Жатва душ. Несущий свет (СИ) - Сугралинов Данияр - Страница 34

— Именно, — кивнул я. — Или незаметно вывести Машу. Но для этого, повторяю, мне нужно упокоить много бездушных, и быстро.

Я задумался. Фармить здесь нельзя. Здесь нулевые бездушные, десять тысяч штук я физически не успею завалить. Да и нет тут столько.

Другой вопрос: почему в этом отеле такие слабые бездушные и почему они не развиваются? Возможно, потому что заперты, а им для развития нужно тусить с другими бродягами? Хех, чем не версия? Или потому, что живые здесь нулевые? Хотя какая между ними связь? В общем, загадка на загадке, но главное: в «Калигайахане» особо не прокачаешься, потому что нельзя работать по площади.

Фармить уники в дикой природе, конечно, тоже можно, но есть риск быть замеченным нехорошими активными одушевленными оболочками. Или, чего хуже, чистильщиками. Из крытых пространств только три варианта, включая «Калигайахан». «Эвелин» — слишком далеко, плюс там уже все зачищено людьми Папаши. Остается…

— «Маглаяг», — сказал я. — Мы с Сергеичем уже были там. Место знакомое, зомби там полно.

— Бляха-муха, далековато, — Сергеич скривился.

— Скажи еще «ёк-макарёк», — ухмыльнулся я.

— Но поживиться там можно, отель пустой вроде… — Он пожал плечами, — был, и много всего нетронутого… было. Я, кароч, с тобой, Дениска. Авось для джипа что найдется.

Помощник, конечно, необходим, но оставлять Макса одного нельзя — его могли обнулить. Не знаю, как вор уровней это делает, но с большой вероятностью двоих высокоуровневых претендентов он не тронет. Потому я сказал:

— Нет, Сергеич, ты останешься здесь.

— С хера ли? — вспылил он. — Я че, инвалид? Калека? Я тоже это… качаться хочу! Молодеть, силы набираться. Тебе одному можно, что ли? А мы…

— Заткнись, — прошипел я, подавшись вперед. — В номере все объясню. Не здесь. Понял? Причина есть.

На нас стали оборачиваться. Сергеич сообразил, что не все так просто, и притих, принялся ковырять омлет, зыркая по сторонам волком и ворча:

— Причина у него, ага. Расскажи мне про ту причину.

— Быстро доедай — расскажу. — Я поставил тарелки на поднос.

Эдрик, который до этого момента сидел молча, вдруг встрепенулся, словно понял нашу речь, и пробормотал:

— Я… помогать… Деннис.

— Спасибо, парень, но тебе лучше отдохнуть сегодня. — Я положил руку ему на плечо. — Выглядишь неважно.

Он еле заметно кивнул и снова уткнулся в тарелку. Похоже, сам не понимал, что произошло, но чувствовал слабость. Обнуление ощущалось как тяжелый моральный и физический удар.

— И как ты собираешься туда добраться? — Макс пропустил мимо себя конфликт с Сергеичем, стал практичным, как и всегда в кризисных ситуациях. — Без транспорта это самоубийство.

— Возьму мопед, — сказал я, вытирая рот салфеткой.

— А если нарвешься на орду? — Макс строго посмотрел на меня.

— Точно, орда! — воскликнул я. — Я же хотел коктейлей Молотова наварганить! Сжечь орду — это же богатства сколько привалит!

— Тебе, Дениска, точно гвоздь в голову забили, — Сергеич покачал головой. — Кровь на мозг давит, не иначе. Ты, бля, не в игрушку играешь! — Он переглянулся с Максом. — Один он попрется. Тьфу, дебил!

— Доедай, Эдрик, — обратился я к пареньку. — Ты нам нужен и пойдешь с нами. Понял?

Филиппинец сверкнул глазами и сказал:

— Я идти с вами. Нужен!

Он торопливо расправился с завтраком, и быстрым шагом мы направились в мой номер. Сергеич и Макс не понимали, что происходит, но помалкивали. Это было тратой драгоценного времени, но, если не объяснить, они наделают фатальных ошибок. У себя я закрыл дверь, кивнул на кровать. Макс и Сергеич присели, Эдрик остался рядом со мной, я положил руку ему на плечо.

— Этот паренек убивал зомби вместе со мной и за полдня поднялся на два уровня. Сейчас он снова нулевой. Ночью кто-то забрал его уровни.

Эдрик косился непонимающе, но не спрашивал лишнего. Сергеич жевал губами — видимо, беззвучно матерился. Макс слушал, приоткрыв рот и выставив кроличьи зубы.

— И кто это, как думаешь? — спросил он.

