Дикая (СИ) - Ветрова Роза - Страница 22

Не увидев от меня никакой бурной реакции, она спокойно продолжила.

— Целых две недели, чтобы познать каково это — быть желанной и обласканной. Изменять мужу грех. А пока вы не женаты, самое время подумать о себе.

С этими словами, она встала, стряхнув солому с колен и снова принялась за работу.

Глава 16

Неделю спустя

Скрип велосипеда почти не слышен из-за дождя, капающего на капюшон. Дождевик мешает крутить педали, галоши постоянно норовят слететь, но я лишь усерднее давлю ногами. Я не чувствую никакого дискомфорта.

Еще несколько неделю назад я бы ни за что не поехала по этой тропинке, боясь встретиться с медведем, от которого чудом спаслась совсем недавно. Да я бы замертво упала, если мне пришлось бы это сделать.

А сейчас шустро кручу педали, даже не оглядываясь. Какой к черту медведь, если жизнь в ближайшем будущем окажется совсем тоскливой и невыносимой? Умирать уже не страшно. Страшно лишь мое будущее.

Дорога мокрая, велосипед то и дело вихляет, и я стараюсь проезжать по листьям и запревшим иголкам. Я сильно вспотела под дождевиком, и сейчас это вызывает досаду. Коту под хвост мой тщательный поход в баню. Волосы еще влажные, пахнут мылом, падая мне на лицо, и я неосознанно краснею, представляя, что он обо мне подумает.

Но, с другой стороны, какая разница, если я все равно хочу попросить его переспать со мной?

Несмотря на внутренний страх, во мне присутствует и другое чувство. Бешеный адреналин и возбуждение от того, что произойдет. Однажды познав оргазм, я ни за что не хочу упускать возможность познать большее. Анфиса, черт бы ее побрал, права.

У меня есть неделя.

Одну неделю я успешно профукала, заливаясь слезами в подушку. Что толку от моих слез? Как они мне помогут?

Дождь притих, и теперь только влажные капли с деревьев барабанили иногда по полиэтилену капюшона. Я поехала той самой тропой, по которой Кирилл вез меня назад. На ней трудно заблудиться, учитывая, что дождем даже толком не размыло многочисленные следы от протекторов колес.

На небольшой полянке у охотничьего домика я осторожно слезла с велосипеда, озираясь. Надеюсь, он на месте. У меня нет времени ждать, когда он вернется.

Едва я подумала об этом, как кое-что увидела и замерла.

Из-за деревянного угла дома, выглядывала здоровая фигура парня. Но главное было не это. На меня был направлен ствол ружья, и сейчас он, сощурившись, держал меня на прицеле.

Быстро сдернув капюшон, чтобы показать ему лицо, я совсем не удивилась, когда он даже не сдвинулся с места. Стараясь не обращать внимания на наведенное на меня оружие, я докатила велосипед до крыльца и неторопливо приставила к перилам. Боком ощущала, что парень по-прежнему не отводит от меня взгляда.

Повернувшись к нему, отклеиваю влажную рыжую прядку с лица.

— Ты не мог бы убрать ружье? Я мало похожа на косулю или медведя.

Моргнув, он все же опускает ствол, вопросительно на меня глядя.

На улице еще светло, но я знаю, что это ненадолго. Еще буквально полчаса, и стемнеет мгновенно. Я не знаю, как я прикрою свое отсутствие дома. Мне уже плевать. Раз уж посылают меня на заклание, как агнца, то пусть хоть дадут подышать свободно в течение пары дней. От них не убудет.

Деловито поднимаясь по крыльцу (хотя внутри все трепещет от предстоящего), я оглядываюсь на по-прежнему стоявшего истуканом Кирилла.

— Так и будешь стоять столбом?

Мое отчаяние придавало мне храбрости и даже в какой-то мере наглости, потому что в другой ситуации я бы не осмелилась с ним так разговаривать.

Внутри домика я неторопливо осмотрелась, отметив про себя отстраненно, что тут мало что изменилось. Все так же, словно все происходило с нами буквально вчера.

Мои щеки порозовели.

— Поймал какую-нибудь дичь? — спрашиваю как можно больше равнодушнее.

— Почти.

