Зима в твоём сердце, или Снежный бал для целительницы (СИ) - Шаенская Анна - Страница 15

– Эстер, покажи свою комнату, – просьба дракона ошарашила, но не успела я возмутиться, как он пояснил, – на доме хорошая защита, но этого недостаточно. Я поставлю дополнительные щиты.

– Но…

– И выдели мне спальню по соседству, – перебил меня Кристоф, – чем ближе, тем лучше.

– Но зачем?!

– Я не могу в открытую использовать магию теней и накрыть куполом весь особняк. Это привлечёт внимание стражи.

– Думаешь, немёртвые зайдут в город? – я зябко поёжилась и покосилась на окно. В небе по-прежнему полыхало зарево боевых плетений, и от их отблесков шторы пылали словно от огня.

– Не знаю, но Рой - дурной знак, – мрачно отозвался Кристоф, – лучше перестраховаться.

ГЛАВА 9: Дикая охота

Полночь, особняк семьи Лангроу (Эстер)

Тишина. Густая, осязаемая… Она опустилась на город сумрачной вьюгой, растекаясь по опустевшим площадям и танцуя с ветром в безлюдных переулках. Обычно шумная и переливающаяся магическими огнями столица словно вымерла. Затаились даже снежные совы, вылетающие в это время на охоту.

Вспомнилось, как первое время я не могла привыкнуть к их полуночному уханью и даже попросила Ашера поставить над моей комнатой полог тишины. Но отец пояснил, что для местных эти птицы и их ночное пение - священны. Совы первыми чуяли приближение нечисти, и если они спрятались - быть беде.

Невольно поёжившись, плотнее закуталась в тёплый плед и сделала небольшой глоточек горячего шоколада. Вместе с тишиной пришёл и холод. Но не привычная зимняя стужа, расцветающая на стёклах морозными узорами, а мёртвая, сотканная из туманов Нижнего мира. Она просачивалась под кожу, разгоняя по телу волну ледяных мурашек и заставляя дрожать, несмотря на растопленный камин и тёплую одежду.

Молчание сов, Рой мёртвых душ и предупреждение Туманной стражи… Предвестники беды вспыхивали один за одним, но больше всего настораживало поведение Сердца Бездны.

Я чувствовала настроение камня и готова была поклясться - он боится того, что может принести на своих крыльях вьюга, а ещё была странная уверенность, что происходящее как-то связано со вспышкой детской болезни в Тёмной империи.

Правда ускользала песком сквозь пальцы, но сдаваться я не собиралась. И если сон не шёл, решила потратить ночь на проработку документов, выданных Кристофом.

Вопреки моим опасениям он не стал забирать их, позволив неспешно изучить. Правда, советоваться с Олафом и Томасом мне пока запретили. Дракон находился здесь тайно, но после завтрашней аудиенции уже смогу открыто обсудить всё с коллегами.

На знания и опыт старшего Вэринги возлагала большие надежды. Как и на уникальную память напарника. Несмотря на отсутствие целительского Дара, Олаф в совершенстве знал теорию лекарской магии, увлекался книгами о древних проклятиях и редких магических болезнях. Одно время он читал их на ночь как страшные сказки и вполне мог вспомнить информацию, полезную в нашем случае.

Пока я склонялась к цепному проклятию. Во время обследования малышей целители не обнаружили следов физического или магического воздействия. Но, возможно, речь шла о каком-то новом плетении, нацеленном именно на драконов?

– Первый оборот у теневых драконов происходит в десять лет, – прошептала, сверяясь со справочником по драконологии, – до этого вторая ипостась сопровождает ребёнка в виде Тени.

Единственной зацепкой был возраст пациентов. Все они ещё не успели обернуться и шаманка из видения предполагала, что болезнь не просто ослабляет связь малышей со второй ипостасью, но и напрямую поражает Тень.

Это поясняло, почему болеют только теневые драконы, но… как зараза переходит от одного ребёнка к другому? Большинство из них никогда не встречались, а в то, что в Тёмной империи орудует маньяк мне верилось с трудом.

Допустим, до простолюдинов тварь ещё могла добраться, но среди пострадавших была Мия Тавалькади – наследница одного из старейших и самых могущественных родов Теневого края. И драконы, в отличие от герцога дэс Тьянни и ему подобных, оберегали своих детей похлеще любых сокровищ.

