Владыка голубого кристалла (СИ) - "Shigure Tou" - Страница 55

— Род наш тогда был слаб, по уезду гуляли болезни, принесенные людьми из Яви. Голодные, шуганные, они не особенно быстро приживались здесь, в межмирье. Их жалели, давали ночевать на конюшнях, кормили хлебом. А потом все заболевали. Дети, взрослые, чахотка никого не щадила. И перед смотром Белой бури, погибли все мои братья и сестры. На грани, задыхаясь собственной слюной, лежал и мой старший брат Годимир. Отец не мог отправить его на смотр. Пойти пришлось мне. Шансов было мало, но я смог. Стал наследником уезда, а семья сохранила власть, будь она проклята. С ней ведь как, — старичок вновь посмотрел на Дария, — если уж получил, упускать нельзя, иначе найдется достаточно претендентов раздавить и без того поверженных. Так вот, когда я вернулся домой, встретил меня угрюмый Годимир. Наследником должен был стать он, но судьба распорядилась иначе.

Всеволод зашелся кашлем, по-стариковски гадко сплюнул и продолжил рассказ:

— Отец стал всюду брать меня с собой. Посвящал в дела уезда, показывал глубину того, что казалось бы лежит на поверхности. Годимир страшно завидовал. Устраивал скандалы, за что не только получал от отца по шее, раз его даже прилюдно выпороли. В конец опозорили перед деревней, а значит, и перед всем уездом. Слухи они ведь быстро распространяются.

В общем, прошло некоторое время. Отец стал сдавать. Я брал на себя все больше его обязанностей. Наступил переломный момент. Наследник ведь еще не глава. Семьи уезда объединились и начали чинить нам козни. Сперва безобидные, а потом опасность стала настоящей.

Я не знал, что делать. Мать и отцом были уже слишком стары, брат обижен. Я подумывал передать титул, чтобы сохранить жизни двоим моим детям и жене, а потом Годимир вернулся домой спустя два дня каким-то другим. Он без обиняков прошел ко мне в кабинет и заявил, что сможет защитить семью, если я ни слова не скажу, о его способе.

— Он обратился к запретным знаниям? — Догадаться оказалось несложно.

Старик печально повесил голову, опустил взгляд и кивнул.

— Какое это было зрелище. Навки, погибшие от чахотки люди. Все мертвые встали на защиту главного дома. Годимир ликовал. И я, хоть и до жуть боялся этой дряни, радовался с ним. Семьи уезда быстро сдались под натиском. Принесли новые клятвы. Дело было сделано.

Да только Годимир не бросил свое темное дело. Я хотел понять, чем его так привлекает эта наука, тоже погрузился в ее изучения. Но не так глубоко, довольно поверхностно. Тема смерти по-настоящему меня пугала, кто мог знать, что теперь я стану о ней молить.

Прошло около десяти лет. Годимир решил, что сильнее и достойнее взять на себя бразды правления. Он не стал скрываться или действовать бесчестно, пришел и прямо заявил мне о своих намерениях. А я задумался. Ведь брат в самом деле был сильнее меня. Сильнее всех. Возможно, даже некоторых богов. Но как пустить на место главы того, кто изучает темные начала? Агидель ни за чтобы этого не приняла. Могла и отказаться от нас. Тогда наши земли быстро пожрали бы соседние уезды.

Годимир намеревался послать обращение гамаюнам. Все зашло слишком далеко. Я решил вопрос кардинально, хоть и не горжусь своим деянием.

— Вы его убили? — Невольно заслушался Дарий, забыв о том, что должен торопиться домой. И рассвет может начаться в любую минуту.

Старичок ненадолго замолк и покачал головой:

— Нет, это было бы милосерднее. Я застал брата за очередным экспериментом. Очень жестоким экспериментом. К тому времени сердце Годимира зачерствело и сочувствие стало ему неведомо. Он хотел обрести бессмертие, чтобы потом никто не смог сместить его с места главы. Чтобы воцарился вечный мир. Благородное намерение, но не путь.

Я воспользовался его же книгами. Его же знаниями. Заманил в ловушку и запер глубоко под землей. Когда Годимир понял, что его заманили в ловушку, то перекусил себе запястье и брызнул мне на лицо кровью. Проклял, поделившись бессмертием. Так что пока жив он, буду жить и я. Дряхлеть, иссыхать, существовать.

