Тор. Компиляция (СИ) - Сахаров Василий Иванович - Страница 97

Тем временем «Скаур» приземлился. Воздушная парковка — кому удобно, может называть ее аэродромом — пустовала, но следом за нами на снижение шел аэромобиль с гербом императора. Васильев все время находился неподалеку и не выпускал нас из виду.

Мы с Кроуфордом обменялись координатами, договорились снова встретиться и расстались. Полосатый «Скаур» взвился в небеса и исчез, а я дождался майора, который сразу же спросил:

— Чего Алекс хотел?

— Дружбы ищет и союз предложил.

— А ты?

— Принял.

Васильев шмыгнул носом и кивнул:

— Наверное, это правильно.

— Я тоже так думаю. Пойдем, нас уже ждут.

Над старыми обшарпанными стенами замка появились разноцветные праздничные флаги, что-то из Международного свода сигналов. Там засуетились люди, и у ворот появилась группа встречающих из служилого сословия, многие из которых моему появлению были искренне рады. Хозяин вернулся, и грядут перемены, скорее всего, хорошие, а значит, можно улыбаться.

— Уходит наша старая гвардия. — Начальник ГРУ генерал-лейтенант Алексей Добровольский, сухопарый брюнет в усыпанном орденами парадном мундире, кряхтя, разместился на мягком диванчике, расстегнул воротник и взял в руки стакан с виски.

— Да, это так, — рядом с ним присел второй генерал-лейтенант, начальник Службы имперской безопасности Феодосий Греков, бородатый и лысый крепыш, колоритная личность, над внешностью которого любил по-приятельски пошутить император.

Два генерала, которые возглавляли мощные спецслужбы, знали друг друга уже сто лет, и это не было преувеличением. Они в самом деле были знакомы целый век и в этом году могли бы отпраздновать этот своеобразный юбилей. Однако им было не до того. Несмотря на возраст, они продолжали служить империи, но встречались редко. Сегодня же был повод: в загородном особняке кремировали тело умершего старогвардейца, маркиза Плужникова, среди своих больше известного как Миша Истребитель. Проводить в последний путь своего товарища, последняя должность которого звучала как Главный инспектор аэрокосмической авиации, пришли многие, в том числе и начальники спецслужб.

К сожалению, время поджимало, и Добровольский с Грековым на поминовение не остались. Но поскольку оба плохо переносили полеты, то в столицу они направились на лимузине начальника ГРУ.

— Ну что, помянем Мишу Истребителя? — Добровольский приподнял стакан.

— Покоя и радости ему в лучшем из миров, — сказал второй старик.

Начальники спецслужб выпили, некоторое время помолчали, и Греков сказал:

— Слышал, что сегодня твой Сашка Кроуфорд с Виктором Строговым встречался.

— Да, встречался, — подтвердил Добровольский.

— И о чем они договорились?

— Решили дружить.

— Дружба — это хорошо. — Греков кивнул. — Не будем им мешать.

— Правильно, но этого мало. Думаю, что Сашке надо помочь.

— А может, ну его? Честно говоря, мне в игры вокруг трона лезть не хочется. Скользкая это тема.

— А придется. Выбор наследника заденет всех, так что давай работать, дружище. Лично я за то, чтобы наследником стал НАШ человек, а не вояка. Знаю, что ты скажешь, — нам без разницы, кто на трон взберется, ибо мы старенькие и нам скоро кранты. Однако надо не только о себе думать, но и о детях наших.

— Хорошо, я подумаю над твоими словами. — Начальник СИБ резким движением опрокинул содержимое стакана в рот, хмыкнул и спросил Добровольского: — Что будем с особой армией корпорантов в системе Фин-Ферагун делать?

— То же самое, что и всегда, — по губам гэрэушника пробежала усмешка. — Ударим по слабым местам изнутри, и армия развалится. Есть у меня там люди, они разберутся, да и у тебя профессионалы найдутся.

— Обязательно. — Греков усмехнулся, налил себе и Добровольскому по новой порции виски, вновь поднял стакан и произнес второй тост: — Предлагаю выпить за нашу работу. Люблю ее.

— Такая же фигня.

Стаканы издали мелодичный звон, и генералы, которые начинали свою карьеру как приговоренные к смерти беглые военные следователи, выпили. День был особый, и сегодня они могли немного расслабиться.

