Забава. Сбежавшая невеста (СИ) - Берд Натали - Страница 36

- Что здесь происходит? – пророкотал он. – Почему ты его стать должна?

Глава 51

Ноги подкосились от ужаса. Схватилась за горло, в котором воздух закончился, лихорадочный стук сердца в ушах бил набатом.

- Макс! – только и смогла прохрипеть, без сил на скамью опускаясь.

- Здравствуй, воевода! – Усмехаясь, поклонился Димитрий. – Вот и свиделись! Нашел я невесту-то свою, ту, что уже скоро год ищу по лесам да весям.

Остудил пыл жениха, ледяной взгляд любимых глаз.

- Она твоя невеста? – прогудело в ушах, болью в сердце отражаясь. Опустила глаза, чтобы ненависти лютой не увидеть.

- Она! Опоила меня ведьма зельем, чтобы не признал ее. За нос, сколько времени водила! – ответил голосом, в котором столько яда было! – Я-то, балбес, думал, может что случилось с ней. Переживал!

- Ну, последнее время, что-то плохо у тебя это получалось. Все в другие двери поглядывал. Не забыл? – усмехнулся Макс, в ответ на упреки.

- Глазастый ты, воевода. Так думал, все, сгинула моя невестушка. А она вон! Жива, здорова! Нужно весточку князю отправить, что нашел его дочь ненаглядную. Пусть к свадьбе готовится.

- Уверен, что хочешь этого?

Тишина, наступившая после вопроса, была тяжелой, как плитой бетонной придавило. Меня начал колотить озноб, зубы буквально стучали, не позволяя слова сказать. «Паническая атака» - так это на Земле называлось. Знала, как с ней справится, да к себе применить не могла. Тетка далеко, а от этих двух только смерти быстрой дождаться можно. Сцепила руки, так, что едва кости на тонких пальцах ломать не стала, переключая свое внимание. Вдох-выдох. Воздух со свистом изо рта выходил, не поступая обратно, как в вакууме оказалась, еще мгновение и задохнусь. Зажмурилась, чтобы не видеть синеющих пальцев, да в ту же секунду очутилась в любимых объятьях. Вынес меня Макс на морозный воздух, заставляя дышать ночной прохладой, день пролетел, а и не заметила! Как там воины без меня справились?

Разорвал горловину платья, запуская свежесть к телу поближе, приказывая: - Дыши, Забава, а потом говорить будешь.

От предстоящего ужаса меня снова начало колотить, прижал Макс к груди, позволяя слушать звук мощного сердца.

- Не дури, красавица! Угомонись. – Поставил на ноги, поддерживая.

Только сейчас заметила, что и его руки дрожат, как осенний лист на ветру. Подняла глаза к лицу любимому, готовясь прочитать свой приговор, да так и замерла, натыкаясь на бездонное озеро нежности. Слезы бурным потоком брызнули из глаз, вымывая боль и отчаянье: - Люблю тебя! – Прошептала, только ему одному. Пусть слышит и знает. – Больше никого и никогда!

- Ты как прощаешься со мной, Забавушка! – Пророкотал он в ответ.

- Так и есть, батюшка не отступит, как и Димитрий. – Промолвила, покоряясь судьбе.

- Ну, это мы еще посмотрим! – снова подхватывая меня на руки, с усмешкой проговорил Макс. – Скажи только, пойдешь за меня?

- Да! – выдохнула, к единственному прижимаясь. – Сто тысяч да!

Расхохотался богатырь, да со мной в развороченную кухню вошел.

- Ну что ж, Димитрий, вот теперь мы по душам говорить будем. – Усаживаясь на скамью, меня из объятий не выпуская. Понимала, что вести себя так верх неприличия, но казалось, если соскользну с его коленей, никогда больше воеводу не увижу. Заберут меня в палаты княжеские, а там хоть волком вой. Никто слушать не будет.

Хмыкнул жених, напротив нас опускаясь, прохрипел: - Отпусти ее, увидит кто, молва пойдет. Двери – то ты снес.

Кивнул Макс, соглашаясь, разомкнул кольцо рук, на свободу меня выпуская. Как из убежища вышвырнул. Выскользнула да замерла, взгляд с одного на другого переводя.

- Не твоя она невеста. Разве не видишь? Эта Забава от той, как день от ночи отличается.

- Что говоришь, воевода?

