Тор. Компиляция (СИ) - Сахаров Василий Иванович - Страница 85

— Александр Георгиевич, — привлекая внимание наблюдавшего за ходом сражения комфлота, окликнул старого вояку командир линкора.

— Что? — Адмирал не оглянулся.

— Очередное возмущение гиперполя. Судя по всему, одиночный корабль.

— Принял.

Васильев-старший обратил внимание на точку гиперперехода. Вспышка! Сполохи! Яркие краски! Но вот все успокоилось, и он увидел боевой корабль, фрегат класса «Минск», который визуально был виден, а приборы его не фиксировали.

«Что такое? — Адмирал нахмурился. — Мираж? Нет. Значит, хорошая система помех и маскировки? Да. Так и есть».

Командующий флотом, не обращая внимания на царящую вокруг суету, сам вызвал фрегат на связь:

— «Минск», это «Юрий Муранов», ответьте.

— «Муранов», слушаем вас.

На экране появился стройный молодой человек с поразительно знакомыми чертами лица, но Васильев-старший не мог отвлекаться и представился:

— Адмирал Васильев, прибыл встретить вас и сопроводить ваш корабль на Яргу.

— Виктор Миргородский, командир фрегата, — отозвался парень. — Что у вас происходит?

— Деремся с неоварварами. Так что слушай меня внимательно, Миргородский. Пока мы держим противника, уходи отсюда подальше и двигай к столичной планете самостоятельно.

Молодой командир «Минска» усмехнулся, кинул взгляд на экраны перед собой и сказал:

— Кажется, господин адмирал, в этот раз сбежать у меня не получится. На меня выходит линейный крейсер, а за ним эсминец.

Действительно, от вражеской эскадры отделились два корабля, которые помчались к фрегату. Скорость у них явно была больше, и шансов на спасение «Минск» практически не имел. Фрегат надо было спасать любой ценой, ведь приказ императора никто не отменял, и Васильев-старший произнес:

— Держитесь, направляю линкор к вам.

— Не стоит. — Парень посмотрел куда-то вбок и добавил: — Мы сами к вам прорвемся.

— Вы не сможете.

— Сможем. Кстати, тут с вами мой старший помощник рвется пообщаться.

Адмирал поморщился, не до того сейчас, не до разговоров. Но перед ним возник сын, Илья Васильев, великовозрастный шалопай, который весело улыбнулся, взмахнул рукой и прокричал:

— Батя, держись! Мы уже идем! Русские не сдаются!

Эпилог

С Аякса мы ушли красиво и без особых хлопот. По дороге обучили людей, пообщались с императором (впечатлений масса), распределили поисковиков по боевым частям и добрались до «Таравы». На космодроме загрузили все свободные помещения фрегата дорогостоящими трофеями и помчались.

На орбиту выскочили не сразу. Сначала, прикрываясь грозовыми весенними тучами, прошли в атмосфере триста километров — это чтобы корпоранты не смогли просчитать, откуда мы взлетели — и только затем поднялись в космос. После чего включили систему помех и маскировки «Пелена», проскочили мимо эсминцев контр-адмирала Гавиоты и добрались до ближайшей точки гиперперехода.

Так мы покинули систему Буран. При этом, что поразительно, я справлялся со своими обязанностями навигатора и командира боевого корабля не задумываясь. Я точно знал, что и как нужно делать, какую программу запустить и что просчитать — такие ощущения, словно всю свою жизнь на ходовом мостике провел. У остальных членов экипажа, кстати сказать, сбоев тоже не наблюдалось. Что ни говори, а гипнокарты — великая вещь, и молодцы предки, которые их придумали.

Однако не все прошло гладко. Когда мы вышли на финишную прямую и оказались в звездной системе Карпат, где нас должны были ожидать корабли императора, выяснилось, что рядом идет ожесточенное сражение. Рубилово не на жизнь, а на смерть. Новороссы против неоварваров. И тут мы, такие красивые и на новеньком фрегате без ракет «Гур», но зато с отличной системой помех, «Химерами», «Верами», «Орками» и генератором импульсных радиоволн. Ну а поскольку варвары набросились на нас практически сразу, а драпать нам было некуда — мы не успевали набрать скорость, — пришлось принимать бой.

— Экипаж, внимание! — Я включил систему общего оповещения. — Говорит командир! На нас прет линейный крейсер класса «Берлин», древняя, но все еще мощная бандура с большими пушками и термоядерными ракетами, которая может размазать нас с одного выстрела. А за ним идет эсминец класса «Айвенго», тоже неслабый кораблик. Страшно?! То-то же! Но я вас обрадую — имперская эскадра рядом, и нам надо только проскочить мимо этих ржавых «коробок». Но это получится только в том случае, если каждый четко сделает свою работу. Поэтому слушайте боевой приказ! БЧ-5, Ортега, движки на полную мощность! БЧ-2, Васильев, бей противника по готовности! БЧ-4, Бриан, на тебя особая надежда, как только сблизимся с «Берлином», включай генератор! У противника электроника старая, от мощного импульса должна сдохнуть! Давай!

Командиры боевых частей ответили четко по уставу, которому их никто не обучал, опять сказался момент внедрения знаний посредством гипнокарт. После чего я кинул косой взгляд на своего подвахтенного штурмана, Ахмеда Бялецкого, а затем на Васильева, спину которого видел сквозь прозрачную бронепластовую дверь поста управления огнем, и целиком сосредоточился на бое. Скафандров никто не натягивал, у нас лишь нуждающиеся в ремонте старые образцы, ненадежные, и если будет попадание в штурманскую рубку, то нам в любом случае конец. Так-то. Опять же привычки носить скафандры ни у кого не было, и мы ими пренебрегли. Может, и зря. Но как-то само по себе получилось.

Противник был все ближе, и дистанция сокращалась очень быстро. Силовой щит, на который приходилась треть вырабатываемой нашим движком энергии, был слабоват. По этой простой причине надежды на него практически не было. Однако это лучше, чем ничего, и, сфокусировав его в передней полусфере фрегата, я повел наш кораблик прямо на линейный крейсер. По экранам бежали цифры и скакали диаграммы. БИУС фрегата, надежный «Аквамарин-Раус», анализировал поступающие к нему данные и подсказывал варианты развития событий, а мне оставалось только выбирать самый удобный. Вроде бы все просто, с такой работенкой даже обезьяна справится, если ее поднатаскать. Но одно неловкое движение — и ты труп, поэтому из множества вариантов следовало всегда выбирать правильный, а иногда и по-своему поступать, ибо БИУС тоже может ошибаться.

Вражеский «Берлин» выстрелил, орудия у него покрупнее, все же триста миллиметров против наших ста. Но фрегат у нас, как я уже отмечал, отличный и верткий, мы не любители, и нас прикрывала «Пелена», так что среагировал я вовремя. Маневр уклонения, и снова разворот на тяжеловесного противника. Надо было с ним сблизиться на дистанцию хотя бы в четыреста километров, по космическим меркам мизер. Но именно с такого расстояния надежно работает генератор импульсных радиоволн, и, если он сможет дотянуться до вражеского корабля, «Берлин» реально превратится в металлическую коробку водоизмещением сорок пять тысяч тонн. Ведь без электроники он не сможет двигаться и стрелять, а главное — потеряет управляемость.

Еще немного. Еще. Ближе. Очередной залп тяжелых кинетических «Орков». Уклониться было сложно, расстояние меньше, но я опять успел. Ну а потом в дело вступила наша дальнобойная артиллерия.

— На-а, сволочь!!! — услышал я голос Васильева, для которого этот бой не просто очередная схватка, а личное дело, ибо он сражался за своих и спешил к родному отцу.

Два наших «Орка» выплюнули в черноту космоса разогнанные до сверхсветовой скорости бронебойные болванки, и они ударили в силовой щит линейного крейсера. Мы его не пробили. Жаль. Но на удачу в этом случае никто не рассчитывал, а значит, норма, продолжаем бой. Все произошло очень быстро, и «Берлин» выстрелил в третий раз. Резкий разворот фрегата, но снаряды противника все же задели наш силовой щит, и он «затрещал» по швам. Думал, что развалится. Напряжение на него сильное, и предохранители погорят. Но нет. Щит выдержал, а варвары по неизвестной мне причине не стали применять противокорабельные ракеты. Может быть, они хотели обездвижить нас и захватить как ценный приз. Скорее всего. И в этом была их ошибка. Они дали нам возможность приблизиться, и Пабло Бриан «выстрелил» в корпус линейного корабля из своего оружия.