Это ставило версию с проклятием под сомнение, но отказываться от неё тоже не спешила.

– Можешь снова показать мне лазарет? – прошептала, обратившись к печати, но Сердце промолчало. Пришлось по памяти восстанавливать картинку и первыми в мыслях вспыхнули слова шаманки.

«Нам срочно нужна Тёмная леди и целитель с…»

Договорить она не успела, но я подозревала, что речь о двойной Искре, но при чём здесь Тёмная леди? Неужели, снежные лилии могли как-то влиять на состояние маленьких драконов?

Печать неожиданно потеплела, подтверждая догадки.

– Поэтому Кристоф рискнул всем и обратился к тебе за помощью? – уточнила.

Этот вопрос камень проигнорировал, а через миг и вовсе стал ледяным, словно о чём-то предупреждая.

Тревога вспыхнула с новой силой. Отставив чашку, я по уши закуталась в плед, словно он мог защитить меня от беды и покосилась на лежащий рядом коммуникатор. Он молчал, и лишь на чёрном как безлунная ночь экране отражались тусклые отблески свечей.

Ещё один дурной знак…

Магия немёртвых делала порталы нестабильными, поэтому во время осады стражи не могли перекинуть раненых в лазарет или вызвать в штаб целителей. И если нас с Олафом до сих пор не выдернули из тёплых постелей, это могло означать лишь одно - бой в самом разгаре и стражам до сих пор не удалось откинуть нечисть за границу Проклятого леса.

От камня снова повеяло холодом и страхом, а мне вдруг остро захотелось проведать Кристофа. Дракон расположился в комнате напротив, несмотря на то, что я переоборудовала её под кабинет. Теперь там вместо кровати стоял пусть и удобный, но всё же, диван.

Предложение поселиться в нормальных гостевых апартаментах император решительно отверг. Его не устраивало, что они находятся на другом конце дома. И если поначалу я бухтела, как домовой со стажем, то сейчас близость дракона внушала необъяснимую уверенность и защищённость.

Выскользнув из объятий пушистого пледа, подошла к двери и тихонько её приоткрыла. Сквозь небольшие дверные зазоры в комнате дракона просматривались едва заметные отблески свечей. Кристоф не спал, как и я…

Подойдя ближе замерла в нерешительности. Вдруг двери резко распахнулись, и от неожиданности я едва не постучала по груди дракона…

– Не спится? – понимающе усмехнулся Кристоф.

Из одежды на нём были просторные домашние брюки и расстёгнутая рубашка, открывающая потрясающий обзор на рельефные мышцы. А в руках император держал чашку с… кофе?

– Откуда… – запнулась, увидев за его спиной небольшую жаровню.

– Я часто путешествую и предпочитаю иметь под рукой всё необходимое, – пояснил Кристоф, проследив за моим недоумённым взглядом. – Зайдёшь?

– Да, я… изучила истории болезни и хотела обсудить их, – смущённо кашлянув, уставилась в пол, – только оденься, пожалуйста.

Ситуация была откровенно компрометирующей. Я и так пошла на риск, согласившись ночевать под одной крышей с малознакомым мужчиной, и совершенно не хотела, чтобы Кристоф счёл меня доступной или дурно воспитанной.

– Прости, я не ждал гостей, – дракон обезоруживающе улыбнулся и, отступив в сторону, принялся застёгивать рубашку. – Обещаю говорить только о делах и не приставать, – добавил, развеивая неловкую паузу. – Нашла что-то интересное?

– Мне нужна расширенная информация касательно связи между человеческой и теневой ипостасью драконов, – пояснила, проходя в кабинет, – и как именно проходит первый оборот? Что может отсрочить его и есть ли причины, по которым связь с Тенью может ослабнуть?

Взгляд Кристофа стал цепким и задумчивым, я ходила по тонкому льду, но жизнь малышей стоила риска.

– И мне нужен список трав, способных влиять на Тень…

Договорить не успела. Печать заледенела, обжигая руку могильным холодом, и Кристоф неожиданно сгрёб меня в охапку, прижимая к себе и закрывая теневой защитой. А через миг по городу словно цунами пролетел оглушительный вой, сливающийся с рокотом рушащихся щитов и перезвоном древних проклятий…