Чужак. Особый магистрат (СИ) - Нормаер Константин - Страница 47

Комната, странная зверюга на троне и стены — все исчезло. Остался лишь темный подвал, по которому шли двое незнакомцев. Тот, что был впереди, держал фонарь, осторожно вглядываясь в темноту, а юноша нес в руках огромную книгу с металлическими узорами в виде печатей. Шли они молча, ни о чем не переговариваясь. Поэтому я отчетливо услышал в тишине дрогнувший голос Морганте:

— Святые заступники, это же кодекс Гигас.

— Что еще за кодекс? — шепотом уточнил я.

— Библия Дьявола, — немного помедлив ответил Морганте. — Считается, что её за одну ночь написал Герман Отшельник в одном из бенедиктинских монастырей. Поговаривают: этот христианский монах нарушил монашеские обеты и был приговорён к замуровыванию заживо. Но чтобы избежать смерти, он пообещал за одну ночь создать книгу, которая останется в веках. В этой книге он решил отразить все человеческие знания. Ближе к полуночи Герман Отшельник впал в отчаяние работа не шла, а до рассвета оставалось не так много времени. Тогда он, забыв того, кому он служит взмолился самому Люциферу и попросил того помочь ему закончить книгу. А взамен пообещал рогатому свою душу. Дьявол помог ему с рукописью, а монах добавил изображение самого Сатаны в качестве платы.

— Если это действительно та книга, то интересно куда они её несут?

Морганте ничего не ответил. Хотя я был уверен, что он знает ответ на этот вопрос.

Двое спускались все ниже. На стенах виднелись узкие оконца с толстыми решетками. И никаких дверей или тайных лазов. В конце коридора показалась лестница ведущая еще ниже. Первый спустился высокий — а оказавшись на следующем ярусе подошел к одной из решеток и внимательно вгляделся в темноту.

— Он там? — задал вопрос юноша.

Скуластый покачал головой, и они двинулись дальше. Судя по всему, они были заняты поисками: высокий подходил к оконцу, светил фонарем и не обнаружив никого внутри, переходил к следующему.

— Здесь пусто. Никого нет! — разочарованно произнес юноша.

Ярус заканчивался тупиком. Ниже лестницы не было. Оставалось только развернуться и вернуться наверх. Но у скуластого было иное мнение на этот счет:

— Он должен быть здесь. Должен. Возможно, мы плохо искали. И надо осмотреть все темницы сначала.

— Нас все равно постигнет неудача! — сказал юноша.

— Неудача⁈ — удивился скуластый. — Запомни — нет везения или невезения, существует лишь результат наших с тобой действий, и точка координат, в которой мы оказались.

Я зацепился за последнюю фразу. Так здесь не говорят, здесь привыкли уповать на бога, дьявола, некое проведение и прочие третьи силы. Интересно, кто же это такие?

Скуластый прошелся вдоль темниц еще раз, опять вернулся в начало и задумчиво замер.

— Пусто, — констатировал молодой.

— Он здесь. Я его чувствую! — ответил скуластый и вместо того, чтобы сделать фонарь ярче, заставил пламя потухнуть.

Коридор погрузился в кромешную тьму. Я затаив дыхание следил за происходящим. Странно, у меня никогда не было внезапных приступов паники или внутреннего неспокойствия. А сейчас я ощутил, как участился пульс, быстрее забилось сердце. Предчувствие чего-то нехорошего медленно подступило к горлу. Прислушиваясь к тишине, я понимал, что скоро случится нечто очень важное.

Протяжный вздох прогнал тишину. Небольшая пауза. И еще один вздох. Я бы предположил, что такой звук может издавать огромное животное наподобие буйвола.

— Мы нашли его, — раздался низкий голос скуластого.

Тьма отступила. Я заметил в руке скуластого две черные свечи, такие же как были у начальника охраны в доме Висконти.

Свеча описала круг. Скуластый дунул — огни закружили воздухе и медленно, словно мотыльки приникли к стене, камень вспыхнул синим пламенем. Было видно, как проявляются странным символы. Послышался треск и скрип невидимых механизмов. Затем раздался лязг цепей. И двое незнакомцев зашли внутрь темницы.

