, что место, в котором она оказалась, очень похоже на дорогой отель с шикарными деревянными дверями и роскошными коврами на полу. Стены украшали написанные маслом картины. Изящные антикварные столики с фарфоровыми вазами, в которых стояли со вкусом подобранные букеты цветов. Хрустальные люстры, инкрустированные серебром.

Но это был не отель. В открытых дверях Мишель видела не апартаменты, а обычные служебные кабинеты. Из них выходили люди и торопливо шагали по коридору по каким-то своим делам. Чувствовалась атмосфера напряженной сдержанности и деловитости. Лишь немногие удостоили ее взглядом.

Конвоир Мишель наконец открыл дверь одного из кабинетов. Их уже ждал какой-то человек. Он был одет в красивый серо-красный костюм невиданного на Таллспринге покроя.

– Я оставляю ее у себя, – сказал он десантнику.

Мишель почти не расслышала его слов, потому что стояла как оглушенная, устремив взгляд в окно. Из него открывался вид на огромный пустырь, простиравшийся за широкой кольцевой автострадой. Вдали были видны приземистые общественные здания, которых так много в центре Даррелла. Чтобы увидеть их с такого ракурса, она должна была находиться в Игл-Мэнор.

– Меня зовут Брэддок Рейне, – представился мужчина. – Прошу… – Он снял пиджак и предложил его Мишель. – Извините, что с вами так грубо обошлись. Десантники – ребята очень нервные, особенно когда участвуют в операциях такой важности.

– Операциях? – заторможено переспросила Мишель, до сих пор не вполне понимая, что с ней произошло.

– Всему свое время, – ободряюще улыбнулся Брэддок и указал на высокую двойную дверь. – Мой начальник хочет задать вам пару вопросов.

За дверью оказался кабинет еще более крупных размеров, чем первый. Мужчина, сидевший за огромным письменным столом, приветливо кивнул Мишель, как только она приблизилась к нему, после чего снова обратил взгляд на экран компьютера. Определить его возраст было трудно. Лет сорок пять, подумала Мишель. Однако в нем чувствовалась несомненная властность, более характерная для людей постарше.

Брэддок подвел ее к диванчику и жестом предложил сесть. Девушка поплотнее закуталась в пиджак, прикрываясь им как щитом.

– Мое имя Саймон Родерик, – произнес сидевший за столом мужчина. – Я – руководитель службы безопасности «Зантиу-Браун» на Таллспринге. А вы – Мишель, глупая юная женщина.

Мишель опустила глаза, изо всех сил стараясь удержать дрожь.

– Единственное ваше достоинство в настоящий момент – это то, что вы – обычный человек.

– Простите, как вы сказали?

– Вы человек в отличие от вашего приятеля. – На экране появилось лицо Джозепа. – Ага, вы узнаете его!

– Узнаю.

– Благодарю вас, Мишель. По крайней мере вы понимаете, в какую неприятность вляпались.

– Настанет день, и вы все-таки потерпите поражение, – упрямо произнесла девушка, удивляясь собственной решимости.

– Поражение от рук могущественных инопланетян потерпит не только «Зантиу-Браун». Сейчас с самой серьезной угрозой столкнулось все человечество.

– Какие инопланетяне? О чем вы?

– А вы разве не знали? Ваш соратник был не совсем человеком.

– Но ведь это смешно!

Никто не был более человечным, чем Джозеп. Только человек мог дарить другим людям такое счастье.

– Неужели? – Лицо Джозепа сменилось на экране хаотичным сочетанием разноцветных шариков. – Вы знаете, что это, Мишель?

– Нет, не знаю.

– Меня это не удивляет. Я имею в виду ваше незнание. Мы и сами кое в чем не до конца уверены. Это наномеханизм, который; судя по всему, обладает способностью моделировать вещество на молекулярном уровне. Мы извлекли его из крови вашего приятеля.

– Что вы сделали с Джозепом?!