- Али не видишь? Тело твоей Забавы, а душа – моей. Такую - отцу приведешь – не признает. Любящее сердце всегда подмену увидит. Обвинит тебя еще, что на его отеческих чувствах играешь. И пойдешь не к алтарю брачному, а на плаху. – Взял стакан в руку могучую, да сжал, кроша его в пыль. Осколки в ладонь вошли, кожу в кровь разрывая.

Стояла, как вкопанная, не было сил кинуться, спасать, лечить.

Разжал пальцы Макс, стряхивая осколки, развернул ее к Димитрию и промолвил: - Вот так с тобой отец любящий поступит, за подлог. Не простит. Одну лебедушку потерял, а ты ему вместо второй подделку подсунуть хочешь?

- Не подделка я вовсе! – Вскинулась, обиду в голосе не скрывая.

- Для меня нет. Для князя – да! Не услышит он ни твоих доводов, ни тетки твоей. Или она тебе не тетка? – Пристально смотрел на меня воевода.

- Она – единственная моя родная кровь. Вернее, той Забавы. Приняла меня, как прежнюю. – Едва шевеля губами, вымолвила.

- Устала ты, Забавушка! – поднялся Макс, ко мне подходя, нежно провел по моей щеке костяшками пальцев. – Ступай спать, а мы тут немного с Димитрием потолкуем. – Усмехнулся, улыбку пряча. – Тебя делить будем.

Согласилась, через порог перешагивая, да замерла. Над селом взметнулось зарево, а следом за ним колокол набат бить начал.

Со дворов понеслось – Пожар! – люди в чем были, из домов выскакивали. Кинулась в лекарскую, за чемоданчиком своим, схватила его и выбежала на улицу, оглядываясь, в поисках, кому первому помощь моя понадобится может.

Глава 52

- Забава, быстро ступай в дом! - закричал Макс, практически следом за мной выскочивший из летней кухни. - Одной никуда не ходить! Сейчас охрану пришлю, потом людей спасать будешь! Поняла?

Озираясь по сторонам и крутясь волчком, смотрела на масштабы пожарища. Так не могло гореть масло в канавах.

Огонь шел с разных сторон, с окраин, на которых стояли небольшие хозяйственные постройки, в них хранилась многочисленная утварь для обработки обширных лугов и полей. Немного в отдалении, располагались склады с зерном и большие морозильные амбары, работавшие на магических артефактах, не так давно запущенные в работу, нагоняя в огромных помещениях необходимую температуру, которую зимой можно будет поддерживать, не особо заморачиваясь. Народ только готовился к забою скота. Поэтому помещения пока пустовали. Впритык к амбарам шли пристроенные небольшие холодильные камеры с температурой чуть повыше нуля, называемые тут ледниками. Холод с огромных морозильников, через систему вентиляции, поступал в помещения, в которых можно было свободно хранить корнеплоды, ягоды, соленья, варенья, молочные продукты и прочую снедь, в тепле быстро портящуюся.

Огонь подбирался к постройкам, это будет трагедия не одной семьи. Ущерб мог быть колоссальным, если сгорят все запасы, приготовленные на зиму, и на следующий посевной сезон.

Медленно, но верно огонь также подбирался и к центру селения, где была самая густая застройка, грозя поглотить все на своем пути

- Макс! - крепко вцепилась в воеводу. - Послушай меня внимательно! Морозильные камеры сейчас сплошь покрыты льдом, недостаточно, конечно, но все же. Воды рядом нет, река слишком далеко. Нужно распахнуть там ворота, пусть жар начнет топить лед, будет вода, ею можно начать поливать постройки!

- Красотуля ты моя! - закричал он, разворачиваясь к Димитрию. - Понял приказ?

Тот согласно кивнул и выбежал за ограду, созывая мужиков и направляя их к постройкам.

- Я тут с тобой поговорить хотел. - Раздался голос из воздуха, а следом появился Никита, держащий в руках огромную бутыль, наполненный до краев мутной жидкостью. - Да продегустировать мою настойку. - Обнял Макса и, взглянув на небо, выдохнул: - Ого! Пожар, однако!

- Он самый! - запуская пятерню в густую шевелюру и обхватывая широкими ладонями голову, проговорил Макс. - Нужно выяснить, кто выпустил огненного петуха в село. Явно не сам пришел.

Посмотрел на друга и попросил: - Побудь здесь, как замену пришлю, так сразу меня найдешь. – Хорошо?

Никита не стал прятать усмешку на губах, оглядев меня с ног до головы.