Зима в твоём сердце, или Снежный бал для целительницы (СИ) - Шаенская Анна - Страница 20

– Остальные Титаны не лечат его, а помогают обернуться и втянуть крыло, – пояснил Ульф, как только к теневым плетениям Кристофа присоединились алые искры брата и стальные нити Дамиана Эльграса. – Их магия не помешает вам, Светлейший, зато флёр первородной магии может просочиться сквозь щит и временно сделает вашу Искру нестабильной. Не стоит долго находиться здесь. Пойдёмте в лазарет.

Остаток фразы утонул в новом рёве и пронзительном свисте ледяного ветра. На миг почудилось, что я слышу в нём женский плач и полный горя шёпот: «Спаси, умоляю, спаси его…».

Тревожные предчувствия вспыхнули сигнальными огнями, а печать неожиданно потеплела, то ли успокаивая меня, то ли о чём-то предупреждая. Я впервые не понимала её «эмоций», они были слишком яркими и сумбурными.

– Что с другими ранеными? – спросил Олаф, и в этот же миг неподалёку от нас открылся новый портал, из которого выскочили пять высоких, статных мужчин в форме тёмных целителей и тощий невысокий маг в плаще с надвинутым на лицо капюшоном.

– Ими уже занимаются, – ответил Ульф, – тёмная империя прислала лекарей, а только что прибыла помощь из царства Вечной ночи. Поэтому о стражах не беспокойтесь, сосредоточьтесь на лечении генерала. Он должен любой ценой сохранить первородную магию Титана.

Беспокойство стража объяснялось легко. Из шестнадцати Титанов Первую войну с немёртвыми - самую жестокую и кровавую бойню за всю историю нашего мира, пережили лишь четверо. Они приняли магию павших в бою собратьев, объединив все истоки драконьей магии ради спасения Великих кланов от вырождения и потери Искры. С тех пор эта Сила передавалась от отца к сыну.

Титаны были живым воплощением Первородной стихии. Дважды в год, во время летнего и зимнего солнцестояния они делились уникальной магией с остальными драконами своего клана, поддерживая их Искру. А ещё помогали маленьким драконам раскрыть вторую ипостась и совершить первый оборот, следили за стабильностью Печатей вокруг Проклятого леса, сражались с Мёртвой вьюгой…

Магия Титанов играла огромную роль в жизни не только драконов, но и других рас. Если Тиль потеряет Искру, его Сила перейдёт к Кристофу, Аиду и Дамиану. Это позволит спасти ледовый клан от вырождения, но надолго сделает Дар остальных драконов нестабильным, и нечисть получит колоссальное преимущество.

Сегодня я своими глазами видела, чем всё могло закончиться, если бы на помощь не подоспели Титаны. Без них у штаба не было ни единого шанса!

От нового рёва задрожали стены, и я споткнулась, чудом не упав с лестницы, ведущей в лазарет. Но вслед за яростным, полным боли рыком, пришёл и торжествующий. Похоже, Титанам удалось направить оборот в нужное русло и помочь Тилю.

Ульрих неожиданно остановился, и я услышала всполох ментальной магии. Страж получил телепатическое сообщение.

– Генерал принял человеческую форму, – в голосе северянина проскользнуло неприкрытое облегчение, – сейчас его телепортируют в палату. А дальше дело за вами!

Ветер за окном вновь зашёлся в протяжном стоне, и теперь я отчётливо слышала женский голос и льющуюся подобно песне молитву на незнакомом языке.

Олаф и страж как ни в чём не бывало продолжили путь. Они не подозревали о призраке за окном, и лишь я замерла на ступеньках, теряясь в догадках и вслушиваясь в чужие мольбы. Дух Первородной магии, живое воплощение Рода или стихийная элементаль?

Кто же ты, дева Серебряной вьюги? Как связана с ледовым Титаном, и почему остальные не замечают тебя?

– Снова твои проделки? – мысленно обратилась к Сердцу.

Бриллиант промолчал, зато Олаф заметил, что я отстала. Обернувшись, напарник окинул меня недоумённым взглядом и пришлось ускориться. А едва добрались до лазарета, все мысли вылетели из головы, сменившись болью и давящей аурой Смерти.

Она снова кружила поблизости, танцуя босиком на тлеющих углях чужих жизней и сводя с ума шелестом своих шелков и вороновых крыльев.

