Забава. Сбежавшая невеста (СИ) - Берд Натали - Страница 3

Примечательно, что аналогичное празднество можно проследить и в древних культурах других стран. Особой популярностью оно пользовалось в Европе, правда, там название события разнилось. К примеру, кельты праздновали Литу, что в переводе означало «самый длинный день в году». А в германских и скандинавских племенахвстречали день Ивана. Люди также устраивали ночные гуляния с факельными шествиями и разжиганием костров, плели венки и собирали целебные травы.

Согласно славянским поверьям, цветок папоротника открывает его владельцу клады и тайны мира, дарует ясновидение и власть над нечистым духом.

Сорвавший цветок папоротника и сохраняющий его при себе приобретает следующие возможности:

становится прозорливым;

может понимать язык животных;

видит все клады, как бы глубоко в земле они ни находились;

может входить беспрепятственно в сокровищницы;

владеет нечистыми духами;

повелевает землею и водою;

становится невидимым и принимает любое обличье.

Глава 4

Визг, вырвавшийся из моего горла, можно было запросто сравнить с гулом турбин истребителя. И если бы я не была уже практически голая, то выскочила из бани, только пятки бы сверкали.

На мой крик прибежала Маша, с расширенными от ужаса глазами, держа в руках кочергу.

- Забава, где медведь? – прокричала она.

- Нет здесь медведя. – снова раздался мужской голос. – Меня, видать, испужалась.

Завернувшись в холстину, я медленно повернулась. Передо мной на табурете сидел голый дедок, сплошь покрытый мелкими листочками, видимо, от банных веников, через которые с большим трудом можно было увидеть кожу. Разноцветные глаза дедушки пристально меня изучали, а рот, спрятанный в густой белоснежной бороде, постоянно шевелился, что-то пережевывая.

-Не поздоровалась она, Маша, разрешения не спросила, да еще не с той ноги в баню вошла! – возмутился старичок. – Все они иномирные, традиций не знают! Зачем только их в наш мир тащит.

- Она иномирянка?! – воскликнул Одуванчик – Так вот почему памяти нет!

- Машенька, - взмолилась я, - Только не выдавай меня. Вдруг какие люди прознают, что тогда будет?

-Ничего не будет, - пожала плечами девочка, - вас таких много в наш мир захаживает. А раньше, говорят, еще больше было. Дедушка Банник, а та Забава в Навь ушла?

-Нет, деточка, у той Забавы совсем другая дорога, нам неведомая. – соскочив со стула и направляясь в парилку, проговорил старичок – Обучи ее всему, чему следует, а память к ней скоро вернется, как и знания.

Я моргнула и в парилку уже зашел черный толстый кот, высоко задрав свой пушистый хвост.

- Маша, кто это был? – не в силах больше стоять, я опустилась на лавку.

- Как кто! Банник, хранитель бани. Положено у него разрешения спрашивать, когда в баню входишь, да женщинам нужно с левой ноги шаг внутрь делать.

Девочка гордо расправила плечи, задрала подбородок и уперла руки в бока, превратившись в учителя начальных классов, только молоденькую сильно. Волосенки, торчащие из косичек, тревожно подрагивали, усиливая и без того комичность ситуации. Я еле сдерживала улыбку, чтобы не смущать ребенка.

- А когда будешь уходить, поблагодари его и подношения оставь. – продолжала девочка. – мыло и веник. И не всю воду из бочки выплескивай, дедушке немного оставь. Поняла?

Я согласно кивнула.

- Вот и отлично, ты мойся, а я что-нибудь поесть приготовлю. – направляясь к двери и забирая мою грязную одежду, проговорил Одуванчик.

Девочка вышла, а я, озираясь по сторонам, вошла в купальню.На скамье стоял деревянный таз, до краев, наполненный теплой водой, ковшик, рядом лежало мыло, мочалка, и веник, которым пользоваться меня никто не научил. Опустив руки в теплую воду, я даже застонала от наслаждения. Сейчас бы ванну принять, а не плескаться в маленьком тазике. Но выбора у меня не было и нужно радоваться тому, что есть.

