"Фантастика 2025-84". Компиляция. Книги 1-10 (СИ) - Конычев Игорь Николаевич - Страница 174

«Оградой» жители называли настоящий вал из искореженных французских драгунов. Поначалу мы приняли их за гигантские сугробы. Здесь управители Франции стояли насмерть. На земле перед безжизненными боевыми доспехами не оставалось живого места — сплошные рытвины и воронки. И так вокруг всего городка.

Оставалось лишь гадать, что здесь случилось. Возможно, оставшиеся после атаки на Российскую империю драгуны врага отступили. Они вернулись на родину и попытались добраться до Парижа, но им не позволили этого сделать.

Мой отряд трижды обошел вокруг, но не нашел ни действующих драгунов, ни полозов. Лишь безжизненные остовы из абсолюта и истерзанные ими туши подземных тварей. Тихон поднял забрала нескольких французских доспехов — внутри мертвые управители. Все люди.

— Боже, помилуй их, — пробормотал Тихон и принялся тихо читать молитву.

У меня имелись вопросы касательно того, заслуживают ли эти управители почестей. В боях под Москвой они сражались против нас. Но что взять с противников, которые уже мертвы? Ничего. Их война закончилась.

А наша еще продолжается.

— Чего делать будем? — драгун Степана поворачивал шлем из стороны в сторону, оглядывая груды искореженного абсолюта и запорошенные снегом туши полозов.

— Этих сожжем, а город сравняем с землей, — огрызнулся Влад. — Вот и все дела.

— Но там живые люди. — Возмутился Тихон. — Ты готов взять грех на душу?

— На моей душе и без того полно грехов. — Со старческим упрямством проворчал Влад. — Одним больше, одним меньше — без разницы.

— Я согласен с Железным, — неожиданно произнес Распутин. — У нас великая цель. Нельзя рисковать.

— Одно дело на войне убивать, а другое… — драгун Степана поднял шлем и посмотрел поверх изувеченных драгунов на бледных людей внутри домов. Каждый из них взирал на нас со смесью надежды и страха. — Там же детишки, мелкие совсем. Не могу я так, братцы. Жалко их.

Для меня такое заявление из уст управителя проклятого драгуна оказалось неожиданным. Сам я полностью разделял мысли Степана, но не думал, что у него хватит силы воли унять жажду крови своего воронёного доспеха.

— Жалко? — драгун Влада резко развернулся. — Жалко у пчёлки, Степан. Мы на войне. Мы солдаты и…

— И у нас есть генерал. — Я решил поставить точку в этом споре. — Решение примет светлейший князь. Мы же сделаем, что должно. Сейчас задача обойти город и встать между ним и Парижем.

— Так-то оно так, — Влад подошел ко мне вплотную и линзы шлема его драгуна обратились к моим. — А сам-то ты что думаешь, командир?

Оставшиеся члены отряда тоже уставились на меня.

— Я думаю, что сражаться надо с теми, кто держит оружие, а не с мирными жителями. — Твердо ответил я. — Наши доспехи созданы для войны с полозами, а не с людьми.

— Ишь, какой правильный… Аж противно, — змеей прошипел Влад. — Хорошо, будь по-твоему. Но если Кутузов иначе решит — придётся тебе, граф, ручки белые запачкать.

Я оставил словесный выпад без внимания.

— Он злой и вредный, — вынесла свой вердикт Злата. Она привычно обвилась вокруг трона и жадно ловила каждое слово. — Ни тварей не щадит, ни людей.

Я пожал плечами:

— У каждого свои недостатки, — эти мои слова прозвучали только внутри шлема-кабины. — Но Бог с ним, с Владом, скажи лучше — есть в этом городе полозы?

Злата прикрыла глаза и на несколько мгновений замерла.

— Нет, — покачала она головой, — здесь лишь люди. Полозы засели дальше, вьются вокруг моего Создателя. Ждут.

— Граф? — окликнул меня Распутин, приняв моё промедление за нерешительность. Наш со Златой разговор он не мог слышать даже при использовании силы управителя.

— Выдвигаемся, — повернувшись, я подал условный сигнал основным силам, после чего повёл отряд в обход.

Люди в окнах провожали нас настороженными взглядами. Маленькая чумазая девочка в окне с робкой улыбкой помахала мне ручкой. Мать быстро одернула наивного ребёнка, а я мысленно пожелали малышке удачи — что бы ни случилось, дети не должны страдать. Никогда. Они не несут ответственности за поступки взрослых.

Вместе с видом девочки с матерью в моём сознании проступил образ Дарьи. Интересно, кто у нас родился: мальчик или девочка?

Удастся ли мне вернуться?..

Я обернулся, чтобы ещё раз взглянуть на ребёнка, но увидел, что всё жители уже смотрят в другую сторону на приближающиеся основные силы армии Российской империи. Французы понимали, что вскоре решится их судьба.

Оставив расположенный в низине город, мы забрались на холм и обомлели.

— Иху ж мать… — потрясенно пробормотал Степан, оглядывая то, что осталось от Парижа.

Город выглядел так, будто на него сбросили атомную бомбу: дома разрушены, улицы превратились в рытвины, мосты обрушились, а река Сена вышла из берегов. Вопреки погоде лёд не сковал её, а в грязной чёрной воде то и дело появлялись сильные извивающиеся тела полозов. Они двигались неспешно, словно ворочались в полудреме и не обращали на нас никакого внимания.

Чернобог еда не ослепил меня вспышкой испепеляющей ярости. Другие драгуны из отряда тоже вздрогнули. Влад даже сделал шаг вперёд, но тряхнул шлемом и замер на месте, словно почуявший добычу охотничий пёс.

С трудом оторвав взгляд от врагов, я перевёл его на огромную башню посреди города. Каким-то чудом лишь она осталась невредимой. Монумент возвышался к серым небесам, пронзая висящую в воздухе зловонную дымку. Издали его скрывали низкие тучи и висящий над городом смог, но сейчас они чуть расступились, позволяя усиленному зрению драгунов проникнуть сквозь себя.

Эйфелева башня выглядела не так, какой я видел её в интернете в своём мире. Здесь она была монументальнее и больше напоминала мощный шпиль, выполненный из абсолюта.

О последнем я узнал, лишь благодаря Злате.

— Откуда они взяли столько абсолюта? — восхищённо пробормотала дочь Великого Полоза.

— Меня больше интересует, почему они использовали его не по назначению, — я тоже не отрываясь смотрел на башню.

Помнится, Шереметьев говорил, что на момент его посещения Парижа, башню еще не возвели. Выходит, быстро справились. Спешили. Но зачем? Будто у местных жителей не имелось других забот.

— Могли бы создать драгунов и дать отпор полозам…

— Что толку от доспеха, если им некому править? — взгляд Златы опустился вниз, где среди пепла, грязи и потемневшего снега лежали безжизненные драгуны французов — павшие защитники Парижа.

— Они хотели отбить город, — догадался я. — Не вышло. Их отбросили. Последний бой управители дали у того городка, пытаясь спасти последних жителей своей страны.

— Но лишь отсрочили их гибель, — печально произнесла Злата. — Если мы падем, то люди станут извергами или пищей. — Она снова посмотрела на Эйфелеву башню и добавила. — Кормом тем, для кого возвели этот маяк.

— Маяк? — переспросил я, чтобы убедиться, правильно ли девушка использовала это слово. — Башня указывает путь полозам?

— Она манит их, — кивнула змейка. — Завораживает, убаюкивает. Мой создатель пробудился, почувствовав зов этого маяка… — она замолчала, продолжив не мигая смотреть на колоссальный монумент.

Несложный пазл сразу же сложился в моей голове. Наполеон жаждал власти, попал под влияние секты, но из-за амбиций решил, что сможет командовать опаснейшим из существ на Земле. Он и приказал построить башню. Итог оказался печальным — Бонапарт стал лишь марионеткой и обрек жителей Франции на страшную судьбу.

Оставив спутницу наедине с её мыслями, я вернулся к отряду.

— И нахрена они это построили? — вопрошал Степан, тоже глазея на башню. — Вот людям делать было нечего.

— Это не люди, — сообщил я. — Её строили сторонники полозов, чтобы собрать их в одном месте.

— Откуда знаешь? — тут же спросил подозрительный Влад.

— Змейка на хвосте принесла, — задумчиво пробормотал я, оглядываясь назад.

Армия Российской империи обогнула небольшой городок и, оставив в нём часть солдат с парой драгунов, спешила к нам. Выходит, Кутузов решил сохранить жизни жителям. По крайней мере, пока…