Ложная девятка. Том четвертый (СИ) - Риддер Аристарх - Страница 14

По словам Воронина, сейчас главная задача — не расслабляться и продолжать работать в том же ключе: «До финала ещё три недели. Нужно сохранить форму, подготовиться тактически. И самое главное — чтобы Эдуард Анатольевич поправился. Я от всей души желаю ему скорейшего выздоровления. Хочу через газету поблагодарить его за то, что он дал мне шанс вернуться в футбол в качестве тренера. Этот успех — в первую очередь его заслуга».

Взгляд эксперта

«Надо понимать значимость этого события, — говорит спортивный обозреватель Николай Озеров. — Советские команды уже дважды выигрывали Кубок кубков — киевское и тбилисское „Динамо“. Теперь у московского „Торпедо“ есть шанс поддержать эту славную традицию и принести третий трофей в нашу страну. Я давно наблюдаю за работой Эдуарда Стрельцова в качестве тренера и вижу, как с каждым матчем его команда прибавляет. Теперь весь мир убедился в том, что советская тренерская школа — одна из сильнейших в Европе».

Вся футбольная Москва, да и весь Советский Союз тоже теперь с нетерпением ждут 15 мая. День, который может стать ещё одной золотой страницей в истории отечественного футбола.

Выход «Торпедо» в финал Кубка кубков, это, конечно, было очень значимым событием как для советского спорта в частности, так и для всего Советского Союза вообще. Но если говорить на чистоту, по гамбургскому счету, то футбол — это всего лишь игра, в которую играют 22 человека, а побеждают немцы. Правда, эта фраза еще не была сказана, но суть от этого не меняется.

И за пределами футбольного поля была настоящая жизнь. И эта настоящая жизнь была очень разная у жителей ⅙ части суши. Кто-то женился, влюблялся, родился, кто-то радовался, кто-то плакал, а кто-то умирал.

И 26 апреля 1985 года в Пакистане, недалеко от Пешаваре, в лагере Бадабер, два десятка советских военнослужащих, попавших в плен в Афганистане, вместе с полусотней пленных афганских военных, подняли восстание.

Советские солдаты сняли часовых на вышке, когда моджахеды ушли на намаз, напали на склад вооружения и заняли круговую оборону. Против них был весь местный гарнизон, инструкторы из ЦРУ, и даже в конце концов подошли регулярные части вооруженных сил Пакистана.

Потери у моджахедов и их пакистанских союзников были огромные больше двухсот человек только в первые часы боя. Само собой, что советским солдатам предлагали сдаться. Но они отказались, требовали связаться с представителями ООН, Красного Креста, Советского посольства в Исламабаде. А утром 27-го по ним ударили из артиллерии и РСЗО.

В той версии истории, которая не сложилась, на этом все закончилось. Советское руководство предпочло закрыть глаза и на то, что в «нейтральном» Пакистане держали пленных и на то что их в итоге убили.Дорогому Михал Сергеичу само собой доложили. Но ему было недосуг. Он перестройку готовил. Какие-то там пленные его не интересовали.

Но у власти сейчас был не Горбачев, а Романов… И когда дым от артиллерийского обстрела лагеря осел, оказалось, что для Пакистана ничего не закончилось. Для него всё только начиналось.

Потому что командование сороковой армии получило прямой приказ из Москвы. Подготовить и нанести удар возмездия по Пакистану. И этот удар должен был быть максимально возможной силы.

Кроме того руководство КГБ было вызвано в Кремль и Романов потребовал чтобы комитетчики подготовили комплексный план действий по всей пакистанской верхушке. «Не всё же вам, товарищи, футболистов опекать», — добавил Романов

На реакцию мирового сообщества вообще и постоянных членов совета безопасности ООН в частности, Романову было наплевать. Месть Пакистану куда важнее

Глава 8

Нанесение полномасштабного удара возмездия это, конечно, хорошо. На бумаге эти слова так и вовсе выглядят просто великолепно. Но одно дело бросить их с высокой трибуны, ну или сказать в тиши своего кабинета, большого, комфортного и безопасного, а совсем другое дело — его осуществить. И сделать это так, чтобы с одной стороны это не было бы «пуком в лужу», а с другой — чтобы не спровоцировать очередной «индо-пакистанский инцидент», как это стыдливо называют журналисты-международники.