— Если бы я кого-то подозревал, то поделился бы с вами. Может, этот вор прячет свой статус. Может, он вообще не здесь. Сейчас я попытаюсь выяснить кое-что у этого парнишки. Вдруг он заметил что-то странное или с кем-то контактировал дольше обычного.

— Эдрик, — позвал я, и филиппинец обернулся ко мне, а остальные смолкли и замерли. — Расскажи, что ты делал, когда пошел к себе в номер. Кто к тебе приходил? Кто тебя трогал или вел себя странно…

Парень помотал головой — не понял, мол. Я повторил медленно:

— Кто. Был. Рядом. Говорил с тобой. Трогал тебя. Приходил к тебе. Понял?

— О-о, Деннис! — закивал он.

Макс улыбнулся.

— А чего он так делает: «О-о, Деннис!»? Типа преклоняется перед тобой?

— Типа соглашается, — объяснил Сергеич. — Это «о-о» переводится как типа «да, Денис».

— А-а-а, — протянул Макс.

И в этот момент я услышал шорох за дверью. Метнувшись к выходу, как коршун, распахнул ее…

Глава 15

Община должна развиваться

В коридоре никого не было, лишь сквозняк гнал по полу целлофановый пакет. Вот он и шуршал по полу.

Определенно, этот отель не улучшал мою нервную систему. Да и вообще, весь этот чертов зомби-апокалипсис!

Мысленно выругавшись, я закрыл дверь и вернулся к Эдрику, закусившему губу.

— Расскажи, что было странного.

Он помотал головой.

— Н-нет! Нет-нет, не было.

— С кем говорил? — повторил я. — Говорил — потом стало плохо. Было?

— Нет. Говорил: сэр Гейч, ты, Макс, Сэм, Рэмис, Дитрих, Лисса, Бобби. Плохо не быть. Я спать.

— Ночью кто-то приходил? — уточнил я.

— Нет… — Он задумался, свел брови у переносицы. — Сон. Мама. Гладить вот так. — Эдрик, провел себе по лбу. — Вот так… Странно. Как живая. И как сон. Не мог встать. Голова болеть. Что со мной?

Ага. Значит, вор приходил ночью. Эдрик видел его, но ему казалось, что это сон про маму. Дальше его расспрашивать бессмысленно. Теперь надо поговорить с Дитрихом, может, он скажет что-то более предметное.

Черт, а часики-то тикают! Я забираю у себя драгоценное время, которое мог бы потратить на добычу уников. Или вечером с Киндерманнами поговорить? Все равно за день вряд ли что-то изменится.

— Короче, Сергеич. Макса бросать нельзя, а то высосут у него уровни, как вампир — кровь, и он нас не догонит в развитии. А вдвоем вампир этот вас трогать побоится. Понятно?

Мои переживания были не на пустом месте. В горячке первых дней подзабылось, но сейчас вспомнилось о грядущей Третьей волне Жатвы. Что это значит? Чего от нее ждать? Кто лишится душ? Все претенденты? Может, именно поэтому Юлия так хотела статус чистильщика? Может, только чистильщики доживут до Третьей волны? Наверняка, учитывая квалификационные требования: 10-й уровень и 999 универсальных кредитов. И отсюда вопрос: набирают ли уники претенденты? Пусть даже сами о том не догадываясь?

А следом меня придавило очевидным выводом: все остальные станут бездушными. Тогда все обитатели этого отеля, кроме вора уровней, обречены.

— Вампиров приплел, е-мое, — хмыкнул Сергеич, потрогав новый недавно отросший зуб. — Скажешь тоже!

— Сергеич, все понятно? — повторил я, повысив тон. — Чтобы от Макса — ни на шаг. Завтра, обещаю, вместе будем зомбаков мочить. А сегодня — увы.

Посопев немного, Сергеевич махнул рукой:

— Ладно, ладно. За Максимкой присмотрю, вампиров встречу колом и чесноком. А ты вали один, коли так. Но будь осторожен. И без героизма чтоб! Встретил толпу — уматывай. А если на Волошина нарвешься… тогда прикинься мертвым, коли бежать будет некуда!

— Обещаю, — серьезно кивнул я. — Моя цель — выжить и вернуться с добычей, а не геройствовать. В конце концов, я простой торговец алкашкой, а не Рэмбо.

— Рэмбо-шмэмбо, — фыркнул Сергеич. — Видел я, как ты зомбаков кромсаешь. Я теперь понимаю, почему ты в нашем дешманском «Эвелине» остановился, а не здесь. Херовый ты продажник! Все алкаши от тебя небось разбегались, хе-хе.