Сонный воин 4 (СИ) - Широков Алексей - Страница 18

— Вы человек чести, Ермил Леонович. — кивнул Тим, понимая о чём тот говорит. Списанный по ранению ветеран, в смысле опытный солдат, а не обладатель третьего ранга в иерархии, обычно получал минимальный пенсион, которого на жизнь едва хватало. И это у них, где проведены многие социальные реформы. Здесь же вряд ли и такое давали, а значит Филимона просто выбрасывали на улицу, как использованный… платок. И поступок городничего весьма ярко характеризовал его как порядочного человека. — поэтому я не буду требовать расписок или чего-то ещё. Уверен, вы всё оформите в лучшем виде.

— Можете не сомневаться! — расхорохорился Стригин, — да и какие расписки между дворянами! Вы же дворянин? Да о чём я! Конечно! Это сразу видно!

— Мой род княжеской крови, — Тиму не хотелось врать, кто знает, какие способности у этих магов жизни, может они по пульсу и реакции зрачков могут отследить ложь, словно полиграф, поэтому он выбрал наиболее правдивую формулировку. — Однако я не принадлежу к правящей семье и права на титул не имею.

— Княжья кровь! — кажется, сам факт принадлежности Тимофея к княжескому роду едва не выбил дух из всех присутствующих, а если бы он был из числа наследников, то Настасья изнасиловала его прямо здесь, а крёстный с остальными помогали бы держать парня чтобы не вырвался. — Можете не сомневаться, я лично прослежу, чтобы для вас отобрали лучшие семена и скот! Вы не пожалеете! Филька, бисова твоя душа, за Маркелом Маркеловичем послали⁈ Это наш уездный виталист, большой специалист. Ты, Настасья, уж извини, но у Маркел Маркелыча опыт побольше будет!

— Фи, не очень-то и хотелось мне с твоими псами возиться, дядюшка, — фыркнула девушка и тут же повисла на руке у Тима, прижавшись грудью. — А расскажите ещё что-нибудь про свой мир. Дают ли у вас там балы⁈ А вы на них бывали? Хотя о чём я, конечно, бывали! А какие наряды носят ваши дамы⁈

От дальнейших расспросов Тима спасла супруга городничего, Милица Тимуровна, шепнувшая девушке, что приём уже завтра вечером, а наряды для него не готовы. Это произвело Настасью в крайнюю степень ажитации и, подхватившись, женщины умчались куда-то вдаль, на бегу крича Фильке закладывать дрожки.

Из исторических книг Тим немного понимал, что происходить, да и Ермил Леонович подтвердил, что его выводы верны. Всё дело было в завтрашнем приёме. Появиться на нём в старом платье означало покрыть себя несмываемым позором. Разговоров будет на десятки лет вперёд, однако был нюанс. Бальное платье шилось одно на сезон, больше считалось мотовством и признаком дурного вкуса. А сезон по традиции начинался осенью, до которой было ещё пара месяцев. Да время тут шло как минимум со смещением, но Тим к этому уже привык. Главное, что в дело вмешался неучтённый фактор, а именно, он сам, явившись событием века в захолустном уезде. И на приём в честь такого события просто никак невозможно было явиться в старом платье, истрепавшемся за бальный сезон.

Короче, ближайшие сутки у модисток и белошвеек Лихвинского уезда собирались быть весьма суровыми и напряжёнными. Единственное, что их могло спасти, так это то, что многие дворяне целыми семьями уехали на воды. Отдохнуть, поправить здоровье, то бишь покрутиться в обществе, ведь вся социальная жизнь в это время как раз и перемещалась на курорты. Конечно, вернувшись, многие будут рвать волосы на всех частях тела, но поезд уже уйдёт, так что каждая оставшаяся дама в уездном городе и окрестностях собиралась по полной оторваться на незапланированном празднике.

Тим же, в это время, вместе с Ермилом Леоновичем отправился выбирать семенной материал, который парень собирался забрать с собой. Это оказалось тоже не так просто, грести всё подряд не получилось бы при всём желании. Например, от легендарной брюквы деда городничего пришлось отказаться. Тим пробовал её за обедом, да, овощ оказался немного специфическим, но весьма вкусным и сочным. Однако, она требовала ухода квалифицированного специалиста, владеющего магией жизни. Таких готовили в реальных училищах из слабых одарённых, для работы в сельском хозяйстве.

