Приворот, но не тот! (СИ) - Бэк Татьяна - Страница 7

К счастью, дверь лавки распахнулась с мелодичным позвякиванием колокольчика — верный знак, что пришёл покупатель и в проёме показалась рослая фигура молочницы Греты.

— Доброе утро, Марта! Ой, а что тут у вас такое происходит?

Глава 13

Марта

Если бы можно было провалиться под землю, то я это непременно сделала, но пришлось довольствоваться порталом в свою спальню, не хватало ещё бежать по улице в таком виде. Хотя, наверное, уже весь город знает, какого цвета у меня панталоны. Грета, небось, на каждом углу рассказывает, как застала меня в одном исподнем с двумя красавчиками разом. Надо было на неё заклятье молчания наложить, а не сбегать позорно. А как неудобно перед проверяющим! При этой мысли даже уши загорелись. И как теперь смотреть в глаза блондину… Хотя что-то мне подсказывает, что ему пришлось по душе зрелище.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Я отослала Баюшу с запиской: «Господин Артас, прошу простить за то, что была вынуждена покинуть вас столь стремительно. Обещаю прислать вам в гостиницу необходимые для проверки бухгалтерские книги сегодня вечером».

Долго думала, как подписать послание, может, игриво — «ваша М.» или строго — «госпожа Ценд», но решила, что оба варианта не подходят и старательно вывела пером «Марта».

Теперь бы разобраться с Рохом, откуда в кувшине взялся " Чистый глаз", но на это не было ни сил, ни желания. Может, передарить его кому-нибудь и забыть? Только не уверена, что смогу стереть из памяти эти чëрные пронзительные глаза и нежные губы. И о чём я думала, когда поцеловала его?

Баюша вернулся с ответным посланием от господина Нооса, которое меня смутило: «Прекрасная Марта, надеюсь, что мы сможем забыть про сегодняшний инцидент. Книги бухгалтерского учёта слишком важны и конфиденциальны для того, чтобы доверить их посторонними, поэтому попрошу вас лично доставить их в таверну " Весёлый пони", где я остановился. Сочту за честь, если вы согласитесь разделить со мной скромный ужин. С уважением, Артас Ноос».

И как прикажете это понимать? Деловой ужин? Свидание? Или первое под видом второго?

— Ох, котенька, не нравится мне это. Не пойти — неуважение к господину проверяющему, а если идти, то кто знает, что у него на уме?

Баюша согласно кивал и недовольно покручивал хвостом. Кажется, фамильяру не понравился гость из столицы. Хотя, по мнению любимца, ни один мужчина меня не достоин. Вдвойне удивительно, что при своей патологической ревности ко всем двуногим самцам гордый зверюга рядом с Рохом становился ручным котёнком, даже иногда играл с бантиком, что уж совсем из ряда вон.

Ладно, что уж тянуть кота — ой прости, Баюша, — надо собираться и идти, выхода нет. На этот раз никакой «пыльцы феи»: строгое платье, гладко убранные волосы, чуть подвести брови — в самый раз для деловой встречи. Осталось забежать в лавку за книгами и вперёд. При мысли о необходимости общения с Рохом и перспективе прогулки через главную площадь, где кумушки обсуждают оттенок моих панталон, настроение испортилось ещё сильнее. Сцепив зубы, я вышла из дверей дома, залюбовавшись заходящим солнцем, а в следующий момент мир посерел, а после и вовсе утратил краски и звуки. Успела лишь заметить, как мне навстречу приближается асфальт, но удара не почувствовала.

Темнота была густой и липкой, как в моих детских кошмарах. Но сейчас было страшнее, так как я знала, что это не просто сон. В непроглядном мраке ощущалось чьё-то молчаливое присутствие. Внезапно на меня волной обрушился топот копыт и детский плач. Вдоль горизонта, рассекая тьму неслась огненная лошадь, выжигая землю там, где касалась её копытами. В её неукротимом беге было что-то неотвратимое и леденящее душу. Звук нарастал, оглушая и вытесняя все другие ощущения. В какой-то момент я закричала от ужаса.

— Тише, тише, всё хорошо! Я рядом! — раздался ласковый женский голос, чья-то тёплая и мягкая ладонь провела по волосам.

