Тор. Компиляция (СИ) - Сахаров Василий Иванович - Страница 295

— И кем я буду?

— Негоциантом с планеты Ламид.

— Никогда о такой не слышал.

— Аграрный мир на окраине. Информацию о нем и легенду получишь.

— Выходит, я смогу бывать в высшем свете Тарима? — Он усмехнулся.

— К чему это спросил?

— Знаю, что ты там бываешь.

— Откуда? — Я тоже улыбнулся.

— Во время переходов между гиперточками «Мастер» перехватывал записи столичных телеканалов, которые крутились в провинции, и пару раз мелькнуло твое лицо.

— Да уж… От искусственного интеллекта скрыться сложно…

— Это точно. И раз уж речь о «Мастере», давай сразу решим — он остается у тебя или продолжает обеспечивать и контролировать ученых?

— Пока вы отдыхаете, он поработает на меня — есть опасность обнаружения моей группы искусственными интеллектами централов, и «Мастер» нас прикроет. Потом разберемся.

— Я так и думал. Но это тактические задачи. А что у нас со стратегией? Каковы планы на будущее?

— Строим корабль, пытаемся создать на Тариме предпосылки к социальной революции, обрастаем агентурной сетью и собираем информацию. Когда корабль будет полностью готов, можно выскочить на транспортные магистрали централов и заняться пиратством.

— Вот это мне по душе. Пиратство интересней секретных разработок. Однако куда сбывать награбленное добро и где прятаться после набегов?

— Я об этом уже думал. Прятаться можно на Фелиции и других заброшенных планетах. А добычу сбывать контрабандистам и криминальным боссам.

— На них есть выходы?

— Есть. Ты не представляешь, сколько мутных типов в высшем свете Тарима. Особенно среди чиновников. На кого ни посмотри, либо коррупционер, либо контрабандист, либо крышует мафиозную структуру.

Он рассмеялся, задорно и весело. Но потом вновь стал серьезным, и я спросил:

— Ты чего, смешинка в рот попала или последствия стресса после длительного перелета сказываются?

— Тор, ты говоришь про «элиту» государства. Но забываешь, что я тоже принц и, в отличие от тебя, брат, вырос при дворе Серого Льва. Кому, как не мне, знать, что в высших эшелонах власти много корыстных и коррумпированных людей. И не суть важно, в Новороссии мы или в Центральных мирах. Люди были и остаются людьми, со всеми своими хорошими и отрицательными качествами.

— В самом деле, я как-то забыл, что у тебя опыта общения с «элитой» государства больше…

Разговор продолжился. Мы обсуждали наши дела и строили планы на будущее. Говорили три часа, до тех пор, пока не позвонил Трофимов, который сообщил, что группа Маркина уже на базе. После чего мы расстались. Роберт отправился отдыхать, а я приказал Эвелине переодеться в вечернее платье. Сегодня у Иннокентия Лацкера день рождения, и это хороший повод, чтобы познакомить его с гиноидом. Олигарх девушек любит, особенно блондинок, и было бы неплохо иметь рядом с ним своего агента.

Отправив Эвелину переодеваться и наводить марафет, я задумался о том, что сейчас происходит в Рукаве Персея. Пока есть время, включил коммуникатор и вошел в сеть. Однако ничего нового не узнал. В новостях одни победные реляции. Централы заявляли о скором поражении варваров, при том что в СКМ и НРИ они сами считались дикарями, и продолжали отправлять на фронт все новые и новые флотилии. Про нашествие гортайинов, разумеется, тишина.

— Я готова, господин, — раздался голос Эвелины, которая подошла ко мне так, что я этого не заметил.

Окинув взглядом гиноида, я остался доволен. Прекрасная девушка, без малейшего намека на искусственные импланты, ботокс, силикон и пластические операции. Макияж скромный. Платье не откровенное, на шлюху не похожа. Именно такой типаж нравился Лацкеру, и, поднявшись, я протянул Эвелине руку и повел соблазнительную красотку к выходу. Думаю, вечер будет интересным.

Глава 40

Медленно, но верно боевые эскадры централов давили сопротивление флотилий СКМ. Они занимали один сектор за другим, брали под контроль звездные системы и точки гиперперехода, а пехота захватчиков высаживалась на планеты, уничтожала опорные пункты корпорантов и проводила зачистку. После чего централы формировали из местных коллаборационистов вооруженные силы и вспомогательные полицейские части, оставляли небольшой оккупационный корпус и двигались дальше.

