Год 1985. Ваше слово, товарищ Романов (СИ) - Михайловский Александр Борисович - Страница 54

Ну теперь-то я точно знаю, что Саманту убили. Это был ребенок-брильянт, который мог бы спасти мир, но ей этого не позволили. И я ненавижу их — тех, кто не позволил. Те, кто может убить ребенка в угоду своей подлой, алчной натуре — это даже не люди. Это темные сущности, которые следует безжалостно уничтожать. Я бы разорвала их собственными руками!

Впрочем, спокойно, Анна Сергеевна, спокойно… Наказывать врагов — не твоя прерогатива. Они все получат свое. Непременно. Ты это увидишь, и наконец удовлетворишь свою жажду мести. Там, где Серегин, которому сам Бог доверил быть Справедливым и Беспощадным Судией — там виновных карают по заслугам, невзирая на чины и богатства. И ни один мерзавец еще не избежал своей участи… А я — я непременно посмотрю на то, как поплатятся за свое деяние убийцы Саманты. И то, что здесь, в этом мире, она пока еще жива (и теперь уже точно не погибнет), ничего не меняет, ибо дело даже не в ней, а в том, что такое, не знающее границ, Зло не должно существовать в принципе. Ведь приказ на ее устранение уже отдан, и операция разрабатывается. Точнее, она разрабатывалась, пока Серегин не вмешался в местную историю и не принялся гвоздить по пустым американским головам тяжелой дубиной. Я не очень-то близка с Бригиттой Бергман, для меня эта немка слишком холодна и беспощадна, но в данном случае могу только приветствовать, что несостоявшимися убийцами Саманты Смит занялась как раз она — наша безжалостная фрау Немезида.

Познакомившись и побеседовав с семейством Смитов, я поняла, что родители Саманты сами по себе уникальны. Это были абсолютно ментально здоровые люди. Они воспитывали свою дочь свободной личностью, что отнюдь не означает вседозволенности и потакания. Они не навязывали ей своего мнения, побуждая к тому, чтобы ребенок доходил до всего сам. И лишь мягко направляли. Мне сразу стало ясно, что это глубоко верующая семья. Эти люди не просто верили в Бога — они Ему доверяли, то есть без ропота и протеста принимали Его волю, исходя из того, что все, что бы ни задумал Всевышний — правильно. Артур и Джейн были из той породы людей, кто всегда открыт миру и готов приобретать новый опыт; они любили жизнь и не страдали предрассудками и предубеждениями. Конечно же, только такие родители могли воспитать столь необычного ребенка…

Саманта же оказалась довольно застенчивой, скромной девочкой, несмотря на свою славу, что была как раз в разгаре. Этот ребенок оказался совсем не подвержен звездной болезни. Как маг Разума я отчетливо ощущала исходящее от нее свечение. В ней отчетливо просматривался потенциал мощнейшего мага Истины, и Дима подтвердил мои предположения… Тринадцать лет — как раз тот возраст, когда в юном человеке может прорезаться Талант. Только вот маги Истины бывают разные, и Саманта, конечно, станет совсем не такой, как Бригитта Бергман.

Сама внешность Саманты располагала к себе сразу. Девочка-лучик, глядя на которую, любой преисполнялся радости. Веснушчатый носик, большие глаза, милая улыбка… По-детски непосредственная, и в то же время поразительно мудрая, она неизменно удивляла всех, кто с ней общался. Смелость в ней сочеталась с умением высказывать свои мысли весьма деликатно. Очевидно, из-за этого ее называли «девочка-дипломат», но это было неверно. Меньше всего она думала о «дипломатичности» своих высказываний. Просто она была собой — такой, какой воспитали ее родители. Не притворялась и не лукавила, была вежлива и уважительна к другим. Теплая энергия любви струилась вокруг нее, щедро наполняя каждого, кто оказывался рядом. И я все больше понимала, что второй Саманты быть не могло. Она была создана такой и пришла ради великой цели, и, хоть ее жизнь в нашем мире оборвалась в самом начале, оставила заметный след в истории и в сердцах, и ее помнят до сих пор. Образ этой девочки служит примером истинным миротворцам. Она все же успела совершить многое: показала человечеству, что все мы одинаковые и хотим одного и того же — мира на земле. Но именно поэтому Саманта и стала опасна для таких, как Рональд Рейган, и их хозяев, ведь она взрослела, умнела, покоряя сердца целых народов, и в дальнейшем рот ей было бы уже не закрыть. Эх… я думаю, что, останься эта девочка жива в моем мире, и вся история пошла бы по другому, гораздо более счастливому пути. Да и не одна я так думаю. «Блаженны миротворцы»… Что ж, отныне Саманте суждено проявить весь свой потенциал. Ей уже ничего не угрожает.