С трудом разлепила глаза и попробовала сфокусироваться. Всё плыло и покачивалось. Наконец, зрение пришло в норму, я увидела родные стены прихожей и молочницу Грету, склонившую надо мной взволнованное румяное лицо.

— Марта, как ты себя чувствуешь?

— Не знаю… Голова кружится. Что случилось?

— Ты потеряла сознание. Скажи, может принести что-нибудь из твоих зелий, чтобы тебе стало лучше?

— Нет, можно просто стакан воды?

Ведьма, которая не пьёт свои снадобья, вызывает подозрение. Но сейчас нужно понять, что со мной случилось. Ведь всё было хорошо, вышла за порог и тут накатила волна. Но волна чего? В одном уверена точно, в этом приступе виновата магическая сила.

Грета вернулась с кухни с кружкой воды и помогла мне сесть. Руки тряслись, зубы стучали о край чашки, пока женщина помогала мне напиться.

— Ну что, полегче?

— Да, спасибо тебе! Расскажи мне, как я очутилась в доме, ведь точно помню, что вышла на улицу.

— Это я тебя сюда затащила. Ты лёгкая, как пëрышко, кожа да кости, в чëм душа держится? Я уж твоего кота отправила на ферму, мой помощник соберёт для тебя творожка и сыр, а то смотреть страшно.

— Чувствую, не скоро мы увидим Баюшу… Я оплачу всё, что он съест и выпьет!

— Да ладно, много ли котик съест?

Мы посмотрели друг на друга, вспоминая размер моего зверюги.

— А у него глаза засветились, причём в прямом смысле, когда я сказала, что ко мне на ферму надо сходить. Ещё удивилась, что он послушался меня, — взгляд Греты стал задумчивым, кажется, она поняла, что не стоило отправлять кота на ферму.

Я попыталась представить, хватит ли мне денег, чтобы расплатиться с молочницей, если заложить дом.

Глава 14

Марта

Надо понять, что со мной произошло. В конце концов, я — некогда боевой маг, а ныне ведьма, хоть и добрая — не пристало мне терять сознание на ровном месте! Но бормотание Греты, её взволнованный вид и суетливые движения отвлекали. Чувствовалось, что хочет попросить о чём-то, но не решается. А ведь она и утром приходила в лавку, но я позорно ретировалась, сверкая почти голым задом. Надо узнать, что потребовалось от меня этой сильной, добродушной женщине, ведь она никогда не была в списке моих постоянных клиенток, а заодно выяснить, весь ли город знает о том, что с утра меня заметили в нижнем белье в компании двух красавцев.

— Грета, спасибо тебе за помощь, а теперь расскажи, у тебя ко мне какое-то дело?

Молочница замялась и покраснела, значит, попадание в яблочко.

— Да так… Спросить хотела. Неважно, я пойду лучше, тебе отдохнуть надо.

— Так, милая, у меня нет сил уговаривать, поэтому быстро рассказывай доброй ведьме Марте, какая проблема так своевременно привела тебя к моим дверям?

— Мне бы любовное зелье…

«Вот те на! Возможно, зря не поверила Скримми: у молочницы с Ульфридом тайный роман? Что начнётся… »

— А для кого ж зелье?

— Неужели это важно?

— Конечно! Мне нужно знать особенности личности, его интересы, увлечения, вес, в конце концов. Если сделать напиток слишком концентрированным и не направленным, то можно навредить объекту, а если здоровому бугаю дать слабый эликсир, то он и не заметит.

«Ай да Марта, ай да молодец, как тонко подвела к здоровяку Ули! Хорошо расставила сети!»

— Ой, а что будет, если переборщить? Это опасно? Мне тогда самое лёгкое зелье, прям совсем-совсем!

— Ты уверена? Крупному мужчине такое, что слону дробина.

— Да разве же он крупный? Как телëночек новорождённый!

— Я б сказала, что, скорее, как бык выставочный.

— Кто?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Кто?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Мы уставились друг на друга, явно не понимая. Что ж, будем играть в открытую.

— Я говорю про Ульфрида! Ты ведь для него просишь приворотное зелье?

— Причём тут этот рыжий дуболом? Не в моём вкусе! Тем более он до беспамятства влюблён в свою крикливую подружку банши. Это заметно и невооружённым взглядом. Я имела в виду господина Рубинштейна.