Дисфункция реальности: Угроза - Гамильтон Питер Ф. - Страница 161

Оба противника встали на ноги. Подняв булаву, Реза пошел вперед. Программа автоматического равновесия при быстром движении компенсировала потерю руки.

Увидев, что к нему приближается враг, рыцарь, взяв меч как винтовку, навел его на Резу. По клинку скользнуло белое пламя.

— Мошенничество, — укоризненно покачал головой Реза. Он взорвал вставленные в пояс фрагментационные гранаты. Оба противника исчезли внутри плотного вихря неистово вращавшихся силиконовых микролезвий.

Ливень хлестал Келли в лицо, когда в пятнадцати метрах над ее головой появился космоплан. Струя газа, вылетавшая из сопла компрессора, чуть было не перевернула судно. Ей пришлось выравнивать его с помощью дефлекторов, а затем выключить рабочие винты. Космоплан кружил в воздухе, заходя то с одной, то с другой стороны, затем, выдвинув стойки шасси, сел на землю. Дождь барабанил по выдвинутым крыльям. Ручейки воды стекали с его щитков.

Келли обернулась. Прижавшиеся друг к другу дети сидели на жесткой силиконовой палубе. Их одежда вымокла, неухоженные волосы торчали во все стороны. У них были напуганные и заплаканные лица, а кое-кто из них даже обмочился. Широко открыв глаза, они пристально смотрели на нее, и в их взглядах она не увидела понимания. У нее не нашлось мудрых слов, которыми она могла бы украсить эту сцену своего репортажа. Она просто хотела обнять каждого из них и поделиться с ними всем, что имела. Но это было бы скудной наградой, ведь они заслужили гораздо большего.

Три километра за судном на воздушной подушке, беспорядочные разрывы электронных зарядов и потоки белого огня над пропитанной кровью травой.

«У нас получилось, — подумала она. — Теперь рыцари не смогут нас достать. Дети будут жить. Все остальное не имеет значения. Ни корабли, ни боль, ни опустошающий страх».

— Ну, пойдемте, — сказала она им и невольно улыбнулась. — Мы уезжаем.

— Спасибо вам, госпожа, — сказала Джей.

Подняв глаза, Келли увидела появившуюся из пелены дождя фигуру.

— Я думала, что вы ушли, — сказала она.

Шон Уоллес улыбнулся. Его промокший комбинезон прилип к телу, грязь и трава прилипли к ботинкам, но глаза смотрели на нее весело.

— Уйти не попрощавшись? Ну, что вы, мисс Келли, я бы очень не хотел, чтобы вы думали обо мне хуже, чем я того заслуживаю. Кто угодно, но только не вы, — он поднял над планширом первого ребенка, которым оказалась семилетняя девочка. — Теперь только вперед. Все вы отправляетесь в длинное прекрасное путешествие, уезжаете очень далеко.

Внешний люк переходного тамбура космоплана открылся и выдвинулась алюминиевая лесенка.

— Побыстрее, Келли, — попросил ее Эшли. Она вместе с Шоном стала перетаскивать измученных детей.

Хорст стоял у лесенки, переправляя своих подопечных в трубу переходного тамбура. Он говорил им ласковые слова, улыбался, поглаживал по голове. Они прошли в кабину, где Эшли тихо клял судьбу, пытаясь определить, куда их всех разместить.

Келли несла на руках последнего четырехлетнего мальчика, который уже заснул, когда Тео запустил моторы своего судна.

— Не надо, Тео, — умоляла она его. — Останься хоть ты.

— Я им нужен, — ответил он. — Я не могу их бросить. Я — часть их.

На саванну упали полосы солнечного света. Бой закончился. Келли увидела, что неподалеку от них бродят три или четыре лошади, на которых сидят рыцари. Теперь ни один из них не проявлял никакого интереса к космоплану.

— Но ведь они мертвы, Тео.

— Этого нельзя сказать наверняка. Но во всяком случае здесь больше не осталось ни одной этой твари, — он поднял руку и помахал.

— Вот черт, — она запрокинула голову, подставив лицо благословенному дождю.

— Идите, мисс Келли, — Шон наклонил голову и коснулся ее щеки невинным поцелуем. — Вам пора уезжать.

— Я полагаю, что не стоит просить вас уехать с нами?

— А стоит ли мне просить вас остаться?

Держа спящего ребенка на руках, она подняла ногу на первую ступеньку.

— До свидания, Шон. Мне очень хотелось бы, чтобы все здесь могло измениться.

— Мне тоже, мисс Келли.

Келли сидела в кабине, обняв пару девчушек и держа на коленях восьмилетнего мальчугана. Вокруг нее волновались и капризничали дети. Они были возбуждены и все время задавали ей вопросы о звездолете, который их ждал. Они уже почти забыли о том, что происходило с ними на Лалонде. Для них это был вчерашний кошмар.

«Хорошо, если бы так оно и было», — мысленно пожелала она.

В переполненную кабину проник вой компрессора — Эшли запустил двигатель. Затем они поднялись в воздух. Под ногами покачнулся пол, и они почувствовали силу перегрузки. Опустив веки, Келли открыла доступ к сенсору космоплана. По саванне медленно двигалась одинокая фигура. Это был мужчина крепкого телосложения с растрепанными светлыми волосами. На нем была плотная рубашка из хлопка в красную и синюю клетку. Подняв воротник, не спасавший его от дождя, он шел домой.

Через минуту обширная травянистая равнина содрогнулась от ужасного грохота. Фентон поднял свою большую голову и прислушался к громоподобному звуку, но в небе ничего не было кроме дождя и туч. Вновь опустив голову, он возобновил поиски своего пропавшего обожаемого хозяина.