Предупреждая твои вопросы, скажу, что пробовал закончить все сам. Но жизнь меня не покидает. Мне даже есть не нужно. Но без пищи совсем иссякают силы, так что приходится.

Когда я понял, что мои внуки взрослеют, а сам я, хоть и дряхлею, но не собираюсь умирать, проклятие обрело значимую для меня силу. Я покинул дом. Стал путешествовать, собирать знания, приглядывал за родными издалека. Надеялся, что никто не сможет отыскать могилу со все еще живым Годимиром.

Старик закончил, а Дарий, поджав губы, молчал. История, если она правдива, печальна.

— Но причем тут я?

Всеволод прищурился и без ошибок указал в стороны рассредоточившихся трупов:

— Ты, внучок, идешь по пути моего брата.

— И вам это не нравится? — Напряглась спина парнишки.

Старичок повел плечом:

— Сперва не понравилось, а потом я немного за тобой понаблюдал и понял, что ты лишен тех амбиций, что сгубили моего брата. Ты защищаешь семью. И я это уважаю. А знания, они, знаешь ли, всего лишь знания, вопрос как ты будешь их применять. За свою жизнь я такого насмотрелся. И могу сказать, что твой подход приятен моим помыслам.

Дарий невольно проникся к так называемому дедушке. Он ведь рассуждал также. Но его мировоззрение еще не настолько широко, чтобы, в самом деле, воспринимать запретные знания, как просто знания. Они все еще кажутся ему жуткими.

— Если вы такой наблюдательный, скажите, кто пытается сгубить семьи кристалла нашего уезда?

— Этого я не знаю, — резко сообщил старик, после чего вновь зашелся кашлем. — Не сказать, что не пытался выяснить, но, увы, я всего лишь человек. Ничтожный старик. Так что если когда-нибудь задумаешь провести тот же ритуал, что и Годимир, проси вечную молодость, а не жизнь.

— Вряд ли, я не собираюсь погружаться в это дело.

Старичок беззлобно рассмеялся.

— Ну-ну. Жизнь длинная, не зарекайся.

— Так зачем я вам? Чего вы от меня хотите?

— Неужели поверил моему рассказу?

Дарий мотнул головой. Просто разговор стал его утомлять. Он уже вряд ли успеет добраться до дома к рассвету. Но шанс пробраться в комнату незамеченным все еще присутствовал. Дарий не хотел лишаться хотя бы его.

— Я хочу, чтобы ты взял труды Годимира. Все книги, что он успел собрать за время практики, все, что успел собрать я. Изучи их. Используй эти знания, чтобы защитить семью, а затем, найти способ разрушить наше с ним бессмертие.

Глаза Дария начали медленно округляться не то от недоумения, не то от ужаса.

— Неужели вы сами не исследовали эти книги?

— Читал и перечитывал много и много раз, — вяло кивнул Всеволод, — но смерть не хочет со мной дружить, нет у меня таланта. А вот ты им явно обладаешь. Тебе определенно откроется истинный смысл написанного в талмудах. — И тут на глаза старичка навернулись слезы. — Ты не представляешь, как я ждал появления темного в роду. Тому, кому передать все эти книги, раскрыть тайну нашей семьи. Того, кто сможет правильно распорядиться силой.

Дарий чувствовал некоторые несоответствия. Слишком уж гладко стелилась история. Без сучка, не подкопаться. И это странно. В жизнь так не бывает. Только в книгах.

— Вы сказали, что я как-то смогу проверить вашу историю.

Дарий рассчитывал на возмущение предка, если он правда таковым был. Но Всеволод только тепло улыбнулся и кивнул.

— Да, ты определенно неглупый мальчик. И я правильно сделал, что к тебе пришел. Следующей ночью, удостоверься, что тебя никто не видит, проберись в лес, я встречу тебя и отведу на могилу Годимира. — Дария так явно пробрало ужасом, что Всеволод выставил ладонь, прося обождать. — Нет, тебе не нужно его раскапывать, не нужно освобождать, это может грозить семье абсолютным падением. Но его схрон докажет мои слова.

А еще через пару ночей, я вновь найду тебя в лесу. И передам книги. Мне потребуется некоторое время, чтобы перенести их все.

— Тогда, почему бы вам просто не проводить меня в свое жилище?

Старик рассмеялся: