Тор. Компиляция (СИ) - Сахаров Василий Иванович - Страница 76

Вот такая задумка, в которой имелось несколько слабых мест, одним из которых был Ортега. Он свой и посвящен в мои дела. Я верю ему, и Васильев говорит, что Игнасио нас не сдаст — не такой человек. Но все же, а вдруг он решит договориться с генералом Веласкесом и моей жизнью попробует выкупить свою? Такое возможно, и потому тень сомнения иногда посещает меня. Впрочем, управление базы у Игнасио ограниченное, а мой «Рокот» имеет прошивку от Калачика. Так что сомневаться в нем не стоило, и я отбросил дурные мысли прочь. Если не доверять Ортеге, то кому вообще можно верить? Он человек чести, своеобразной и корпоративной, но чести, а потому на гнусный поступок не пойдет, и я озвучил свое решение:

— Ортега, схема принимается.

— Ясно.

Игнасио отключился, и тут же вклинился Пабло:

— Командир, есть результат!

Бриан был взволнован, и я спросил:

— Базу пробил?

— Да… Точнее, нет… Частично… Я на шифрованные радиочастоты адмов подсел… Ринго сейчас с Мирандой разговаривает… О нас, кстати…

— Я их услышать могу?

— Запросто… Секундочку… Готово…

В наушниках треск помех и голос Миранды:

— Значит, говоришь, они ничего не заподозрили?

— Так точно, господин полковник, — бодро ответил Ринго.

— Очень хорошо, лейтенант. Но смотри, чтобы с моей дочкой ничего не случилось. Если с ее головы хотя бы волосок упадет, сгною.

— Не извольте беспокоиться, господин полковник. Все будет в лучшем виде.

— Знаю я твое в «лучшем виде». Повтори, что необходимо сделать?

Заминка и ответ лейтенанта:

— Мы проникаем на объект. Журналисты проводят съемку и берут интервью у нашего… Хе-хе! — противный смешок. — Героя. После чего документалисты возвращаются на базу, а спецназ разоружает группу Миргородского и хватает шпионов. Там же на месте потрошим их, вывозим трофеи, а база взлетает на воздух. В итоге все шито-крыто. Ортега, Миргородский и Васильев рассказывают нам о намерениях императора относительно Аякса. Мы получаем прибыль, а журналисты — материал. А потом еще и рудник золотой, которым компания «Герберт Хохлауфер» интересовалась, отожмем, так что если даже разведка новороссов заинтересуется этими событиями, то ничего не раскопает. Свидетелей нет, все мертвы, а база взорвалась, видимо, самоликвидировалась.

— Правильно, — одобрил подчиненного подполковник. — Так и надо. Если хочешь жить богато и красиво, все дела необходимо втихаря делать и не привлекать к себе внимания.

— Да-да, вы правы, — угодливый смешок Ринго.

— Отбой!

Сеанс связи прервался, а я застыл с раскрытым ртом. Это что же это получается — я не самый хитрый и продуманный человек в округе? Да, так и выходит. Оказывается, что меня, Васильева и Ортегу уже каким-то образом связали (молодцы корпоранты, хорошо сработали), и теперь нам грозит гибель. И это просто здорово, что нас сразу, еще на ферме, не грохнули, а то ведь могли бы. Спецназ и броня подавили бы хлипкую защиту фермы Мэя, и нас взяли бы тепленькими. Но нам повезло. Адмы не стали торопиться, а решили и рыбку съесть, и на кукан не сесть. Ай, хитрецы какие! Одним махом все проблемы снять хотят. Умно придумано. Да только и мы не лыком шиты, как говорят русские. Поэтому хрен им, а не Витю Миргородского и трофеи. Хрен! Да и ладно я, но они ведь и всю мою группу, судя по всему, зачистить хотят. Одно слово — мерзавцы. Да что там мерзавцы! Скоты настоящие, уроды!

Ругался я долго. Правда, не вслух. А вскоре немного успокоился и еще раз пересмотрел ситуацию.

Итак… Что же мы имеем в сухом остатке на данный момент? Мои планы по мирному житью-бытью на Аяксе рухнули. Не получится у меня развить бизнес по сбору трофеев и стать миллиардером. Но, может быть, это и к лучшему. Сама судьба подталкивает Виктора Миргородского к тому, что он должен покинуть планету и отправиться к императору Сергею. Ну а с местным ворьем я еще посчитаюсь. Однако это потом, а что делать сейчас? Да понятно все. Про то, что бронетехника базы действует в моих интересах, адмы не знают — вот что значит, лишнего никто не болтал. И если я исчезну, то Валеева, Мэев и Ольсена только допросят и оставят в покое. Впрочем, могут и убрать, дабы свидетелей этого темного дела не оставлять. Поэтому план следующий. Выбираемся на КП корпуса. Разоружаем спецназовцев (если будут рыпаться), которые охраняют журналистов, кажется, в броневике их всего двое и с ними водитель. Потом можно напрямую пообщаться с Мирандой, чтобы он не рыпался. После чего надо поговорить с поисковиками, объяснить им ситуацию и посулить золотые горы, если они последуют за мной. Далее следует бросить стукачей и тех, кто захочет остаться, Кармен (заложница) взваливается на плечо, и мы уходим. Позади заслон из бронетехники и минных полей. Командный пункт заминировать, и адьес, амиго, драпаем с планеты, пока при памяти, а то загоняют нас, словно крыс, или с орбиты ракетами накроют. Это при самом неблагоприятном развитии событий. Но можно договориться с адмами и лично генералом Веласкесом полюбовно и разойтись без крови и взаимной ненависти, и это был бы самый наилучший вариант.

«Вот же, блин! — Я ударил по подлокотнику кресла. — Как же так?! Я строил свою небольшую структуру и мечтал, что все у меня будет хорошо. Но вынужден признать, что я обломался. Хотя не все так плохо. Корабль есть. Особо ценных трофеев много. Поисковики, по крайней мере часть, последуют за мной, потому что многие испугаются допросов, а некоторые поведутся на деньги, и это снимает вопрос комплектования экипажа. Миранда под угрозой гибели дочери не тронет Валеева, Мэев и Ольсенов. Так-то! Они хотели поймать меня в ловушку, но я все равно обведу их вокруг пальца, ибо у меня на руках имеются сильные козыри. После чего уберусь отсюда, и впереди меня будет ожидать встреча с дедушкой».

— Тор, ты где? Ответь. — Ортега, который тоже прослушал разговор Миранды и Ринго, позвал меня.

— Что ты хотел? — ответил я.

— Что скажешь? Меняем план?

— Нет. Все остается в силе. Солдат отсекаем. Журналисты с нами.

— Понял тебя.

Игнасио и Пабло вновь отключились и продолжили заниматься своим делом. Один взламывал защиту адмов, а другой готовил бронетехнику. Ну а мы двигались к горам.

В полдень колонна сделала остановку. Обеденный перерыв и короткий отдых. Танки, беспилотники и мехстрелки ожидали нас через семнадцать километров — один рывок по разведанной дороге. Настроение было не очень хорошее, но назад ничего уже не отыграешь. Пабло к этому моменту уже взломал большую часть колониальной информсети, и я попросил его соединить меня с Валеевым.

Сержант откликнулся сразу.

— Кто это? — пробурчал наемник.

Видимо, Пабло проводил соединение в закрытом режиме. Поэтому идентификационный номер не высветился, и я назвался:

— Это Тор.

— Чего звонишь? Разве ты не в горах?

— В горах, но связь еще есть. Однако это неважно. Слушай и запоминай, сержант. Готов?

— Да. — Валеев напрягся.

— Сейчас поедешь на ферму Мэев и в моей комнате под кроватью найдешь небольшой сейф с тревожной кнопкой. Код простой — четыре, семь, четыре, восемь, четыре, девять. Вскроешь сейф, там наличность, семьдесят тысяч реалов. Возьми их себе. Это подарок. Может быть, прощальный. Кроме того, там же документы на земли, которые мы с Ольсеном купили, пусть у тебя полежат, только спрячь их подальше.

— Эй, Тор! — воскликнул сержант. — О чем это ты говоришь?! Случилось чего?!

— Не перебивай! — Валеев замолчал, и я продолжил: — Короче, у меня неприятности. Возвращаться на ферму нельзя. Поэтому прошу тебя, позаботься о Брианах и Мэях, если что — помоги. Скоро к тебе приедут люди из отдела внешней разведки и начнут задавать много вопросов обо мне или Хакаранде. Отвечай без утайки и ничего не бойся. Дальше угроз они не пойдут. Усек?

— Да.

— Тогда удачи тебе. Коль будет Фортуна ко мне благосклонна, то еще свидимся. Бывай, сержант.

— Бывай, Тор.

Голос сержанта звучал немного неуверенно, слишком неожиданным для него был мой звонок, и я, посетовав, что не могу перевести на его счет все свои сбережения, которые находились на электронном счету, отключился.