Вдоволь наплескавшись и оставив на лавке все, что наказала мне Маша, я вышла в предбанник, уставшая и чистая. Присев на табурет и облокотившись на небольшой столик, на котором стоял ароматный напиток, я положила голову на руки и задремала. Мне приснился сон: густая мрачная чаща леса, в которой даже днем темно. Я медленно продвигаюсь по еле заметной тропинке, идя на зов, который становится все громче и громче: «Забава! Иди сюда скорее!». Раздвинув густые, тяжелые еловые ветки, выхожу на большую поляну, в центре которой стоит небольшая избушка. Из печной трубы валит густой дым, а на крыльце меня ждет маленькая, сухонькая старушка.

- Ну наконец-то ты до меня дошла! Сколько звать-то можно? – ворчливо проговорила она.

- Кто вы? – осторожно приближаясь к ней и стараясь понять, куда я попала, спросила я.

Бабушка хмыкнула недовольно, повернулась и направилась в дом, бросив через плечо:

- Заходи внутрь, поговорим.

- Я не пойду! – воспротивилась я, стараясь подавить панику, которая начала только усиливаться с каждым шагом.

Старушка резко развернулась, резко сделала шаг ко мне, подняла руку, из которой вылетела молния и прокричала: - Не смей мне сопротивляться! Я тебя сюда вызвала, я тобой и распоряжаться буду!

Я вздрогнула и проснулась.

Передо мной сидел Банник и наливал в большую кружку ароматный отвар:

-Пей! – скорее приказал, чем попросил дедок.

Я послушно выпила все до последней капли и поставила кружку на стол, аккуратно промокнув рукой влажные губы.

Дедок пристально на меня посмотрел, снова хмыкнул, соскочил с табурета и проговорил: - Рано тебе еще с Тарой встречаться. Одно странно, что она к тебе в образе старухи привиделась. Но не бойся, пока тревожить она тебя не будет. Ступай, Машенька тебя уже заждалась.

Сказал и пропал. Я проморгалась, дедушки не было. Очень хотелось проснуться и понять, что все эти Банники, лесные ведьмы были просто дурным сном. Со вздохом, поднявшись на ноги, пошла в дом, где меня ждала девочка. В окошко было видно, что, Маша накрыла на стол и, сидя около него, терпеливо ждет меня.

- Заждалась? – входя в комнату и натыкаясь, на взгляд льдистых глаз, спросила я.

-Заждалась, сестрица! Вот и воевода пожаловал тебя проведать.

-Здравствуйте! – кивнув в сторону мужчины, проговорила я.

Лед, который замораживал все на своем пути, на мгновение пропал, уступая место удивлению, а потом вернулся вновь.

-И тебе здоровой быть, Забава. Как чувствуешь себя?

Глава 5

-Спасибо, хорошо, вашими молитвами, наверное. – Ответила мужчине и вздохнула. Не нужно было грубить, но язык, как то помело, метет, сам не ведая что.

- Ну, видимо, хорошо я за тебя молился, раз баню смогла принять, да сама в дом войти. – Усмехнулся мужик.

Мне стало стыдно, за свои нападки, и чтобы хоть как-то сгладить впечатление о себе, я пригласила его с нами пообедать, на что могучий гость с радостью согласился.

- Маша, пойду, руки помою. – Вставая, произнес великан.

Я тоже подскочила, чтобы проводить гостя, да полотенце чистое выдать, но замерла, вместо воспоминаний – чернильная темнота. Повернулась к Одуванчику и прошептала: - Машенька, помоги гостю!

- Не нужно, я сам. Не думаю, что за день тут что-то изменилось. – Выходя в сени, остановил меня богатырь.

Я согласно кивнула, как будто он меня мог увидеть, и быстро развернувшись к девочке, затараторила: - Маша, кто это? Как его зовут? Я не помню ничего!

- Алексей, воевода местный. Он частенько к нам захаживал, то травы, какой попросит, то зелья. Недавно вся дружина с расстройством желудка слегла, так все твои запасы повытаскал. – Спокойно объясняла Маша. – Так что ты, сестрица, не переживай, он во дворе все знает. Это в дом ему хода не было.

- Почему? – шепотом уточнила я, боясь, что он меня услышит.

- Как почему! – от возмущения, даже косички начали топорщиться еще больше. – Не замужем ты! Не положено!