А то, что Индия наверняка решит половить рыбку в мутной воде после масштабного удара Советского Союза по Пакистану, было понятно практически всем. Так что да, ситуация сложная. Но приказ отдан, его надо выполнять.

Сил и средств сороковой армии под командованием генерала Родионова для этого было совершенно недостаточно. Ни в плане воздушной составляющей, ни в плане наземной. Поэтому был составлен комплексный план, который включал в себя усиление обоих составляющих.

С первым всё было достаточно просто и понятно. И в Туркестанском, и в Среднеазиатском военном округе было дислоцировано достаточное количество как штурмовых, так и истребительно-бомбардировочных полков. Плюс ещё и Сибирский военный округ должен был поучаствовать.

Если говорить по-простому, то операция предусматривала сразу несколько массированных ударов авиацией и оперативно-тактическими ракетами Р-17 из состава комплекса «Эльбрус», по самому Пешавару, само собой по военным объектам: крепости Бадабер, казармам гарнизона, паркам техники, штабам. По всему, что использовала пакистанская армия во время боя за Бадабер.

Но это еще не всё. Это только первый пункт. Помимо удара по Пешавару подлежало зачистке всё пакистанское приграничье. Но если в Пешаваре должны были бить по военным объектам, то тут только по базам моджахедов. Коих было предостаточно.

Ну и само собой Исламабад, а именно генеральный штаб, не должен был страдать от недостатка внимания. И внимание это должны были оказывать исключительно ракеты Р-17. Советские генералы справедливо решили, что ни к чему рисковать лётчиками, если есть такая замечательная ракета, которая из Джалал Абада прекрасно достанет до Исламабада. Триста километров дальности — это как раз то, что нужно.

Ну а то, что 450 метров круговое вероятное отклонение, это… неприятно, но компенсируется количеством потраченных боеприпасов. Как там говорил маршал Москаленко? «При двухстах орудиях на километр фронта о противнике не спрашивают и не докладывают, а только доносят, до какого рубежа дошли наши наступающие части?»

Вот и тут такой же принцип. При использовании 200 ракет Р-17 можно сразу докладывать о выполнении поставленной задачи. Жестоко? Да, безусловно. Ответ чрезмерен? Ни в коем случае. Когда Романов утверждал планы, он только жалел о том, что это не делали раньше. Боялись международной реакции.

Если бы году этак в 82-м распылили бы все эти лагеря моджахедов на территории «нейтрального» Пакистана, то, глядишь, и не нужно было сейчас вообще воевать. Всё бы было уже тихо и мирно. Но нет. И Андропов, и Черненко стыдливо отводили лицо и делали вид, что ничего не происходит.

В какой-то момент Григорий Васильевич задумался о том, что было бы, если бы Горбачёв оказался у власти. Задумался и понял, что ничего. Ничего бы не стал делать Михал Сергеич. Бывший первый секретарь Ставропольского Обкома и колхозник-орденоносец был настоящим политиком, воспитанным в недрах советской партноменклатуры, практически идеалом.

Гладкий, удобный всем, максимально велеречивый и очень приятный. Он бы не то что не стал бы мстить. Скорее бы о всех этих пленных, притом вообще о всех, просто бы забыли, закрыли глаза на сам факт их существования.

Тем более что оба постбрежневских генсека были примерно такими же. Взять хотя бы тот факт, что для страны эта война как бы была, но при этом за 6 лет ни одного памятника павшим воинам-интернационалистам создано не было. Потом, всё потом. И пусть родственники этих самых погибших молчат. Тишина.

Теперь будет по-другому.

Само собой, что воздушная часть операции должна была быть подкреплена и наземной. Вводить войска на территорию Пакистана никто не собирался, итак существовал ненулевой риск следующего витка любви Индии и Пакистана.