Между прочим, ее мать, Джейн Смит, оказалась в некотором смысле моей коллегой. Она была соцработником и занималась неблагополучными подростками. А тут надо иметь крепкий стержень… С подобной работой абы кто едва ли справится — тут недостаточно образования и душевных качеств. Тут именно Призвание нужно иметь. А Призвание — оно всегда свыше. И очень хорошо, когда имеется концепция Бога-учителя, Слово которого понимаешь и следуешь ему.

Все, что касается концепции Бога-учителя, я без труда считала у Джейн. Артур же, безусловно признавая Единого Творца всего сущего и волю Его, был больше склонен к философским изысканиям. Но в главном мысли этих двоих текли в одном русле (что, к сожалению, в нашем мире довольно большая редкость). И неудивительно, что именно в этой семье, приверженной духовным ценностям, родился такой ребенок, как Саманта… Это — благословение Господне, и награда, и испытание.

В силу того, что эти люди очень легко приняли то невозможное, что случилось, мне с ними, как и Серегину, было просто. Беседы с четой Смитов доставляли мне удовольствие, а на Саманту я налюбоваться не могла, вспоминая ее фотографии из советских журналов. Девочка сразу подружилась со всеми моими подопечными: ее внутренний свет привлекал их, как мотыльков. Я заметила, что даже моя Ася-Матильда, которая выглядит как уже вполне оформившаяся барышня, очень тянется к юной американке. Очевидно, на ее порывистую натуру и взрывной характер хорошо действуют уравновешенность и рассудительность Саманты. И та тоже восприняла новую знакомую, несмотря на то, что Ася была одета в камуфляжную форму и имела в плечевой кобуре настоящий пистолет Федорова, снаряженный боевыми патронами. Ведь Ася-Матильда является личным адъютантом мистера Специального Исполнительного Агента Творца Всего Сущего, а в глазах набожной Саманты Смит это очень высокое звание.

«Чертенок и ангелочек», — с умилением думала я, глядя на две головки, светленькую и темненькую, когда эти две девочки шли рядом.

Когда было решено устроить семейству Смитов экскурсию в Аквилонию, меня назначили сопровождающей, чему я весьма была рада. Джейн и Артур расспрашивали меня о том, как там живут люди, вероятно, опасаясь, что могут столкнуться там с чем-то неприятным — Каменный век, как-никак, и первобытные люди. Но я не вдавалась в подробности, интригуя их еще больше. Я была уверена, что они испытают приятное удивление, увидев воочию процесс зарождения государства. И не абы какого — а государства справедливого, ничего общего не имеющего с миром наживы и капитала. Они и не представляют, что такое возможно: жить без вражды с соседями, не делить общество на сословия, заботиться обо всех, а не только о тех, кто владеет материальными благами. Словом, их ждет много удивительных открытий… Ну и приятных впечатлений, разумеется. Ведь визит наш приурочен к Дню Осеннего Равноденствия, совмещенному с Праздником Урожая — а это один из четырех главных праздников у Прогрессоров. Вместе с нами на этот праздник отправляются Владимир Высоцкий с Мариной Влади, да Кобра с Мишелем, пожелавшим, помимо всего прочего, проведать старшего брата Ники вместе с семейством. И я, вместе с гавриками, тоже, наконец, увижу это таинственное действо, о котором премного наслышана.

Часть 96

Часть 96

6 апреля 1985 года, 02:45 мск, околоземное космическое пространство , линкор планетарного подавления «Неумолимый», главный командный центр

Капитан Серегин Сергей Сергеевич, великий князь Артанский, император Четвертой Галактической Империи