Последний Хранитель Империи 2 (СИ) - Орлов Сергей - Страница 32

— Да мы, вроде как, и не расслаблялись. Но поговори с ребятами по этому поводу, хорошо?

Рита кивнула, после чего грациозно поднялась из-за стола и направилась на второй этаж.

Я ещё сидел, допивая горький местный чай, когда в столовую влетел запыхавшийся мальчишка в форме гонца консульства. В его глазах читалась смесь настороженности и важности — доставка секретных посланий явно придавала ему чувство собственной значимости.

— Господин Вольский? — спросил он с заметным волнением в голосе.

Я кивнул, размышляя над тем, что за срочность вынудила консульство отправлять посыльных в чужой дом.

— Срочное послание от господина Зимина, — мальчишка протянул мне запечатанный конверт, с таким видом, будто вручал королевскую награду.

— Тебя никто не преследовал по дороге?

— Нет, господин, — мальчишка горделиво приосанился. — Я шёл через рынок, а потом дворами и несколько раз менял направление, как учил господин Зимин.

— Молодец, — я сунул ему монету. — Только в следующий раз приходи без формы — она слишком бросается в глаза.

Пацан сцапал монету и свалил — только пятки сверкнули. Даже «спасибо» не сказал, засранец.

Конверт представлял собой клочок бумаги, сложенный вчетверо и запечатанный сургучом с оттиском двуглавого орла. Внутри — всего пара строк, выведенных мелким, аккуратным почерком:

«У нашего информатора есть важные сведения. Встреча в торговом квартале, в заведении „Красная роза“. Спросите Синюю птицу. Сведения касаются передвижений людей Аль-Саида.»

Я перечитал записку дважды, убедившись, что правильно понял все детали, затем сжег с помощью свечи. Хоть я и встречался с Зиминым всего раз, но успел заметить его въедливость и осторожность. Такие, как он, не стали бы отправлять посыльных по пустякам.

До отъезда оставалось несколько часов — караван Зары еще только запрягал верблюдов. Успеем смотаться, если пошевелимся.

Так-так-так…

Для визита в «Красную розу» нужен был напарник. Серый слишком приметен — двухметровая гора мышц в городе, где средний рост мужчин едва достигает моего подбородка, в любом случае привлечет внимание. Рита… слишком отвлекала. В особенности с тех пор, как стала носить эти местные тонкие ткани, которые, в ее случае, больше показывают, чем скрывают.

Оставался Филя. Я поднялся на второй этаж и без стука распахнул дверь в его комнату. Рыжий валялся на низкой кушетке, закинув ноги на подлокотник, и со скучающим видом подбрасывал кинжал. Лезвие, поблескивая, вращалось в воздухе, прежде чем точно лечь в его ладонь. Филя всегда был чертовски ловок, особенно когда дело касалось оружия или карманов посторонних.

— Развлекаешься? — хмыкнул я, прислонившись к дверному косяку.

Филя метнул кинжал в балку. Лезвие вошло точно между двух предыдущих отметин с тихим «чпок».

— Знаешь, эти местные смотрят на меня, будто я собираюсь украсть их верблюда, жену и все фамильные драгоценности. Причем, разом. — Он повернул голову и сощурился. — А у тебя рожа человека, который хочет предложить что-то авантюрное.

— Ну не сказал бы, что прям авантюрное, но ты точно заинтересуешься.

Филя мгновенно выпрямился.

— Выкладывай. Что угодно лучше, чем пялиться в эти чёртовы стены ещё два часа. Я пересчитал все трещины на потолке. Их сорок две, если что.

Он уже натягивал сапоги, даже не дожидаясь моего ответа.

— И только попробуй сказать, что мы идём пить чай с местной знатью, — пригрозил он, выуживая из-под подушки второй кинжал.

Я прикрыл дверь и понизил голос:

— Ничего подобного. Зимин прислал записку с наводкой. В торговом квартале есть заведение «Красная роза». Там нас ждёт человек, который может кое-что знать о планах Фахима.

— Шпионские игры среди бела дня? — усмехнулся Филя, закрепляя кинжал в рукаве. — И повод свалить из этой тюрьмы до отъезда? Я в деле!

Он бросил взгляд в зеркало, пригладил рыжие вихры и ухмыльнулся:

— Кстати, «Красная роза» звучит как название борделя. И если это так, то задание внезапно стало еще интереснее.

Торговый квартал Аль-Джабаля даже в утренние часы напоминал растревоженный муравейник, только вместо муравьев здесь кишели люди всех оттенков кожи и наречий. Улицы петляли как пьяный матрос после недельного запоя, создавая лабиринт, в котором сам дьявол мог бы заблудиться. Вымощенные выщербленными от времени плитами, они судорожно сжимались до ширины плеч, а потом неожиданно расходились в крошечные площади, где под сенью потрепанных тентов продавцы устраивали настоящий театр абсурда.

Воздух здесь был густым коктейлем из запахов — пряности и благовония сражались с вонью гниющих отходов и пота немытых тел. В ноздри врывались то аромат жарящегося на углях мяса, то приторная сладость восточных десертов, то едкий дым кузниц, где мастера выковывали причудливые безделушки для богатых господ.

Вся эта какофония звуков, красок и запахов словно накрывала с головой, как огромная волна. Купцы орали так, будто спасали свои семьи от неминуемой гибели, выкрикивая цены и расхваливая товар. Тощие работяги, согнувшись как вопросительные знаки, тащили тюки размером с небольшого верблюда. Тут же шныряли дети с руками быстрее, чем у профессиональных карманников, и глазами хитрее, чем у старых лисиц.

В этом хаосе действовала собственная, понятная только местным, система координат: «Через два лотка от одноглазого старика, потом мимо женщины, торгующей синими бусами, затем налево у тухлого верблюжьего копыта». Иностранцы здесь были как слепые котята, обреченные блуждать кругами, пока какой-нибудь хитрец не решит «помочь» за небольшое вознаграждение, которое обычно оказывалось не таким уж и небольшим.

— Тут и заблудиться недолго, — проворчал Филя, отбиваясь от шустрого мальчугана, который пытался повесить ему на шею дешевые бусы якобы «от сглаза». — Как думаешь, этот Зимин специально выбрал место в такой дыре, чтобы его тяжелее было выследить?

— Благодарю за заботу, — ухмыльнулся рыжий, отряхивая плечо. — Погоди, тебе не кажется, что нас водят за нос? «Красная роза» звучит как название из дешевого романа про шпионов. Почему бы просто не встретиться в консульстве?

— Консульство всегда под наблюдением, — я оглянулся, машинально проверяя, нет ли хвоста. — Уверен, что люди Фахима следят за каждым, кто входит и выходит.

«Красную розу» мы нашли в узком закоулке, куда едва проникал солнечный свет. Заведение располагалось между ювелирной лавкой и чайханой, и выглядело заметно богаче окружающих строений. К входу вели две мраморные ступени, потертые от времени и множества посетителей. Массивная дверь из темного кедра была украшена старыми бронзовыми накладками с зеленоватым налетом, а над входом висела выцветшая вывеска с изображением красного цветка, который с годами потерял яркость и четкость очертаний.

У дверей стоял массивный вышибала. Его крупное лицо было покрыто оспинами, а тяжелый взгляд внимательно изучал каждого посетителя, оценивая и внешний вид, и вероятную платежеспособность.

— Мать моя, это что за скала на входе? — пробормотал Филя, кивая на вышибалу. — По сравнению с ним даже наш Серый выглядит недокормленным подростком.

— Видимо, местная специя в еде творит чудеса, — я ухмыльнулся. — Может, взять образец для Серого? Представляешь, если он ещё подрастёт? Тогда с нами точно никто не будет связываться.

Мы приблизились к дверям, и вышибала смерил нас взглядом, от которого желудок совершил сальто. Его глаза, запавшие в глазницы, окруженные бровями размером с мертвых крыс, остановились на мне.

— Что нужно? — его голос напоминал звук камней, перемалываемых в песок.

— Дорогу, бугай, — я шагнул вперёд, глядя ему прямо в глаза. — Или тебя вынесут вместе с этой дверью.

Вышибала смерил меня тяжелым взглядом и молча отступил. Такие, как он, быстро чуют, когда лучше не нарываться.

Внутреннее убранство «Красной розы» поражало контрастом с пыльным внешним миром. Прихожая тонула в табачном дыму и сумраке, но даже сквозь эту завесу просматривались стены, обитые выцветшим шелком с узорами, которые то ли изображали сцены охоты, то ли иллюстрировали какие-то местные легенды. Потолок был расписан под звездное небо, где меж тускло поблескивающих звезд кружились птицы и целовались выписанные золотом полумесяцы.