Глава 4

Операцией по уничтожению базы сектантов руководил заместитель адмирала Гамильтона капитан первого ранга Гамидов, опытный человек с восточными чертами лица и репутацией отпетого башибузука. Ну а я был наблюдателем и пассажиром своего собственного фрегата, который все-таки получил имя и во все имперские реестры был внесен как «Забияка». Именно такое название некогда носил флагман принца Константина, и когда я предложил экипажу высказаться по этому вопросу, то большинство ответили сразу и не задумываясь. Для ветеранов это напоминание о былых временах и молодости. Им приятно, а мне все равно — «Забияка» так «Забияка», название неплохое.

Отведенная на подготовку неделя пролетела быстро. Фрегат три раза выходил на орбиту, и экипаж прошел боевое слаживание. Результаты выше всяких похвал. Лично я был весьма доволен. Но помимо этого имелись и другие дела, которые требовали моего внимания. Пабло Бриан прогонял через регенерационную камеру ветеранов с увечьями. Бялецкий стал управителем замка и нанял архитектора, который занялся проектными работами по расширению и перестройке твердыни клана Строговых. Сержант Факундо тренировал набранных на острове парней, которым предстояло стать моими охранниками в пределах родового владения (обычай такой). Ну а Васильев занимался тем, что переоборудовал два шаттла фрегата.

Дело в том, что мне захотелось сделать из них абордажные боты и к стандартной автоматической пушке добавить еще одну. Работенка непростая, но проблем с этим не возникло. На базе эскадры «Арго» имелась хорошая мастерская, и местные умельцы выполнили мой заказ быстро и качественно. Во-первых, потому что я внук императора, а во-вторых, по той простой причине, что им была заплачена неплохая премия. Правда, у меня не было профессиональной абордажной команды. Но майор пробежался по своим знакомым, и вскоре передо мной предстали два десятка опытных гвардейцев, которые в свое время охраняли моего беспокойного папашу. Вот только кидать их на серьезное дело было нельзя. Сначала требовалось восстановить физические кондиции ветеранов, и они остались на острове Рохо. Но в целом это был еще один бонус, от которого я, разумеется, не отказался, и у меня мелькнула мыслишка, что сие неспроста. Судьба балует меня, словно готовит к чему-то, и надо быть осторожнее.

Наконец, наступил день «Ч». «Забияка» выскочил на орбиту Ярги и присоединился к кораблям эскадры «Арго» — крейсеру «Вандал» и десантному транспорту «Ромм». После чего наша небольшая флотилия направилась к ближайшей точке гиперперехода, и с этого началось мое очередное путешествие.

Разгон. Включение гиперпривода, пробой реальности — и корабли в ином мире. Полет. Выход. Переход к новой точке и снова разгон. Все отработано и просчитано. Каждое действие выверено, и мы не делали ни одного лишнего маневра. И тогда, вглядываясь в серую муть гиперпространства, невольно я задумался о том, что же это такое, и с удивлением обнаружил, что память услужливо выдает информацию, которая доселе была мне неизвестна. Видимо, вместе со специальностью навигатора ментальный излучатель особого учебного центра «Риада» мне еще и курс прикладной истории с основами физики вложил. Круто! Поэтому я принялся копаться в самом себе. Благо я никуда не торопился и вот что узнал.

Изначально, на заре космической эры, когда человечество запускало первые искусственные спутники Земли, и позже, во времена пробных полетов на Марс, за основу брались теории великих древних ученых Резерфорда и Бора об однополярном мире. Мол, Солнце — это ядро, вокруг которого вращаются все планеты. А сама звездная система, в свою очередь, крутится вокруг галактического ядра. Вот оно — всё на поверхности, и иначе быть не может, одна Вселенная — одна реальность, а кто считает иначе, тот шарлатан и мистификатор.

Однако в середине двадцать первого века, когда перенаселенная мать-Земля обрушила на человечество многочисленные природные катаклизмы, а власть имущие граждане всерьез задумались над тем, что пора сваливать с изнасилованной планеты, группа молодых ученых сделала несколько открытий, которые взорвали основы фундаментальной науки. Было доказано и научно подтверждено, что маститые ученые ошибались. Оказалось, что Вселенная многомерна и асимметрична. Она не является чем-то цельным, и существуют параллельные пространства, в одно из которых удалось пробиться, и с этого началась новая эпоха.