– Я сказал – нет! – повисшую на этаже тишину рассёк мужской голос.

Удивительно глубокий и бархатный. Он вибрировал от гнева, но всё равно поражал своей красотой.

– Тиль, опомнись! Твой Дар на грани, – услышала ответ Кристофа.

– В штабе полно раненых, пусть на них тратят магию, – отрезал генерал. – А я сам восстановлюсь, не в первый раз.

Надежда по-быстрому напоить дракона снотворным споткнулась о его упрямство и рухнула в пропасть. Будет сложно… очень.

– Ещё слово, и я тебя прибью собственноручно, а затем воскрешу и сдам целителям, – вкрадчиво пообещал другой Титан.

Его голос слышала впервые, но сквозящая в нём хрипотца невольно напомнила о Кристофе. Скорее всего, это Аид – владыка царства Вечной ночи и сильнейший некромант этого мира. Так что угроза вполне реальная.

– Я не сомневаюсь в твоих способностях, но лучше потрать магию на восстановление щитов, – фыркнул генерал.

– Тиль… Как же ты меня достал! – в голосе тёмного проскользнули рычащие нотки. – Я ведь не шучу.

– Я тоже. Но если тебе станет легче, можешь пригласить шамана, чтобы обработал мои раны.

– Тиль…

– Я всё сказал, Аид. К своей Искре никого не подпущу!

От дракона фонило болью. Другой на его месте давно бы потерял сознание от шока или орал на весь лазарет, но ледовый Титан продолжал спорить. И тут я засомневалась, что дело в глупости или простом упрямстве. У генерала явно была веская причина не подпускать к себе целителя моего уровня.

Интересно…

Я перевела взгляд на Ульриха. Он замер в нерешительности, но Олаф неожиданно взял роль «вожака» на себя и направился к палате. Голоса Титанов тут же смолкли, и я поспешила за напарником, на ходу сканируя ауру генерала.

Количество и тяжесть ран ужасали даже при беглой проверке. Кровопотеря, ожоги от Мёртвого пламени Роя, раны от зубов и когтей нечисти, яд в крови… Левая рука и лопатка раздроблены, и чтобы сопоставить обломки костей, а затем срастить их придётся потратить часа три, не меньше!

О повреждении магических каналов и наличии проклятий, я и вовсе боялась думать. Здесь работы на всю ночь... Не уверена, что мне хватит сил, а позвать на помощь некого.

Во всей империи я единственная умела работать с магическими каналами и сшивать крупные разрывы на ауре. И, судя по тому, что на помощь Тилю позвали именно Вэрингу, в других империях такие специалисты тоже перевелись.

– Добрый вечер, господин генерал, моё имя…

– Свободен! – рявкнул Тиль, едва Олаф вошёл в палату. – Этажом ниже раненые стражи, иди к ним.

– Меня вызвали лечить вас, – уверенно заявил Вэринга, жестом приглашая меня войти, – и я это сделаю, даже если придётся вырубить вас магией. А после можете меня казнить за превышение целительских полномочий.

Ментальная магия против Титанов была бесполезна, но Олаф выбрал единственно верную тактику, скопировав тон Аида и показав генералу, что профессиональный долг для него превыше всего.

– Похвальная смелость, но тебе не хватит магии, чтобы мне помочь. Я выпью тебя досуха, парень, оставив лишь высушенную оболочку… – едва зашла внутрь, генерал умолк, и на миг наши взгляды схлестнулись.

Раньше мы никогда не встречались, но судя по тому, как потемнели сапфировые глаза дракона, он сразу узнал свою невольную невесту. Я же с ужасом отметила, что состояние его Искры критическое и, если Тиль продолжит спорить, спасать будет нечего.

Взгляд мужчины неожиданно соскользнул на мою грудь, словно он почувствовал спрятанный под шубкой амулет, а затем на руку с печатью и… Кристофа?!

– Кэль граас, эр таль, маарра ди вэнграс, – ответил тёмный, и перед глазами тут же вспыхнул перевод от печати: «Ей можно верить. Она никому не расскажет о проклятии».

Так… в каком смысле «она»?! Кристоф ведь не знает, что у Олафа нет лекарского Дара! Или… упомянутое проклятие может почувствовать лишь Огонёк? Никогда не слышала о подобном!

– А вот с этого момента поподробнее! – мысленно попросила, но вместо ответа печать подкинула изображение… Хольды?!