На глаза Мишель накатились слезы, вызванные на сей раз не слабостью, а гневом.

– Джозеп? – удивился Саймон. – Ну вот, теперь мы хотя бы знаем его имя.

Плечи Мишель безвольно опустились. Гнев перегорел так же быстро, как и вспыхнул. Как легко она выдала себя!

– Можете делать со мной все, что хотите, – угрюмо проговорила она. – Я не стану помогать вам.

Саймон встал из-за стола, обошел его и сел на диванчик рядом с Мишель. Она усилием воли заставила себя не отодвинуться. Он потянулся к низкому столику, взял чашку с чаем, стоявшую на серебряном подносе, и сделал глоток.

– Знаете, зачем мы вас сюда привезли? – спросил он. – Вам Джозеп никогда о нас не рассказывал?

– Я знаю, что вы станете пичкать меня психотропными препаратами. И, может быть, изнасилуете меня, а потом убьете.

– Фу, что за гадости! Мы же не варвары какие-нибудь. Мое милое дитя, вам непременно следует понять разницу между реальным положением вещей и пропагандистскими измышлениями. Да, мы можем использовать психотропные препараты вместе с различными формами гипноза и прочими стимулирующими методиками. Все это – крайне неприятные вещи. Вам не удастся ничего скрыть от нас. Вы признаетесь в самых сокровенных тайнах. Знаете, почему мы не стали сразу применять к вам все это?

– Хотите обманом выудить у меня нужные вам имена.

– Нет, – возразил Саймон. – Хочу убедить вас добровольно во всем признаться, рассказать все, что нам нужно. Боюсь, времени у нас маловато. Я вовсе не шутил, когда сказал, что Джозеп – инопланетянин.

– Что вы с ним сделали?

– Ничего мы с ним не сделали. Жаль, что нам это не удалось. Он ускользнул из наших рук, как только мы схватили его.

– Отлично. Вам его больше никогда не поймать.

– Без вашей помощи – никогда. Согласен.

– Помогать вам я не стану. Вам придется допрашивать меня. Допрашивайте как хотите.

Мишель мысленно дрожала от страха, представляя себе, как ее начнут пытать, однако понимала, что каждая минута ее молчания дает Джозепу возможность скрыться от них как можно дальше.

– Вы не хотите спросить меня, где мы его поймали? Или вы об этом уже знаете? Может быть, вы сами помогали ему готовить операцию?

– Я не понимаю, о чем вы говорите, – ответила Мишель, чувствуя, что в глубине ее сознания зарождается ужасное подозрение относительно того, что случилось с Джозепом.

Он несколько дней не приходил ночевать. Приходится выполнять обязанности курьера, объяснял он, как и всем другим членам подпольной ячейки. Может быть, это была правда, но вот ей ни разу не приходилось выполнять такие поручения по ночам.

Саймон снова взял со столика чашку с чаем и откинулся на спинку дивана. На экране его компьютера появилась видеозапись, поступившая из космопорта. Из дымящихся развалин административного корпуса выносили черные мешки с телами погибших.

– О боже!.. – испуганно прошептала Мишель.

– Восемь погибших, – коротко прокомментировал Саймон. – В том числе и коллега мистера Рейнса.

Брэддок Рейне стоял у края дивана. Выражение его лица оставалось бесстрастным. Мишель бросила на него виноватый, едва ли не пристыженный взгляд.

– Семнадцать раненых. Трое из них в критическом состоянии. Важнейшая операция по грузоперевозкам сорвана и отложена на несколько дней. Ну а весь Даррелл смертельно напуган репрессиями, предпринятыми руководством «ЗБ». Мы ведь обещали применить такую суровую меру, как смирительные ошейники, в случае, если нам будут серьезно мешать при осуществлении наших экспедиций. Как вы думаете, сколько граждан Таллспринга «ЗБ» лишит жизни для того, чтобы заставить подполье отказаться от своей подрывной деятельности? Десяток?