В его ответе словно намек на что-то. Как будто он знает для чего я здесь. Голос низкий и хриплый, и у меня невольно пробегает дрожь по бедрам и коленям. Я сделала правильный выбор. Мое тело вспыхивает от одного лишь тона его голоса.

Какое-то время я смотрю в окошко, потом задаю вопрос об охоте в дождь. Он игнорирует мой вопрос, глядя на меня с легкой насмешкой.

— Что? — я не выдержала пронзительного зеленого взгляда.

— О плюсах охоты под дождем расскажу в другой раз. Через полчаса будет темно, и ты вряд ли сможешь отсюда уехать на своем велосипеде.

— А я никуда не собираюсь уезжать.

С этими словами я принялась расстегивать пуговицы платья.

Глава 17

Мне все же удалось его удивить, потому что на его лице читается искреннее замешательство. Он смотрит на меня настороженно, явно сбитый с толку. Мне даже хочется рассмеяться.

Платье упало к моим ногам, и я потянулась к застежке лифчика. Тихий щелчок разрезал тишину. Парень напротив все еще удерживал рукой опущенное ружье, молча на меня глядя.

Он меня не останавливал, лишь жадно поедал глазами, и это добавило смелости не прекращать то, что я начала.

Только когда хлопок трусов скользнул к моим ступням, и я мягко вылезла из белого комка, он разлепил губы.

— Что ты делаешь?

— Раздеваюсь.

В темной зелени сверкнуло подобие гнева.

— Это я вижу. Мой вопрос был зачем.

— Твой вопрос был другим, насколько я помню, — по кошачьи плавно я подхожу к застывшему Кириллу.

Он точно злится на мое замечание, но от моей близости напрягается еще больше, застывает изваянием, чуть тяжело дыша.

Я сама на себя не похожа, но возможно все потому, что за все эти дни нескончаемого стресса я так устала бояться и размышлять, что сейчас просто плыву по течению. Мне кажется, что я чуть пьяна, хотя во рту ни капли алкоголя. В голове пузырит совершенно от другого.

От того, что здесь сейчас произойдет. А это произойдет. Кирилл меня не отпустит, я знаю. Я уже вижу по его голодным глазам, что в этой битве он легко проиграл.

— Езжай домой, — выдавливает парень.

— Я приехала к тебе.

— Стефания! — рычит угрожающе.

Хочет сказать что-то еще, но в этот момент я обвиваю руками крепкую мускулистую шею и прижимаюсь обнаженной грудью к его телу. Преградой служит черная ткань тонкого свитера, от трения с нею мои соски тут же напрягаются.

— Мы же оба этого хотим, не так ли? — тихо спросила я. — Я ничего от тебя не жду. Я хочу только одного…

То, что он хочет меня, сомнений не было. На это указывал внушительный бугор в его джинсах, который я успела прочувствовать, когда прижималась.

— Насколько я помню ты собралась замуж, — выплевывает чуть ли не с презрением.

— Не сегодня.

— Интересно.

— Мы могли бы потратить оставшееся время с куда большей пользой, чем сейчас, — нагло усмехнулась я.

А у самой заколотилось сердце. Черт, он же не собирается быть доблестным рыцарем и не отправит меня домой?

Кирилл только сообразил, что никуда я не собираюсь уезжать, как и отступать от принятого решения. И рыцарем он, слава Богу, не был. Аккуратно отложив ружье в угол, он подхватил прядку моих волос и больно потянул на себя. Мне пришлось приблизить свое пылающее лицо к нему почти вплотную.

— Назад пути не будет. В кошки-мышки можешь играть с моим братцем.

— Это хорошо, — прошептала я и поцеловала приоткрытые губы.

От неожиданности он вздрогнул, но уже через секунду его руки оказались на моей талии. Он сдался.

Не смотря на всю свою суровость в поведении, Кирилл оказывается совсем не таким. Перехватывая инициативу, его губы накрывают мои и страстно целуют. И все же сначала в его поцелуе я чувствую легкую злость, но почти сразу она сменяется на обреченный натиск. Неужели он боролся сам с собой все это время? Он думал обо мне?

Кровь во мне уже давно кипит и бурлит, адреналин скользит по венам, делая все ощущения еще острее и ярче.