Огоньки пролетели внутрь и повисли над потолком.

Небольшое помещение — под потолком висели пучки сухой травы, кажется базилик, а на полу лежали старые ветки, сложенные крестом, и виднелись белые границы из соли. Но большее внимание привлекли стены и потолок — на них не было живого места, чтобы там не был нарисовал крест или слова молитвы. Даже потолок был усыпан потускневшими символами Спасителя.

У меня сложилось впечатления, что здесь находился не просто узник, а человек, который вызывал животный страх у надзирателей.

Но самое удивительное, что кандалы, что были прибиты к стене были пусты. Да и на полу кроме миски и сырого сена никакого не наблюдалось.

Скуластый остановился в центре и указал юноше на противоположную стену. Тот кивнул и положил на пол кодекс Гигас, поставил с обеих сторон две черные свечи и отступил. Под ногами что-то хрустнуло и молодой, брезгливо поморщившись, вытер каблук патен[1]. Я присмотрелся — каменный пол в темнице был усыпан засохшими жуками и мокрицами, которые копошились среди гнилых останков непонятно чего.

Огни вернулись обратно к свечам. Юноша указал скуластому на верхнюю часть клетки, которая висела под самым потолком. До этого её скрывала тьма, а теперь отчетливо было видно толстые решетки и металлический купол, на котором виднелись металлические кресты и символы папского престола. Но главное крылось чуть ниже. На специальном крепление было подвешено, что-то небольшое продолговатое и сморщенное от времени. Словно сухой фрукт. Хотя, нет, мне это больше напоминало улей или огромный кокон.

Скуластый приблизился к клетке и изогнув шею попытался по лучше разглядеть что же находится внутри.

— Вы уверены, что нам получится его оживить? — уточнил юноша.

— Мертвецам незнакома смерть, — ответил скуластый и добавил: — Нам лишь надо его пробудить.

Но не успел он договорить, как кокон отделился от крюка, на котором висел и вывалился вниз, на камни через пустое дно клетки.

Юноша смешно отскочил, а его приятель лишь улыбнулся — идеально белые зубы сверкнули во мраке.

— Он пробудился!

Сухой кокон раскололся и наружу вылилась некая черная масса, напоминающая гигантского слизняка.

И я увидел тьму. Густую, непроницаемую, которая способна поглотить тебя и сожрать всего без остатка. Непривычные для меня мысли — я никогда не паниковал перед чем-то неизведанным. А здесь… Сам не знаю, что со мной случилось, но где-то в глубине родилось странное сомнение, быстро превратившееся в страх. Говорят, что не боятся только дураки. Абсолютно согласен с эти выражением! Но страх должен быть осознанным. А боятся неизвестности — вот уж действительно истинное проявление глупости. Так я думал до сегодняшнего дня. А теперь сам попался на эту удочку.

Черная масса, что возникла возле запретной книги стала медленно расти, надуваться, словно мыльный пузырь. Боковым зрением я заметил напряженное лицо карлика. Морганте не моргая смотрел за тем, как в темным подземельях оживает истинное зло. Тихая молитва, нараспев, наполнила нашу комнату. Удивительно — но стало немного легче. Вроде как безопаснее.

Отступив на шаг назад скуластый и его напарник молча следили за тем, как тьма быстро разрастается, заполняя собой все пространство темницы.

В этот момент я вспомнил, что не так давно испытывал подобные ощущения. После выполненного заказа телохранители загнали меня в угол. Никакого плена или долгих мучений — у них был приказ уничтожить убийцу. И это было достаточно честно. Мне оставалось только смириться с неминуемой гибелью. Но как бы ты не храбрился: никому не хочется умирать!

И вот, оказавшись в шаги от неминуемой гибели, я ощутил невероятный страх, а еще разочарование. Все что я делал в жизни стало каким-то бессмысленным, пустым. Тогда мне захотелось просто опустить руки и завершить свой жизненный путь достойно — пустив пулю в лоб. Но природное упрямство заставило меня выжить. Но почему подобные чувства нахлынули на меня именно сейчас. Какая опасность исходила от тех видений, что сейчас показывала нам неведомая сила?

Ответ пришел откуда я не ждал. Морганте прекратил молиться и зашептал: