Цивилизатор в СССР 1983 (СИ) - Кулаков Игорь Евгеньевич - Страница 27

Выйдя из ступора, я стал разбираться с вопросом, ибо для чего-то более требовательный к ресурсам ПК вариант ассемблера всё же был включён в состав пакета поставки. А дополнительные платы памяти именно для IBM PC, вставлявшиеся в разъёмы на «мамке», как смутно предполагала моя память, появились только промежутке между появлениями первой машины и следующей — PC XT…

Разгадка оказалась проста! Дополнительные платы памяти, подходившие к PC, уже имелись в производстве для предыдущей модели — «Датамастера».

Истоки совместимости, очевидно, закладывались ещё ранее, до выпуска PC!

И именно тут, помимо дешёвых и имевшихся в производстве 8-разрядных микросхем вокруг нового 16-разрядного процессора (для чего на PC и поставили его версию 8088, способную с такими 8-разрядными работать, а не более дорогой 8086, требовавший новое 16-разрядное окружение!), сие проявилось ещё раз!

Все (а не только платы дополнительного ОЗУ) платы расширения от «Датамастера» подходили к IBM PC, в которой применялись те же контроллеры прерываний и прямого доступа к памяти, что и в предыдущей модели, которая не стала культовой и популярной лишь по причине общей дороговизны, а слава первого массового ПК линии IBM-совместимых осталась в истории за «писюком»…

Таковым было одно из кучки с виду малозаметных решений, принятых исключительно ради коммерческого успеха и удешевления ПК, и оказавших огромное влияние на последующий ход мировой цифровой революции… и победы «линии IBM-совместимых».

Пролейко, через которого ранее шла вся моя работа и вклад в более раннюю информатизацию советской системы народного образования, долго накручивал меня, прежде чем допустить до более самостоятельной работы с будущими «коллегами» из ВЦ АН СССР.

Ну ясно-понятно. Кураторша от конторы мыла голову ему (как имеющему большое влияние лично на меня), он — мне.

— … Эти люди, несмотря на все их заслуги «тогда» в деле «цифровизации» страны, имеющиеся и будущие… учитывая всё, что вы о них рассказали, могут… когда-нибудь… где-нибудь… с кем-нибудь… сказать то, что не надо. Вы меня, Иван Юрьевич, хорошо понимаете?

Ну да. Конечно, прекрасно понимаю. Я так-то и сам ранее заявил, что в «швятые 90-е» как-бы не больше половины из них оказались за рубежом. С одной стороны, какая — никакая свобода в научных контактах присутствует и сейчас, с другой стороны, утечка мозгов «тогда» была просто ужасающей. И что было делать таким, как условные «Брябрин и К», если родная страна, в условиях расхлёбывания последствий развала СССР и кое-какерских реформ решила сделать ставку на нефть и газ и на «мы всё, что надо, купим»? Вот и бежали… мозги на ножках туда, где за их содержание и способность их применить платили баксами, дойчмарками, шекелями и позже евро.

Понятно, что «второй раз» все «вовлечённые и высокопоставленные» такие предусмотрительные и считают, что «ныне ничего такого не допустим!»

Ага, ага.

Но перестраховочка не помешает.

Тем более в таком деле, как «сведения из другой ветви будущего».

В-общем, ни словом, ни намёком не проболтайся, тащ попаданец:

«Ты у нас супервундеркинд, вот и выкручивайся как хочешь сам, в общении, профессиональном и вне работы с недопущенными, раз большого реального дела желаешь…»

Так что «Брябрину и К» всё придётся доказывать без ссылок на «опыт будущих времён». И несмотря на весь скептицизм при взгляде реально умных голов на 8-летнего типа.

Пусть и лихо юзающего клаву.

Следующий день. Брябрин В. М. (начальник лаборатории программного обеспечения персональных ЭВМ Вычислительного центра АН СССР).

Неожиданный для многих (но предсказываемый некоторыми, в том числе и тем, кто отправил его сюда) успех за океаном «новинки от IBM», был отмечен в Союзе и в прошедшем году «его собственный» сектор обработки символьной информации, после знакомства с возможностями образцов IBM PC, был преобразован в «лабораторию ПО ПЭВМ».

И именно коллективу, возглавляемому Виктором Михайловичем, суждено было стать первым мощным центром разработки ПО именно для «персоналок» — микроЭВМ.

Энтузиазм и аппаратный вес Пролейко, возглавлявшего не только несколько постов в родном тому МЭП-е, но и появившееся «Межведомственное бюро по ВТ и ПО», которое, при поддержке из ЦК, оказалось способным оказывать влияние на решения аж нескольких ведомств — самого МЭП-а, а так же МРП, Минпроса и Академии наук.

И «пробить» на самых верхах решение по введению в общеобразовательную программу предмета школьной информатики, под который было запущено в производство три модели школьных ПЭВМ на основе 580-го микропроцессорного комплекта.

Именно появление по стране нескольких десятков школ с классами микро-ЭВМ и введение в школьную программу предмета информатики с учебником Ершова, убедило полгода назад Виктора Михайловича, что в верхах на внедрение ПЭВМ сделана большая ставка. Пусть 99% учащихся пока её и будут изучать в «бумажном варианте», весьма оторванном от переднего края достижений ВТ в виде относительно дешёвых и весьма надёжных микро-ЭВМ.

И сейчас, вкупе с попыткой использования достижений из-за океана (пока своя промышленность разродиться «чем-то в серии»), всё происходящее выглядело признаком чего-то большого.

«…Понимаете, Виктор Михайлович, всё удачно сложилось, Академии наук положено тенденции отмечать и, ваша работа по диалоговым системам также была замечена…»

Впрочем, всё это более-менее логично, весьма перспективно и интересно. В профессиональном и даже материальном плане. Договор подряда для «Лаборатории ПО ЭВМ» (в частности и для ВЦ АН СССР) от начальника Межведомственного Бюро по ВТ и ПО был крайне вкусен.

Да и разговор, состоявшийся во время визита Пролейко к начальнику ВЦ АН СССР Дородницыну, на который были приглашены заместитель того Евтушенко и сам Брябрин, прояснил суть идей «правой руки Шокина»:

Замминистра МЭП по науке, достаточно давно проявивший себя как талантливый организатор и получивший, благодаря решениям ЦК и Совмина, новые возможности, решил взяться за всё в комплексе в вопросе перспективных ПЭВМ.

Его родное ведомство — МЭП, отвечало за электронную компонентную базу.

Предприятия МЭП же и МРП, начав с запуска в серию «школьно-бытовых» микро-ЭВМ (ПЭВМ), готовилось к выпуску более мощных 16-разрядных машин.

А Лаборатория ПО ПЭВМ ВЦ АН СССР становилась главной и первой в стране организацией по созданию ПО для микро-ЭВМ.

Определённо, Пролейко был движущей силой всего процесса.

Вот только с кем он сегодня меня собирается познакомить?

Пролейко, коротко представивший их друг другу, оставил их одних, заявив на прощание Брябрину:

— Взгляды, уровень знаний и широта рассмотрения вопросов Иваном, будут определённо полезны вашей лаборатории. Общайтесь и задействуйте его.

Вот как… значит, именно на этом вундеркинде, выступившем связующим звеном между «подрастающим поколением» и «теми, кто принимал решения», в сём уютном местечке, входящем в структуру МЭП-а, изначально обкатывались идеи по информатизации системы школьного и вузовского образования, которые столь активно (с привлечением ТВ, показывавших на всю страну первые классы микро-ЭВМ в крупнейших городах страны и Зеленограде) и настойчиво начали внедрять осенью.