Разумеется, корпоранты сопротивлялись. Строились боевые корабли, а переведенная на военные рельсы промышленность производила вооружение. Привлекались наемники и пираты, звездные кочевники и союзники. Формировались новые эскадры, десятки армий и сотни дивизий. Пропаганда побуждала граждан СКМ быть патриотичными и не жалеть в борьбе с захватчиками сил. Но всего этого, чтобы остановить централов, оказалось недостаточно, и под пятой захватчиков оказались пять секторов. Первым пал Арабский сектор. За ним Британский и Североамериканский. Дальше очередь дошла до Индийского и Французского, а Латиноамериканский отделился от Союза Корпоративных Миров и переметнулся под крыло императора Новороссии. Ресурсы корпорантов стремительно таяли, и президент Теодор Девис, за спиной которого стояли богатейшие олигархи и влиятельные политики оккупированных секторов, был готов начать с врагом сепаратные переговоры. Но! Был один момент, который нельзя обойти. За время войны, которая унесла миллионы людских жизней, в СКМ сформировалась военная партия. Она управляла армейскими соединениями и ВКС, имела огромное влияние на граждан, частично контролировала СМИ, промышленность и экономику. А поскольку военные собирались драться до последнего солдата, любое предложение политиков о переговорах сразу же расценивалось как предательство.

С каждым днем, просматривая сводки с фронтов, Теодор Девис все больше убеждался, что мир жизненно необходим и договариваться с централами нужно как можно скорее. Однако как обойти военную партию? Этот вопрос мучил его до тех пор, пока президент оккупированного Североамериканского сектора Альберт Негоро не посоветовал ему подставить упрямых адмиралов и генералов. А сделать это он предлагал очень просто. Противник подступает к Новой Саксонии, планете Германского сектора в системе Кайзер. Мир густонаселенный, с развитой промышленной базой. Если СКМ его потеряет, военно-промышленный потенциал и без того ослабленного Союза снизится сразу на шесть процентов. Допустить этого нельзя, и вояки были готовы биться за него, собрав в кулак последние скудные резервы. Надо отметить, что шансы на победу, пусть даже временную, у них были неплохими. Но Теодор Девис имел право назначить на должность командующего Объединенным флотом своего человека, желательно какого-нибудь тупого вояку, который не сможет победить централов. Также в его полномочиях отдать прямой приказ кочевникам и наемникам, чьи эскадры входили в последнюю мощную группировку ВКС СКМ. А еще был вариант через нейтральные каналы сообщить о планах Генштаба СКМ противнику. Три этих фактора могли резко изменить ход грядущей битвы. И если она будет проиграна, влияние военной партии снизится, ее лидеров можно обвинить в измене и арестовать. Благо правительство и Генштаб находились в одном месте, в городе Тиспорт на планете Альбертина, и дотянуться до конкурентов президенту было несложно. Таким маневром Девис возвращал себе полноту власти в СКМ и устранял конкурентов, а в дальнейшем примерял на себя мантию миротворца.

Решение было принято, и президент Союза Корпоративных Миров приступил к его осуществлению. Он собрал военный совет и, выслушав начальника Генштаба, одобрил план по обороне системы Кайзер и объявил о назначении вице-адмирала Арнольда Барроуза командующим Объединенного флота ВКС СКМ. Лидеров военной партии, для которых Барроуз был своим, это устроило, и приказ Девиса не оспаривался. Если президент считает, что этот военачальник лучшая кандидатура, так тому и быть. В конце концов, у политиков свои резоны, а планы по обороне системы Кайзер все равно будет составлять Генштаб.

Арнольд Барроуз, которого героический адмирал Декстер считал тупым исполнительным служакой, в самом деле был простоват. Он никогда не придумывал ничего нового, не совершал непредсказуемых действий и поступал строго по инструкции. Однако ему хватило мозгов, чтобы понять одну простую истину — президент ведет свою игру. Поэтому, прежде чем отбыть в систему Кайзер, адмирал попытался поговорить с Девисом. Барроуз хотел получить разъяснения по поводу своего нежданного назначения и дополнительные инструкции. Но президент не пожелал с ним встречаться, отговорился делами, и адмирал принял командование Объединенным флотом.