Кстати, некросов в работах практически не использовали, максимум в качестве транспорта, как дед Кузьмич. Для работ на полях мёртвяки были непригодны, потому что магия жизни в растениях вступала в конфликт с некротикой. Так что имелось чёткое разделение, виталисты и химеры — это всё что связано с жизнью, некросы и конструкты — промышленность, в какой-то степени транспорт, и всё, что связанно с неорганическими материалами. Ну и война, тут обе крайности проявлялись по полной. Погонщики химер и некросов, всадники на разных тварях, модифицированные солдаты, которым пересадили конечности или органы животных. Короче полный набор, но это понятно, люди всегда первым делом ищут способы убить ближнего своего, даже если владеют магией жизни, а уж некромантам сам Бог велел.

Но даже если исключить особо нежные сорта и виды, обязательно требующие инъекции виты, оставался ещё обширнейший список растений и животных, из которых нужно было выбрать те, что могут прижиться в домене и на родине Тима. Например, одних яиц набрали почти семь десятков, разных видов птиц. Можно было и поменьше, но юноша не смог отказаться ни от перепелов, ни от сверхпродуктивных несушек, ни от индюков размером с добрых страусов только на коротких ногах. Правда, как запекать такого Тим представить не мог, это яму копать только, но сама возможность получить с одной птицы почти центнер мяса интриговала.

То же самое получилось с плодовыми деревьями. Брали только старые сорта, давно сформированные и не требующие особого ухода, но даже так их набралось несколько десятков. В том числе персики, апельсины и даже банановые пальмы, устойчивые к низким температурам. Тим слабо представлял, как это выглядит, но от черенков не отказался, как и семян ананасов. Несколько грядок этих фруктов привольно себя чувствовали на огороде Ермила Леоновича, причём даже не в теплице или там на грядке с компостом, а просто в земле. По словам городничего, они собирали по два, три урожая за лето и Тимофей просто не смог устоять.

Пшеница, рожь, овёс, всего этого загрузили по два мешка, благо Полтинник утащить мог весьма прилично, да и у самого Тима сумка авантюриста была почти пустой. Ну и картошка конечно же. Как без этого американского корнеплода, столь любимого всеми русскими. Второй хлеб, как никак. Вот и Тимофей не удержался, чтобы не запастись пятком мешков отборнейшего посевного картофеля разных сортов. Разница была не только в содержании крахмала, но и сроках хранения, вкусе и даже в размерах. Имелся сорт, дающий исключительно клубни размером с крупную ранетку. Эдакой беби-картофель, с очень тонкой шкуркой, который можно было жарить или запекать просто хорошо помыв. Ну как от такого отказаться.

К вечеру основные сборы были закончены. Правда оставался вопрос с детёнышами, но Ермил Леонович заверил юношу, что он уже послал письма всем, кто занимается животноводством в уезде, и завтра к вечеру здесь точно будет несколько козочек, годных на развод, котята овец, поросята и, возможно, даже пара телят. От последних Тим всё же отказался, пусть и с трудом. Но корова есть корова, он видел, как за своими ходила бабушка, и понимал, что не сможет обеспечить такой же уход. Разве позже, когда в домене появятся разумные обитатели, но, когда это случится Тим не представлял. Поэтому решил ограничиться мелким рогатым скотом, птицей и свинками.

Вся эта беготня изрядно утомила юношу, поэтому после сытного обильного ужина Тим извинившись перед хозяевами спрятался в выделенной ему комнате. Тем более что с освещением в доме было не то, чтобы хорошо. Знакомые ему по деревне керосиновые лампы «Летучая мышь» соседствовали с колбами, наполненными крупными светлячками, но по словам Настасьи, успевшей вернуться, насекомые долго не жили, их приходилось часто заменять, да и света давали не то чтобы много, несмотря на попытки улучшений виталистами. К тому же Тиму требовалось многое обдумать, например, не нарушит ли он чего, если в этом мире появятся магические животные. С другой стороны, если Грёза была бы против, вряд ли у Варка получилось бы зачать потомство, а так, будь что будет.